Аналитика

Аналитика по Центральной Азии представляет актуальность для молодого региона, который все еще переживает период своего развития и становления. Раздел является источником информации для широкого круга читателей, интересующихся социально-политическими процессами, вопросами региональной безопасности и экономического развития, а также внешней политикой в странах Центральной Азии.

Протестная активность в Казахстане

«Ситуация с коронавирусом оказала на протестную активность в Казахстане двойственный эффект: с одной стороны, карантин ограничивает возможности митингов; с другой – коронакризис может иметь серьезный отложенный эффект», – социолог Камила Ковязина пишет о протестной активности в Казахстане в статье, специально для CABAR.asia. (далее…)

Проект ж/д ТАТ: дорога, построенная никогда

Судьба железной дороги Туркменистан-Афганистан-Таджикистан (ТАТ) до сих пор неясна, хотя по значимости данный проект может конкурировать с китайской инициативой «Один пояс – один путь». 


Подпишитесь на наш канал в Telegram!


Для Таджикистана основной целью строительства железной дороги Туркменистан-Афганистан-Таджикистан (ТАТ) – это альтернативный маршрут (дорога) для вышеуказанных стран в обход Узбекистана. С момента подписания соглашения и запуска проекта ТАТ прошло семь лет, но до сих в связи всякого рода причин и обстоятельств, изменений политического ландшафта (скоропостижная смерть Ислама Каримова, уход Нурсултана Назарбаева с поста президента Казахстана и т. д.), а также резкое потепление отношений между некоторыми странами региона (Узбекистан-Таджикистан), проект не был доведен до своего логического завершения. В последнее время как в государственных, так и в частных СМИ стран Центральной Азии перестали освещать и рассказывать о проекте ТАТ, хотя по значимости данный проект может конкурировать с китайским проектом «Один пояс – один путь». Данная статья попытается раскрыть и пролить свет на нынешнее положение ТАТ, какие проблемы возникали в процессе реализации, и по мере возможности разберется с будущим этого масштабного и амбициозного проекта.

ТАТ как противовес Узбекистану?

Республика Таджикистан на 93% состоит из гор и горных массивов, что усложняет транспортную коммуникацию как внутри страны, так и с соседними государствами. Таджикистан, связанный транспортной инфраструктурой с Узбекистаном еще с советских времен, был всегда зависим от Ташкента и не имел финансовой возможности для строительства альтернативных дорог в обход своему соседу. Этим выгодным положением пользовалось прошлое руководство Узбекистана во главе с Исламом Каримовым.  Каждый раз как начинались «осложнения» между Таджикистаном и Узбекистаном, Ташкент блокировал транспортно-коммуникационные пути для Душанбе. Такое «закручивание гаек» происходило несмотря на договор «о вечной дружбе[1]».

Кульминацией ухудшения отношений между Душанбе и Ташкентом послужило возобновление  строительства Рогунской ГЭС в Таджикистане. Узбекистан всячески противостоял ее реализации, опасаясь, что строительство изменит режим стока реки Амударья, что может негативно повлиять на водную, продовольственную и экологическую безопасность Узбекистана. Дабы не допустить этого, узбекское руководство перекрывало железнодорожные пути, через которое привозили все необходимые материалы и технику для строительства Рогунской ГЭС.

В связи с этим Душанбе начал искать пути решения из сложившейся ситуации. Были созданы национальные стратегии, где одним из основных задач был выход из коммуникационной изоляции (транспортные блокады, проводимые Узбекистаном) и созданием альтернативных путей сообщения между Таджикистаном и внешним миром. Далее выходом к международным торговым портам (Иран, Пакистан) посредством открытия и реконструкции дорог (автомобильное, ж/д и авиасообщение) с другими соседями, в частности с Китаем.

Так в 2010 году, в своем ежегодном послании парламенту страны (Маджлиси Оли), президент Таджикистана Э. Рахмон определил стратегию выхода страны из коммуникационной изоляции, в частности лидер страны отметил, что «мы стремимся достичь этой цели путем строительства туннелей, мостов, современных автомобильных и железных дорог, а также инфраструктуры воздушного транспорта и коммуникации[2]».

В 2013 году в Ашхабаде между главами Таджикистана, Туркменистана и Афганистана был подписан трехсторонний «Меморандум о взаимопонимании между Туркменистаном, Исламской Республикой Афганистан и Республикой Таджикистан по проекту строительства железной дороги ТАТ. Железная дорога протяженностью более чем 400 км должна пролегать от границы Туркменистана через афганские населенные пункты Акина–Андхой–Шибирган – Мазар–Шариф–Кундуз–Шерхан–Бандар, дойдя до таджикского Нижнего Пянджа и района Джалолиддина Балхи. 

В 2013 году президенты Афганистана, Таджикистана и Туркменистана на встрече в Ашгабате подписали меморандум о взаимопонимании относительно строительства новой железной дороги.

Следует отметить, что Таджикистан не в состоянии участвовать в подобных инфраструктурных проектах без финансовой помощи доноров и международных фондов. По этой причине, с момента обретения независимости и по ныне все крупномасштабные проекты, созданные и построенные в Таджикистане (ГЭС Сангтуда – 1 – Россия, ГЭС Сангтуда – 2 Иран, Душанбинская ТЭЦ – 2 – Китай, автодорога Душанбе – Худжанд – Чанак: Китай) были профинансированы извне, государствами донорами или международными фондами (ЕБРР, АБР, МВФ).

Проект ж/д Туркменистан-Афганистан-Таджикистан не стал исключением. Таджикский участок дороги должен был финансироваться Исламским банком развития. В частности, президент ИБР Ахмад Мухаммад Али по итогам 38-ой встречи Совета управляющих ИБР проходивший в Душанбе с 18 по 22 мая 2013 г. заявил следующее: «мы заинтересованы в реализации таких проектов, которые приносят пользу не только одной стране. Туркменистан приступил к реализации своего участка железной дороги. А в ближайшее время мы соберемся и обсудим вопрос финансирования таджикской части этой железной дороги[3]».

В 2016 году Туркменистан завершил строительство своего участка до границы с Афганистаном. Общая протяженность новой железной дороги составляет 88 километров, из них 85 проложено по территории Туркменистана, а завершающие три километра — между приграничными пунктами Имамназар и Акина — на территории Афганистана. В июле 2019 года состоялось открытие очередного участка. Туркменской стороной было завершено строительство 10 км железной дороги от туркменской границы до станции Акина. Началась прокладка пути до афганского города Андхой.

В 2016 году Туркменистан завершил строительство своего участка до границы с Афганистаном. Фото: Reuters

Однако, в 2016 году, в рамках общего потепления отношений с Узбекистаном, ситуация для Таджикистана изменилась в положительную сторону. Было восстановлено автомобильное, авиа и ж/д сообщение с Узбекистаном, что кардинально изменило приоритеты Душанбе. Таджикистан отложил реализацию проекта ТАТ «до лучших времен», чем вызвал негативную реакцию со стороны Туркменистана[4], в особенности главы этого государства Г. Бердымухамедова. В последствии туркменское руководство приняло жесткие меры в отношении Таджикистана.

Туркменский гнев

Для Туркменистана ТАТ представляет важное стратегическое значение, как в экономическом, так и в политическом плане. По словам туркменского лидера, данный проект является огромным достижением не только для стран, строивших ж/д, но и для всего азиатского региона проект ТАТ «в будущем свяжет Азию и Европу». Однако отбросив риторику, для Туркменистана этот проект, во-первых, мог и может дать стране статус центра региональной транспортной коммуникации Центральной Азии, сместив Узбекистан с «трона». Во-вторых, выйти на сырьевые рынки и порты Европы, Китая и Южной Азии. В-третьих, войти в гонку за лидерство в регионе, постепенно отходя от изоляции и политики «нейтралитета».

Поэтому факт пассивности Таджикистана в рамках проекта ТАТ мог еще на начальных этапах вызывать раздражение в Ашхабаде, а в последствии и полное бездействие Душанбе на фоне потепления отношений с Ташкентом стало точкой кипения для Туркменистана.

Такое развитие событий побудило власти Туркменистана с февраля 2019 года ввести запрет на транзитный проезд для следующих в/из Таджикистана грузовых автомобилей, тем самым решив идти по стопам своего опытного соседа в этом деле – Узбекистана, который на протяжении многих лете впускал, блокировал и тормозил транзит таджикских грузов и пассажиров через свою территорию. После был введён запрет на пропуск грузовых железнодорожных вагонов, следующих транзитом в Таджикистан.

Официальный Ашхабад объясняет эти действия «соображениями безопасности», но туркменские независимые аналитики утверждают, что Туркменистан таким способом выражает недовольство и пытается заставить таджикские власти ускорить реализацию проекта ТАТ[5].

По мнению К. Х. Зоидова основным «поводом для ограничений стала задержка таджикскими властями начала строительства железной дороги ТАТ, соглашение о сооружении которой было заключено в 2013 г.[6]»

Строительство таджикского участка дороги откладывалось в течение нескольких лет, что повлекло за собой недовольство руководства Туркменистана.  Так, 22 сентября 2018 года МИД Туркменистана выразило «непонимание» в связи с заявлением посла Таджикистана в Узбекистане Содика Имоми о том, что в Душанбе намерены «отложить до лучших времен» идею строительства железной дороги ТАТ». Однако сам посол РТ в Узбекистане в сентябре заявил, что в интервью с «Коммерсантом» ничего подобного не говорил[7].

Возвращение Таджикистана в ТАТ

17 июля 2019 г., в Душанбе в ходе пресс-конференции, первый заместитель министра транспорта Таджикистана Сухроб Мирзозода сделал заявление, где сообщил, что Таджикистан и Афганистан достигли договоренности относительно строительства ТАТ и к концу текущего года Душанбе представит проект строительства своего участка. По словам зам. Министра Таджикистан планировал направить средства для дальнейшего участия Таджикистана в проекте ТАТ. На первом этапе планировалось разработать Технико-Экономическое Обоснование (ТЭО) таджикского участка железной дороги. Ожидалось, что данная работа завершиться до конца 2019 года.[8]Также С. Мирзозода подчеркнул, что таджикский участок будет пролегать через территории районов Джалолиддина Балхи и Пяндж и соединится с афганским Кундузом[9].

30 декабря 2019 г. в Душанбе, правительства Таджикистана и Афганистана подписали соглашение о строительстве ж/д по маршруту Джалолиддини Балхи – Джайхун – Нижный Пяндж (Таджикистан) – Шерхан Бандар (Афганистан). Соглашение подписали министр транспорта Таджикистана Худоер Худоерзода и глава управления железных дорог Афганистана Муҳаммад Ямо Шамс[10].

В 2019 году правительства Таджикистана и Афганистана подписали соглашение о строительстве ж/д по маршруту Джалолиддини Балхи – Джайхун – Нижный Пяндж (Таджикистан) – Шерхан Бандар (Афганистан).

На вопрос почему таджикское руководство возобновила строительство ж/д ТАТ нет однозначного ответа. С одной стороны, возможно Душанбе начал переговоры и подписал соглашения с Афганистаном о маршруте, в связи с давлением со стороны Туркменистана (запрет транзита таджикских грузовых автомобилей, дип. ноты), с другой – можно предположить, что руководство Таджикистана, рассматривает риск повторения изоляционной политики Ташкента при возникновении спорных ситуаций или же проводимой внешней и/или внутренней политики Душанбе, которая будет противоречить интересам Ташкента. По этой причине Таджикистан решил продолжить строительство ТАТ и воспользоваться этим маршрутом как полезной альтернативой.

Сейчас Узбекистан стремится к региональному лидерству, и новая «либеральная» внешняя политика президента Ш. Мирзиёева является одним из инструментов на пути к достижению этой цели. В этой связи в Ташкенте не в восторге от строительства альтернативной дороги вокруг соседними республиками, поэтому  новое руководство страны будет воспрепятствовать всеми возможными способами и при необходимости использовать рычаги давления на страны-участницы проекта ТАТ. Но в отличие от режима Каримова, , Ш. Мирзиёев не станет «воевать» и «закручивать гайки» для соседей, а напротив, Ташкент станет углублять отношения с Душанбе и предлагать наиболее «дешевые» варианты путей (авто, авиа и ж/д) с различными преференциями для каждой страны региона.

Послед долгих лет сложных взаимоотношений между странами могут все же остаться негативный осадок, даже после сближения Ташкента и Душанбе. Поэтому возможен сценарий, при котором Ташкент с долей вероятностью способен повторить  политику Каримова в отношении все еще зависимого от него Таджикистана. 

Статус-кво

Ситуация на границе Туркменистан

Пока нет полной ясности относительно того, когда закончится строительство ТАТ. 15 июля в Министерстве Транспорта Таджикистана состоялась пресс-конференция на которой министра транспорта Худоёра Худоёрзода на вопрос относительно закрытия границ Туркменистана для транзита таджикских товаров и участи застрявших таджикских грузовых автомобилей на границах Туркменистана, отметил, что ситуация обсуждается, но с туркменской стороны разъяснений по этому поводу не было[11]. В итоге ситуация продолжает оставаться нерешенной, несмотря на то, что Таджикистан заявил о возобновлении своей работы по проекту ТАТ.

По некоторым сообщениям на 3 сентября этого года власти Туркменистана сих пор без каких-либо разъяснений и причин, не разрешают таджикским грузовым автомобилям транзит на проезд через свою территорию. Сейчас таджикские водители ездят по альтернативному маршруту Турция-Азербайджан-Грузия-Россия-Казахстан-Узбекситан-Таджикистан. Также многие замечают, что данный маршрут является длиннее приблизительно на 3000 км. Возможно власти Туркменистана не испытывает уверенности в том, что Таджикистан будет активно участвовать строительстве железной дороги. Можно предположить, что пока не будет конкретных результатов с таджикской стороны, подобная политика Ашхабада будет продолжаться.

Что дальше?

Одним из факторов, тормозящих строительство железной дороги, стало неожиданное для всех появление коронавирусной инфекции. Все государства мира закрыли свои государственные границы, в том числе страны ЦА. В настоящее время каждая страна стремится не допустить распространения коронавируса на своей территории, поэтому государства принимают жесткие меры, чтобы контролировать ситуацию. Стоит отметить, что для возобновления строительства ТАТ на территории Таджикистана необходимо привлечь иностранных специалистов и профессионалов в этой области, но пока эти специалисты не хотят приезжать, так как опасаются, что официальная статистика о заболевших и умерших от коронавируса может не соответствовать действительности.

Другой вопрос, будет ли продолжения строительства после пандемии (после открытия границ)? Существуют несколько факторов и причин, говорящие, что у проекта ТАТ не будет продолжения.

  • Глядя на происходящие сегодня в мире, можно смело утверждать, что в 2020 г. границы практически всех стран мира будут закрыты наглухо. Есть большая вероятность, что открытия границ можно ожидать в начале или середине 2021 г.;
  • С появлением коронавируса и закрытием границ, во всех странах мира начался экономический спад, за ним и безработица, инфляция, резкий рост спроса на продукты и т. д. Таджикистан не стал исключением в этой мировой цепи коронакризиса. Вполне понятно, что с обрушением коронавирусной волны, вдобавок и без того являющийся самой бедной страной на постсоветском пространстве, в среднесрочной перспективе финансовое положение Таджикистана не позволяет построить свой участок ж/д ТАТ.
  • Как уже было сказано выше, международные финансовые организации, такие как АБР и ИБР отказались финансировать и предоставлять кредиты Таджикистану и Афганистану для строительства данного проекта ввиду некоторых причин (неспокойная ситуация в Афганистане, трудное финансовое положение Таджикистана). К сказанному следует добавить, что «приход» коронавируса стал еще одним из факторов для международных банков для отказа от финансирования проекта ж/д ТАТ.

Рекомендации

Таким образом, на основе всех выше приведенных факторов, мнений и анализа проекта ж/д Туркменистан-Афганистан-Таджикистан можно предложить следующие рекомендации:

  • Правительству Таджикистана необходимо начать строительство своего участка ж/д данного проекта. Проекта ТАТ превратится в одну из альтернатив для страны на худшие времена, так как нынешнее улучшение и сближение взаимоотношений с Узбекистаном может снова привести к транспортно-коммуникационной зависимости Душанбе от северного соседа в случаи ухудшения взаимоотношений. Такой сценарий вполне возможен, учитывая природу и сущность центральноазиатских режимов и их лидеров;
  • С завершением и эксплуатацией ж/д ТАТ, китайского проекта у Таджикистана появится свой рычаг давления, которую в случае необходимости сможет использовать в качестве защиты и продвижение своих национальных интересов;
  • Для строительства своего участка дороги, правительству Таджикистана необходимо обратиться за финансовой помощью к правительству Китая. Только Китай в состоянии предоставить Таджикистану большие кредиты под маленькие проценты и различного рода гранты, кроме того, Китай способен предоставить необходимую технику и специалистов. Таджикистан в свою очередь для возмещения полученного долга, может предоставить на определенный срок Китаю месторождения каких-либо природных ископаемых (золота, серебра и т. п.), что уже неоднократно Душанбе прибегала к такому способу «взаимовыгодного» сотрудничества

Данный материал подготовлен в рамках проекта «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project». Мнения, озвученные в статье, не отражают позицию редакции или донора.


[1] Договор между Республикой Узбекистан и Республикой Таджикистан о вечной дружбе // Душанбе, 15 июня 2000 года. URL: https://www.lex.uz/docs/2121650?otherlang=

[2] Послание Президента Таджикистана Эмомали Рахмона Парламенту страны. URL: http://president.tj/ru/node/865

[3] Исламский банк развития заинтересовался ж/д проектом Туркменистан-Афганистан-Таджикистан. URL: https://regnum.ru/news/polit/1662279.html

[4] Князев А. А. Туркменистан строит очередную “дорогу в никуда”. URL: http://www.ng.ru/vision/2019-09-29/5_7688_view.html

[5] Стать на чужие рельсы. URL: https://fergana.news/articles/109455/

[6] Зоидов К.Х., Медков А.А. Актуальные направления развития транзитной экономики в Центральной Азии / Проблемы рыночной экономики. – 2019. – № 4. – С. 77-96.

[7] Радио Озоди. Минтранс РТ: “Душанбе не отказывается от реализации проекта Ж/Д ТАТ”/ URL: http://www.ng.ru/vision/2019-09-29/5_7688_view.html

[8] Sputnik.tj, Стало известно, когда Таджикистан представит проект своего участка ж/д ТАТ, https://tj.sputniknews.ru/country/20190717/1029424857/tajikistan-predstavit-proekt-uchastka-tat.html

[9] Таджикистан возобновляет работы на своем участке ж/д магистрали ТАТ. URL: https://bigasia.ru/content/news/businness/tadzhikistan-vozobnovlyaet-raboty-na-svoyem-uchastke-zh-d-magistrali-tat-/

[10] Создается основа для реализации проекта железной дороги Туркменистан-Афганистан-Таджикистан. URL:

https://orient.tm/sozdaetsya-osnova-dlya-realizacii-proekta-zheleznoj-dorogi-turkmenistan-afganistan-tadzhikistan/

[11] В Душанбе до сих пор не получили от Ашхабада разъяснений по поводу запрета транзита грузов. URL:  https://rus.ozodi.org/a/30727936.html

Выборы-2020 в Кыргызстане: контекст и тенденции

Предвыборный процесс в Кыргызстане уже начался и идет полным ходом, параллельно с процессом выхода страны из кризиса пандемии коронавируса. Ситуация усугубляется тем, что полное переформатирование политического поля в Кыргызстане за последние два года спутала все карты не только переметнувшимся политикам, но и избирателям.

(далее…)

Реформа МВД в Узбекистане: оправдаются ли ожидания?

«Происходящие время от времени негативные инциденты связанные с деятельностью МВД, такие как применение пыток, избиение и частые случаи коррупции в рядах органов внутренних дел только укрепляют негативное отношение рядовых граждан к своим “защитникам”», – отмечает Фарход Мирзабаев, независимый аналитик, участник Школы аналитики CABAR.asia из Ташкента.

(далее…)

Будущее радикальных групп в Афганистане в условиях межафганского мирного процесса

В данной статье таджикистанские политологи Махмуд Гиёсов и Шерали Ризоён раскрывают позиции противоборствующих сторон в Афганистане в отношении мирного процесса. Для государств Центральной Азии одним из важнейших вопросов в этом процессе является будущее иностранных террористических групп, в рядах которых воюют граждане стран постсоветского пространства.

(далее…)

Что ведет к протестам в Кыргызстане и куда они могут нас привести?

«Протесты – это не всегда объединение масс на негативном фундаменте, а попытка показать власти, что население недовольно, и что необходимы срочные и эффективные меры по решению проблем населения», – эксперт Замира Исакова раскрывает триггеры протестных настроений в Кыргызстане в статье, специально для CABAR.asia. (далее…)

«Светлая» сторона пандемии: будет ли переосмысление гражданского общества в Таджикистане?

«Неправительственные организации, СМИ, волонтерские группы и инициативы за время изоляции начали проявлять себя как субъекты, активно ведущие свою деятельность в рамках помощи населению и преодоления кризисных ситуаций», – политолог Муслимбек Буриев пишет о важности гражданского общества для Таджикистана в статье, специально для CABAR.asia. (далее…)

Трудности перехода на дистанционное образование: кейс Казахстана

«Работать над совершенствованием дистанционного формата и развитием онлайн образовательных платформ необходимо именно в долгосрочной перспективе, а восприятие данного формата как временного на период пандемии является ошибочным», – отмечает эксперт Айым Саурамбаева в статье, специально для CABAR.asia. (далее…)

Возобновляемые источники энергии в Центральной Азии: что должно сегодня стоять на повестке дня?

Публикация “Возобновляемые источники энергии в Центральной Азии: что должно сегодня стоять на повестке дня?” разработана доктором Фарходом Аминжоновым на базе Представительства IWPR в Центральной Азии и региональной аналитической платформы CABAR.asia. (далее…)

Оправдана ли выбранная модель дистанционного обучения в Кыргызстане?

«Смешанное обучение (blended learning), позволяющее использовать применяемые сейчас формы дистанционного образования во взаимодействии с традиционными инструментами, может стать перспективным решением поиска оптимальной модели обучения», – отмечает эксперт Екатерина Касымова в статье, написанной специально для CABAR.asia (далее…)

Елдос Абаканов

Заместитель председателя правления ОЮЛ «Ассоциация экологических организаций Казахстана»

Канатбек Абдиев

Независимый исследователь, магистрант в области конфликтов, безопасности и развития в King’s College of London

Маъруфджон Абдуджабборов

ЦСИ РТ, главный специалист. Участник Школы аналитики CABAR.asia (Душанбе)

Рашид Абдулло

Независимый политолог

Рустам Азизи

Заместитель директора Центра исламоведения при Президенте Республики Таджикистан

Айнура Акматалиева

Эксперт по вопросам внешней политики государств Центральной Азии, к.п.н, доцент КРСУ (Бишкек)

Искандер Акылбаев

сотрудник Отдела внешней политики и международной безопасности Казахстанского института стратегических исследований

Гулдасташо Алибахшов

Исследователь в Центре социологических исследований «Зеркало», участник Школы аналитики CABAR.asia (Душанбе)

Бахтиёр Алимджанов

Независимый исследователь, к.и.н. (Ташкент)

Димаш Альжанов

Политолог, член движения "Оян, Казахстан". (Алматы).

Найля Альмухамедова

Генеральный директор Института системных исследований «Parasat»; участник Школы аналитики cabar.asia (Астана)

Анна Альшанская

Исследователь, участница Школы аналитики CABAR.asia (Нур-Султан)

Фарход Аминжонов

Заместитель директора Центральноазиатского Института Стратегических Исследований

Айдар Амребаев

Руководитель Центра прикладной политологии и международных исследований

Махрам Анварзод

исламовед (Таджикистан, Душанбе)

Хамиджон Арифов

Член-корреспондент Инженерной академии РТ

Зарема Аскарова

Независимый эксперт

Индира Асланова

Эксперт-религиовед

Слямжар Ахметжаров

Научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК, участник Школы аналитики CABAR.asia

Анвар Бабаев

заведующий сектором «Миграция населения» Института экономики и демографии Академии наук РТ

Ержан Багдатов

Исполнительный директор Центра медийных технологий

Еркин Байдаров

ведущий научный сотрудник Института востоковедения им. Р.Б. Сулейменова Комитета науки МОН РК, к.ф.н.

Шерадил Бактыгулов

Независимый эксперт

Серик Бейсембаев

Социолог

Назик Бейшеналы

Президент Союза кооперативов Кыргызстана

Нурбек Бекмурзаев

Независимый исследователь, участник Школы аналитики cabar.asia (Бишкек)

Данил Бектурганов

Президент Общественного Фонда «Гражданская экспертиза»

Денис Бердаков

Политолог

Гульмира Биржанова

Юрист, эксперт в области национального и международного медиа-права, Казахстан

Валентин Богатырев

руководитель аналитического консорциума «Перспектива»

Мерали Бодуршозода

Начальник Отдела «Единого окна по содействию инвесторам» Государственного Комитета по инвестициям и управлению государственным имуществом Республики Таджикистан

Константин Бондаренко

Общественный деятель, экономист

Антон Бугаенко

Китаист, главный эксперт программы китайских и азиатских исследований ИМЭП (Казахстан)

Юрий Булуктаев

Политолог, главный научный сотрудник Института философии, политологии и религиоведения КН МОН РК (Алматы)

Муслимбек Буриев

Политолог, участник Школы аналитики cabar.asia (Душанбе)

Рустам Бурнашев

Кандидат философских наук

Муазама Бурханова

Руководитель экологической организации Дастгири-Центр, Таджикистан; независимый специалист по вопросам оценки воздействия на окружающую среду

Мереке Габдуалиев

Конституционалист, к.ю.н., директор ОФ «Институт развития конституционализма и демократии»

Александр Галиев

Редактор Computerworld.kz

Махмуд Гиёсов

Политолог (Душанбе)

Сергей Гуляев

Генеральный директор ОФ «Десента»

Анна Гусарова

Директор Центральноазиатского института стратегических исследований (Алматы)

Зоир Давлатов

Занимается исследованием взаимоотношений стран Центральной Азии и арабских государств.

Нурали Давлатов

Журналист-аналитик

Назима Давлетова

Главный редактор медиа-проекта «Interview» онлайн издания Gazeta.uz

Зарина Дадабаева

доктор полит. наук, профессор РГГУ, в.н.с. Центра постсоветских исследований ИЭ РАН

Эмиль Джураев

Доцент Академии ОБСЕ (Бишкек)

Саламат Джыбыкеев

Специалист в области международных отношений (Бишкек)

Светлана Дзарданова

Координатор исследований и тренингов Академии ОБСЕ

Сергей Домнин

Главный редактор издания «Эксперт Казахстан»

Асель Доолоткельдиева

Эксперт по вопросам политических режимов, элит и низовых движений

Роза Дуйшеева

к.п.н., доцент кафедры международных отношений и общественных дисциплин Международного Кувейтского Университета; участник Школы Аналитики cabar.asia (Бишкек)

Берикбол Дукеев

Политолог, PhD исследователь в Австралийском национальном университете.

Бахтиер Ергашев

директор Центра политических инициатив «Маъно»

Сарвар Жалолов

Специалист по международным отношениям (Ташкент)

Замира Жолдаскызы

Аналитик в Центре развития трудовых ресурсов РК, участница Школы аналитики CABAR.asia (Нур-Султан)

Дост Зайнаб

независимый аналитик

Галия Ибрагимова

независимый политолог

Тамерлан Ибраимов

Директор Центра политико-правовых исследований

Тимур Идрисов

Независимый эксперт (Таджикистан)

Руслан Изимов

Китаевед, руководитель программы «Евразийских исследований» ИМЭП при Фонде Первого Президента РК, директор Центра изучения Китая в Центральной Азии «Синопсис»

Алишер Ильхамов

Независимый исследователь (Лондон)

Муратбек Иманалиев

Китаевед, экс-министр иностранных дел и экс-секретарь ШОС (Кыргызстан)

Фабио Индео

Специалист по геополитике в Центральной Азии

Замира Исакова

Магистр по политике и безопасности Академии ОБСЕ, региональный координатор программ Saferworld в Центральной Азии по мониторингу, оценке и анализу (Кыргызстан)

Косимшо Искандаров

Доктор исторических наук, профессор, афганист, историк и политолог

Чынгыз Исрайилов

Преподаватель кафедры международных отношений Ошского государственного университета, координатор проекта Saferworld

Айжан Какенова

Исследователь в сфере гендерного неравенства и прав меньшинств, магистр гуманитарных наук (Нур-Султан)

Амина Калмаматова

стажер cabar.asia

Леся Каратаева

Главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований, д.и.н

Нуриддин Каршибоев

Председатель Национальной ассоциации независимых СМИ Таджикистана

Ерлан Касым

Специалист по энергетической политике, зеленой экономике и альтернативной энергетике. Советник по связям с правительством и общественностью концерна «Royal Dutch Shell plc.» в Казахстане (Нур-Султан)

Екатерина Касымова

Независимый эксперт

Адиль Каукенов

политолог, китаевед

Камила Ковязина

Социолог, исследователь в области публичной политики

Туронбек Козоков

стажер cabar.asia

Галина Колодзинская

Эксперт по религии, политике и безопасности в Центральной Азии (Бишкек)

Искандар Конунов

Политолог

Алла Куватова

Социолог, кандидат философских наук, доцент

Кодир Кулиев

Специалист по правам человека и противодействию коррупции (Ташкент)

Зайнидин Курманов

Доктор исторических наук, профессор

Айдархан Кусаинов

Финансовый аналитик, генеральный директор консалтинговой компании «Алмагест»

Константин Ларионов

Исследователь-аналитик (Бишкек)

Олег Лиманов

Эксперт (Узбекистан)

Манучехра Маджонова

Старший экономический консультант Секретариата Консультативного совета по улучшению инвестиционного климата при Президенте Республики Таджикистан

Назик Мамедова

Независимый исследователь, участница Школы аналитики CABAR.asia (Бишкек)

Талгат Мамырайымов

Фрилансер, независимый политолог, политический аналитик

Сергей Маринин

Независимый аналитик (Казахстан)

Дильмира Матякубова

Независимый исследователь (Ташкент)

Аскар Машаев

Политический обозреватель (Алматы)

Тахир Мирджапаров

Председатель Республиканской ассоциации замещающих семей Чувашской Республики, директор Благотворительного фонда поддержки детей-сирот «Надежда»

Петрушков Михаил

Председатель «Центра развития бизнеса Республики Таджикистан»

Кайрат Молдашев

Профессор - исследователь Университета Нархоз (Алматы)

Атай Молдобаев

Заместитель директора по международным исследованиям, аналитический центр «Prudent Solutions»

Антон Морозов

Кандидат политических наук

Алибек Мукамбаев

Президент агентства стратегических инициатив "Евразия", политолог (Кыргызстан)

Парвиз Муллоджанов

Ph.D. политолог, востоковед и независимый исследователь из Таджикистана

Анар Мусабаева

Независимый политический аналитик (Бишкек)

Айгерим Мусабалинова

Эксперт в сфере гражданского права Республики Казахстана и международного права по защите прав детей и женщин.

Марат Мусуралиев

Экономист, заместитель директора компании «Smart Business Solutions Central Asia»

Эльмира Ногойбаева

Руководитель Аналитического центра «Полис Азия»

Жаслан Нурбаев

Доцент в ЕНУ им. Л. Н. Гумилева, участник Школы аналитики CABAR.asia (Нур-Султан)

Аслан Нуржанов

Руководитель проектов в «Eurasian center for people management», участник Школы аналитики cabar.asia (Нур-Султан)

Динара Нурушева

Исследователь

Диана Окремова

Директор Общественного Фонда «Правовой медиа-центр»

Эдиль Осмонбетов

Политолог

Динара Ошурахунова

Правозащитница, член международной сети мониторинга парламентов (Бишкек)

Лидия Пархомчик

Старший научный сотрудник Евразийского научно-исследовательского института

Бахром Раджабов

Политэкономист, PhD (Ташкент)

Анастасия Решетняк

старший научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований

Шерали Ризоён

Политолог (Душанбе)

Гульзада Рысбекова

Независимый исследователь в области международных отношений (Бишкек)

Жаксылык Сабитов

PhD, Евразийский Национальный Университет

Марал Сагыналиева

Независимый исследователь, участница Школы аналитики CABAR.asia (Бишкек)

Санжар Саидов

Политолог, PhD (Ташкент)

Рауф Салаходжаев

Экономист, старший научный сотрудник Международного Вестминстерского Университета (Ташкент)

Сардор Салим

Политолог (Ташкент)

Фаррух Салимов

Кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой дипломатии и внешней политики Таджикского национального университета

Юрий Саруханян

Специалист по международным отношениям. Участник Школы аналитики cabar.asia (Ташкент).

Рафаэль Саттаров

Независимый политолог

Айым Саурамбаева

Юрист в сфере международного права, магистр по правам человека и демократизации (Алматы, Казахстан)

Петр Своик

Политический деятель Казахстана

Инга Сикорская

Программный директор Школы миротворчества и медиатехнологий в Центральной Азии

Ольга Симакова

Общественный фонд «Центр социальных и политических исследований «Стратегия»

Дориюш Солиев

Независимый аналитик (Душанбе)

Клара Сооронкулова

Юрист, бывшая судья Конституционной Палаты ВС КР

Рустами Сухроб

Специалист по международным отношениям (Таджикистан); PhD кандидат Уральского Федерального университета, кафедра теории и истории международных отношений.

Константин Сыроежкин

Ведущий синолог Казахстана

Алишер Таксанов

Независимый эксперт

Азамат Темиркулов

Доцент, доктор политических наук (Бишкек)

Ануар Темиров

Аналитик, участник Школы аналитики cabar.asia (Нур-Султан)

Бауржан Толегенов

Политический обозреватель (Нур-Султан)

Медет Тюлегенов

Руководитель направления «Международная и сравнительная политика» АУЦА

Акрам Умаров

Независимый эксперт (Узбекистан), научный сотрудник международного академического проекта GCRF COMPASS

Арсен Усенов

Политолог (Бишкек)

Эсен Усубалиев

директор аналитического центра «Prudent Solutions», специалист по международным отношениям

Толипов Фарход

Политолог, директор негосударственного научно-образовательного учреждения «Билим карвони» (Ташкент, Узбекистан)

Комрон Хидоятзода

Редактор дипломатического вестника «MISSION»

Евгений Хон

Экономист

Хурсанд Хуррамов

Политолог

Андрей Чеботарёв

Директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» (Казахстан)

Ажар Чекирова

PhD кандидат факультета политологии Иллинойского университета в Чикаго

Ирина Черных

Доктор исторических наук, профессор

Шерзод Шамиев

Магистр политологии Академии ОБСЕ, специалист компании Z-Analytics (Таджикистан)

Бахром Шарипов

кандидат экономических наук

Искендер Шаршеев

Экономист, исполнительный директор Ассоциации Иностранных инвесторов (Бишкек)

Искендер Эратов

Независимый эксперт

Чинара Эсегул

Старший советник ПРООН КР по вопросам предотвращения конфликтов

Гули Юлдашева

Доктор политических наук

Дильмурад Юсупов

Докторант Института исследований проблем развития (IDS) Университета Сассекса, участник Школы аналитики CABAR.asia (Ташкент)

Юлий Юсупов

Экономист, директор Center for Economic Development (Ташкент)

Ильдар Якубов

Кандидат политических наук (Ташкент)