Статьи IWPR по ЦА, Статьи IWPR по ЦА Таджикистан

Ибодулло Калонзода: молодежь — “лакомый кусок” для экстремистских группировок

05.04.2018

По словам известного в Таджикистане имам-хатиба общественной мечети “Нури ислом”, основной причиной вовлечения молодежи в деятельность экстремистских организаций является религиозная безграмотность. 


Автор: Джамшед МАЪРУФ, независимый журналист (Согдийская область)

Ибодулло Калонзода, являющийся также одним из наиболее авторитетных богословов в Таджикистане, говорит, вопреки распространенному мнению, сложная социально-экономическая ситуация не является главным фактором радикализации населения.

CABAR.asia: Когда появилась база для присоединения молодежи к террористическим и экстремистским группировкам? 

Фото: din.tj

Ибодулло Калонзода: Наши родители в советское время не имели свободного доступа к религии. Мы можем предположить, что именно оттуда исходят корни этого неправильного понимания религии, и именно это является одним из факторов, способствовавших отсутствию сегодня религиозной культуры у многих таджиков. Люди на протяжении 70-80 лет  ничего не знали о своей религии, религиозные знания ограничивались семейными традициями, которые можно было наблюдать за столом, когда наши родители делали дуа, читали Коран, держали частично пост или участвуя в панихидах, могли прочитать молитвы из Корана. Мы были рождены как мусульмане, однако религиозная культура практически отсутствовала.

После распада Советского Союза страна получила суверенитет, и появились мечети, в свободном доступе появилась литература. Но предоставлены они были обществу, которое на протяжении 70-80 было далеко от религии.   Оно испытывало жажду в религиозных знаниях, в мечетях, в Коране и чтении религиозной литературы. Этим воспользовались недруги, которые знали,  куда и как можно больнее ударить.

Почему враги акцентировались на  молодежи? Потому что старшее поколение в той или иной степени все же было в курсе истинных народно-религиозных обычаев.  У них было устоявшееся мнение и позиция относительно данной темы. Что же касается молодежи времен независимости, то они были обеспечены доступом к информации и  религиозным ценностям. От родителей они получили только традиции. База их мышления в вопросах религиозной просвещенности была подобно вспаханной земле, на которой ничего нет, можно сеять что хотите.  И сторонники экстремистских направлений, у которых многолетний опыт работы и финансовые возможности, анализируя, понимают, что, где и как надо сеять. Они захотели и посеяли среди народов этих стран (Центральной Азии и Кавказа) свои экстремистские направления.

Эти религиозные течения переводили свою литературу на таджикский язык и начали их издавать. Позднее, с 1990-х годов они начали их распространять среди народа, в особенности, среди молодежи.

У нас есть наше наследственное религиозное учение — мазҳаб Имоми Аъзама (ханафитское направление).  Но у нас полностью отсутствовало религиозное образование, и вместо того, чтобы изучать и обучаться по  книге «Чаҳоркитоб» (Черырехкнижье), наши противники решили заполнить наше сознание своей религиозно- политической литературой. Почему они не стали переводить на таджикский язык Коран  и распространять его? Почему не перевели на таджикский язык книгу Мухаммада аль-Бухари (исламский богослов IX века в Бухаре)? Почему они не перевели «Чаҳоркитоб» и не стали её распространять, что было бы  более логичным, учитывая наше вероисповедание? Но нет — они стали распространять литературу своего религиозного направления на таджикском языке, хотя это требует немало денег.

Из всего этого можно предположить, что их целью было воспитать нашу молодежь согласно своим религиозным направлениям и создать группы, где они будут воспринимать ислам именно посредством этой литературы, а не из книг Имама Аъзама (Абу Ханифа — исламский богослов, сформировавший религиозную школу, устоявшаяся среди народов современной Центральной Азии). Юноша брал в руки эти религиозные книги, аяты, хадисы на таджикском языке, но  там было содержание салафитское, вахабитское, Джамаат Таблиг, Хизб ут-Тахрир аль Ислами и пропаганда их религиозных направлений. Они прекрасно знали, что мы исповедуем ислам течения Имам Аъзама.  Если бы они в действительности являлись нашими друзьями, то они бы перевели на таджикский и распространяли литературу, характерную нашему течению. И тогда бы мы сказали, что да, действительно —  они являлись нашими друзьями. Однако, о литературе нашего течения и речи не было.

Религиозная радикализация верующих является одной из важных проблем в Таджикистане. Фото: Sputnik Tajikistan

CABAR.asia: На данный момент, какие факторы  влияют на присоединение молодежи к различным террористическим и экстремистским течениям?

Один из факторов, который был вначале, — это экстремистская литература, переведенная на таджикский язык. Это сильно повлияло.

Другим важным фактором является интернет. В интернете полный доступ к экстремистскому вовлекающему материалу разных течений. И молодежь, из-за низкого уровня религиозной и правовой просвещенности, попадают в ловушку в социальных сетях. Поэтому сегодня молодому поколению очень важно знать этику пользования социальными сетями и осознавать, что когда Верховный суд Таджикистана объявляет 15-16 течений ислама являются незаконными, а их деятельность считается террористической,  то все, что последние предлагают или к чему они призывают, идет во вред как исламу, так и гражданам Таджикистана. И все: будь то книга, социальная сеть, миссионеры или их учитель, они используют только во благо себе и в своих корыстных целях.

Нужно понимать, что они никогда не будут публиковать истинную суть хадиса или аята, они будут трактовать так, как им выгодно, вырывая слова из контекста. И тот человек, который  не имеет достаточных знаний или информации, услышав данный фрагмент, скажет – да, действительно, это писание из Корана. Когда они не договаривают аят или хадис, это становится большой проблемой. Поэтому надо быть очень бдительным.

Население Таджикистана стремительно растет, где более половины жителей составляют молодежь. Фото: ИА «Азия Плюс»

Также немаловажный фактор — это миграция. Когда наша молодежь мигрирует в те или иные страны, мы не знаем, кто их там окружает. Большая  часть юношей по возвращению придерживаются течения шафеизм в молитве. Последователи этого течения есть и в Москве — это и дагестанцы, и чеченцы. Они не знают разницы между Ханафитским течением и Шафеизмом, и когда мы с ними проводим разъяснительные работы и поясняем, что этот стиль молитвы относится к течению Шафеи, который действительно, является  течением суннат-вал-джамаат и не противоречит нашему направлению. Однако, у нас свои традиции в исламе, которое мы должны придерживаться, они начинают это понимать и отходят от этого.

Другое дело, когда они присоединяются к таким течениям, как салафиты и ваххабиты. Начитавшись их литературы, они заражаются салафитским мышлением.  Они меняют свой стиль молитвы и начинают полагать, что все их высказывания верны. Приобщившись к течению салафизм или ваххабизм, они не только начинают менять стиль молитвы, но также отравляют сознание этих молодых людей. Они уже меняют точку зрения,  толкование Корана относительно такого понятия, кто является мусульманином и объясняют, кто может стать или является кафиром (иноверец). То есть, поэтапно все глубже  и глубже завлекают их в свою ловушку, и это сегодня является угрозой для многих молодых людей. В этой ситуации родители должны проявлять максимальную бдительность. Когда они будут из Таджикистана звонить своим детям, они должны говорить, «сынок, мы здесь слышим, что наше течение в исламе — это течение  Имоми Аъзама, он лидер нашего течения и именно его учение является истинным. Ты смотри, чтобы под маской религии и хадисов из Корана, не присоединился к экстремистским течениям».

Следующим фактором являются деньги —  как в миграции, так и внутри страны. Где бы то ни было, система этих незаконных течений имеет немало денег, и они разными путями готовы реализовывать свои цели. Вкладывая их в торговлю, поиск работы, обеспечение семьи, разного рода помощи, и выпусков  литературы. Это тоже один из возможных вариантов — вовлечение уязвимой молодежи, которая находится в миграции, но не имеет работы и средств к существованию.

Молодежь 18-20 лет, у которых нет жизненного опыта и если они не осведомлены о религии ни в школе, ни дома — самый что ни на есть «лакомый кусочек» для экстремистов. Конечно,  с помощи пропаганды и разного рода экстремистской литературы они смогут завлечь их на свою сторону.

 

CABAR.asia: Как можно противостоять этим факторам?

Правовая осведомленность сегодняшней молодежи должна  быть поднята на более высокий уровень. Когда в семье речь заходит о приобщении молодежи к разным экстремистским течениям, воспитательный момент должен быть своевременным и действенным. Молодежь со школьной, институтской или университетской скамьи должна быть ознакомлена о нашем ханафитском мазхабе. Сегодня в мире враги ислама хотят, чтобы мы отошли от своего течения, и  молодые люди должны быть бдительными. Читаете вы намаз или нет, но вы должны знать, что наше мнение относительно ислама вот такое, мы поднимаем руки и делаем дуа, читаем суру «Табарак», идем на кладбище и читаем там суры и аяты». Это те моменты, которые ясны и понятны и не требуют дополнительного урока. Родители все это знают, и вот этими знаниями они должны делиться со своими детьми, пусть это будет очень простая, но все же основа религии и верования, которые необходимы их детям. Когда родители говорят со своими детьми (которые в миграции) по телефону, пусть они говорят об осторожности, чтобы ради денег или еще каких-либо обещаний,  дети не попались в сети недоброжелателей. У их детей в миграции больше свободы, и это не всегда может положительно влиять на становление личности.

CABAR.asia: Часто озвучивается, что одним из основных факторов религиозной радикализации является сложная социально-экономическая ситуация. Что вы думаете об этом?

Я думаю, религия, вероисповедание и приверженность религиозной школе не продаются.

Когда юноша в семье, в обществе получает должные знания относительно своей религии, то социально-экономические проблемы не смогут изменить его точку зрения. Сколько процентов молодежи сегодня приобщаются к этим экстремистским течениям?  Когда мы говорим об определенном проценте молодежи, то это однозначно исключает социально-экономическую подоплеку. Ведь, если бы причиной являлись именно эти факторы, то влияние их было бы на всех одинаково и присоединялись большее количество людей.  Но здесь мы видим другую ситуацию. Это определенная группа людей, и если мы сейчас начнем анализировать их состав, то увидим, что это — молодые люди, наиболее подверженные влиянию.

Хизб ут-Тахрир, привлекая молодых людей, начал с призыва к молитве. Салафиты тоже начинали с того же. Возможно действительно, финансово семья была неустойчива, но родители искренне обрадовались тому факту, что их дети c конца 1980-90-х гг. начали читать намаз. Повторюсь,  чтение намаза (молитвы) было одним из первых действий Хизб ут-Тахрир. Они же не стали изначально заниматься тем, чем они действительно планировали заниматься. Реализовывать свои планы они стали уже после того, как сделали 3-4 шага. Салафиты действовали более агрессивно, они предлагали свой измененный стиль намаза, который не классифицируется ни под одно из течений, они расширились, отрастили длинную бороду, ходили с непокрытой головой и одевали короткие штаны.  То есть, они смело демонстрировали механизм своей работы. Эта часть молодежи никак не испытывала финансовую затрудненность, так как основная их часть была обеспеченной и занимались торговлей и бизнесом. Посмотрите, насколько отличаются факторы влияния.

Вот на этом примере мы можем отчетливо увидеть действие фактора финансовой надобности или материальной нужды. В случае с салафитами  финансовая подоплека не была фактором влияния на приобщение к этой группировке. Если говорить о «тахрировцах», то она была, но не играла основной роли.

Это интервью подготовлено в рамках проекта «Расширение прав и возможностей общества в борьбе с экстремизмом в Таджикистане», реализуемого Представительстом Института по освещению войны и мира (IWPR) в Таджикистане.

Последнее

Популярное