© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Таджикистан: дилемма между здоровьем и выживанием

С момента официального признания наличия коронавируса в Таджикистане прошел месяц, но вопреки ожиданиям населения карантинный режим не был введен. Из ограничений власти велели закрыть средние школы до 16 августа и запретили массовые мероприятия.


Подпишитесь на наш канал в Telegram!


По мнению эксперта в сфере медицины Абдухалила Холикзода, Таджикистан мог бы пойти по пути Швеции, то есть выбрать мягкую форму карантина. Он считает, ситуация с распространением вируса вышла из-под контроля и его распространение уже нельзя предотвратить принятием мер жесткой изоляции.

Абдухалила Холикзода. Фото с личной страницы в facebook.com
Абдухалила Холикзода. Фото с личной страницы в facebook.com

Также Холикзода полагает, что жесткий карантин, который требует, чтобы люди находились дома, лишит людей возможностей заработать себе на пропитание.

«Лучше постепенно формировать коллективный иммунитет в обществе. Но мягкий карантин должен строго соблюдаться до конца эпидемии», – говорит Холикзода.

По его словам, мягкий карантин означает, что больные люди в основном будут изолированы, а те, кто нуждаются в медицинской помощи, будут доставляться в больницы на машинах скорой помощи. По этой причине все больницы должны быть обеспечены машинами скорой помощи, а персонал – средствами защиты.

Холикзода считает, что в период мягкого карантина должны работать только ключевые учреждения и предприятия. Учреждениям, приостановившим деятельность из-за вируса, следует предоставить «финансовый отпуск», и временно приостановить для них выплату банковских кредитов и процентных платежей. Учреждения, чья деятельность необходима для повседневной жизни людей, должны работать так, чтобы соблюдалась дистанция между людьми.

 «Если следовать принципам мягкого карантина, тогда можно снизить потери от пандемии», – сказал он.

Шамсиддин Курбонов, директор медицинского центра «Насл», доктор медицинских наук, также является сторонником введения мягкого карантина в стране. Он говорит, что эта мера может сократить число случаев заболевания, хотя полностью пресечь распространение вируса не удастся.

«Нужно ограничить контакты людей друг с другом насколько это возможно. Даже больницы с пациентами не представляют такой угрозы, как места большого скопления людей», – сказал он.
Шамсиддин Курбонов. Фото CABAR.asia
Шамсиддин Курбонов. Фото: CABAR.asia

Шамсиддин Курбонов считает, что мягкий карантин должен включать такие меры, как ограничение в максимально возможной степени передвижения в общественных местах и зонах карантина и запрет на проведение массовых мероприятий. Все медицинские учреждения должны быть обеспечены необходимыми материалами для обследования, диагностики и лечения пациентов.

Также нужны специализированные зоны для ухода и лечения пациентов и необходимо изучение опыта других стран.

По его словам, мягкий карантин должен быть введен в каждом регионе страны на срок свыше более одного месяца – в зависимости от масштабов распространения коронавируса.

«Готовность медицинских учреждений, обеспечение их кадрами, наличие экстренных тестов для диагностики заболевания, обеспечение одноразовыми материалами, обеспечение медицинских учреждений медикаментами, создание эффективной и надежной системы работы, психологическая поддержка персонала, обеспечение их семей средствами – всё это может повысить эффективность медицинской помощи против болезни и, в конечном итоге, привести к победе над эпидемией», – говорит Курбонов.

Амин Мукаддам, вирусолог и врач из Оксфорда (Великобритания), считает, что для таких стран, как Таджикистан, карантин – не единственный способ предотвратить заболевание.

Амин Мукаддам. Фото: CABAR.asia
Амин Мукаддам. Фото: CABAR.asia

По его словам, самый разумный способ – соблюдать социальную изоляцию, использовать медицинские маски, расширять тестирование на коронавирус и создать систему отслеживания людей, которые могут быть заражены коронавирусом.

«Если такие меры будут применены, то возможно и не будет необходимости в карантине», – говорит Амин Мукаддам.

Некоторые эксперты считают, что опыт Швеции в борьбе с пандемией может быть полезным для Таджикистана. Швеция одна из самых развитых стран с сильной системой социальной защиты не объявляла карантин, и все учреждения, включая школы, были открыты.

Однако Амин Мукаддам считает, что шведский опыт имеет свою специфику, и его нельзя перенести в другие страны. Например, по его словам, больницы в Швеции были заранее подготовлены к приходу пандемии, а социальное поведение шведов отличается от жизни в Таджикистане.

«В Швеции привыкли жить раздельно и даже порой в одиночестве, это – часть их культуры», – говорит Мукаддам.

Точка зрения экономистов

Экономисты считают, что в случае объявления карантина правительство должно оказывать финансовую помощь определенным слоям населения.

Ашурбой Солехзода: Фото: glavportal.com
Ашурбой Солехзода: Фото: glavportal.com

Первый заместитель министра экономического развития и торговли Таджикистана Ашурбой Солехзода в интервью газете «Точикистон» заявил, что «объявление карантина не пойдет на пользу экономики и народу Таджикистана».

По его словам, карантин приведет к параличу сектора, который занимается оптовыми поставками. Предприятия будут закрыты, экономические связи будут разорваны. Солехзода прогнозирует, что на восстановление производства потребуется дополнительное время и затраты.

 Шариф Рахимзода, директор Института экономики и демографии Национальной академии наук Таджикистана, также сказал, что введение карантина нанесет вред экономике Таджикистана. По его подсчетам, закрытие всех отраслей в апреле обошлось бы в около 16 миллиардов сомони (около 1,6 млрд долларов США) экономике государства.

Ходжимухаммад Умаров. Фото: CABAR.asia
Ходжимухаммад Умаров. Фото: CABAR.asia

Ходжимахмад Умаров, доктор экономических наук считает, в случае объявления карантина, ресурсов государства не хватит для помощи всему народу страны.

Умаров полагает, что государство должно определить, каким категориям населения оно сможет помочь. Это такие категории как инвалиды, люди старше 60 лет, многодетные семьи, матери одиночкам и другие уязвимые группы.

Однако, по его словам, даже эти средства будет сложно найти с учетом низкой собираемости налогов.

«Хотя чиновники говорят, что все под контролем, но ситуация не такая хорошая, и чиновники иногда оценивают её поверхностно», – сказал Умаров.

Олимджон Бобоев, экономист и бывший депутат парламента думает, что во время двухмесячного карантина население можно будет обеспечить за счет имеющихся у государства ресурсов, резервных фондов и гуманитарной помощи.

Олимджон Бобоев. Фото: ozodi.org
Олимджон Бобоев. Фото: ozodi.org

По его данным, от карантина больше всего пострадает малый и средний бизнес. Поэтому на это время власти должны поддерживать таких бизнесменов и освобождать от уплаты некоторых налогов.

«Правительство должно выделить определенную сумму денег для поддержки трудовых мигрантов, предоставить населению беспроцентные потребительские кредиты. В этом случае все расходы государства на другие отрасли будут приостановлены и направлены на поддержку населения», – добавил Бобоев.

Насколько готов Таджикистан работать дистанционно?

Асомиддин Атоев, эксперт по информационно-коммуникационным технологиям (ИКТ), заявил, что в случае объявления карантина, население Таджикистана не сможет работать дистанционно.  

«Опыт показывает, что не все страны готовы работать удаленно. Тем более Таджикистан. Особенно, если учесть неправомерную анти-технологическую реализацию государственной политики развития за последние несколько лет», – сказал Атоев.

Он пришел к такому выводу наблюдая за опытом «применения дистанционного образования в условиях текущей пандемии в странах Центральной Азии».

Асомиддин Атоев. Фото с личной страницы в facebook.com
Асомиддин Атоев. Фото с личной страницы в facebook.com

«Относительный успех Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана в этом направлении в сравнении с отечественной несостоявшейся попыткой применения такого режима обучения и есть доказательство того, что наша страна не готова ни к удаленному обучению, ни к удаленной работе», – говорит Атоев.

По его словам, корни «такой печальной ситуации необходимо искать в мерах по реализацию государственной политики развития в целом, и в ошибках регулирования отрасли ИКТ в частности».

Атоев привел несколько примеров ошибочных решений. Например,  «введение акцизного налога вопреки норм действующего в 2011 году Налогового кодекса РТ».

«Этот налог до сих пор применяется, да и еще с двух процентным ростом с апреля 2015 (повышение налога с 3% до 5%) года», –  сказал Атоев.

Он также считает ошибкой создание единого коммутационного центра (ЕКЦ), произошедшее в декабре 2015 года. По его мнению, все эти меры привели к тому что таджикский рынок ИКТ стал неконкурентоспособным.

«Другим показателем готовности страны, могло бы быть наличие онлайн заседаний, например, того же Республиканского штаба по борьбе с пандемией. К большому сожалению, такой практики не наблюдается», – сказал Асоев.

Атоев также обратил внимание на потенциал инфраструктуры связи и стоимости доступа к таким ресурсам.

«Если в условиях города инфраструктура связи игроков отечественного рынка все еще в состоянии обеспечивать качественный доступ (несмотря на все усилия регулятора отрасли ограничить его), то в сельской местности этот показатель уступает в разы», – сказал Атоев.

По его словам, для перехода на дистанционное образование школьников семьям не хватает компьютеров. Также есть проблема «цифровой грамотности» людей.

Это по мнению Атоева, также явилось результатом «анти-технологического» подхода в сфере образования, в которой с 2009 года действуют запреты и ограничения на использование мобильных технологий коммуникации в школах и вузах.

Если в условиях города инфраструктура связи еще в состоянии обеспечивать качественный доступ, то в сельской местности этот показатель уступает в разы.

Также Атоев критически отозвался о скорости Интернета в Таджикистане.

«Скорость доступа является критически важным показателем для комфортной работы онлайн. Грубо говоря, можно разделить этот показатель на скорость канала входящего в страну Интернета («первая миля»), на скорость канала внутри страны («средняя миля»), а потом уже на скорость доступа конечного пользователя («последняя миля»). Так вот: скорость первой мили начиная с января 2017 года монопольно зависит от Точиктелекома, не самой компетентной и технологически-подкованной компании отечественного рынка. Скорость канала в средней мили, где все еще сохраняется небольшая конкуренция, лучше», – сказал Атоев.

Житель Душанбе, дети которого посещают частный лицей в Душанбе, сказал, что его дети сейчас занимаются с учителями дистанционно.

«Но качество интернета настолько плохое, что стоит учителю провести 4-5 минут урока, как связь внезапно обрывается. Когда он подключается заново через несколько минут, ребенок теряет интерес к учебе», – сказал душанбинец, попросивший не называть его имени.


Данный материал подготовлен в рамках проекта «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project». 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: