© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Парвиз Муллоджанов: трудовая миграция в долгосрочной перспективе принесет вред Таджикистану

«Массовая трудовая миграция не должна становиться  постоянным явлением; чем дольше она продолжается, тем больше накапливается вредных и деструктивных последствий, которые начинают всерьез угрожать политической и социальной стабильности», – сказал в интервью аналитической платформе CABAR.asia политолог Парвиз Муллоджанов.

English Тоҷикӣ


Подпишитесь на наш канал в Telegram


 CABAR.asia: Президент РТ Эмомали Рахмон во время встречи с Владимиром Путиным озвучил просьбу о массовой амнистии мигрантов из Таджикистана, нарушивших те или иные нормы законодательства РФ. Будет ли эта просьба удовлетворена Москвой?   

Скорее всего как обычно амнистируют часть трудовых мигрантов, но российская сторона вряд ли пойдет на полное амнистирование. В экспертном сообществе этот феномен объясняют следующим образом: во-первых, трудовая миграция давно уже имеет сколько не экономический, а геополитический характер.

Таджикские трудовые мигранты являются чрезвычайно удобным рычагом влияния на Душанбе со стороны России. Бюджет Таджикистана находится в прямой зависимости от трудовой миграции – таджикскую экономику в связи с этим часто называют «экономикой денежных переводов».

Во время визита в Москву Рахмон на встрече поднимал вопрос амнистии нелегальных трудовых мигрантов. Фото: kremlin.ru

Поэтому российские власти время от времени используют трудовых мигрантов как инструмент геополитического влияния. Каждый раз, когда возникают разногласия в российско-таджикских переговорах или когда российская сторона хочет высказать свое недовольство какими-либо инициативами таджикских властей, начинается волна депортаций. Так было в 2011 году во время так называемого «дела российских летчиков», потом во время переговоров по российской базе и так далее.

Стратегически в дальнейшем российское руководство намерено полностью легализовать сферу трудовой миграции в России. Однако на практике мигранты часто используются в качестве инструмента давления на страны, которые поставляют свои трудовые ресурсы на российский рынок: Грузию, Азербайджан, Молдавию, Кыргызстан, и Таджикистан в том числе.    

С другой стороны, российские власти используют депортацию также в качестве инструмента для регулирования трудовой миграции в России. Они также последовательно проводят курс по снижению нелегальной миграции. Это означает наличие определенного плана по объему и числу депортаций, который спускается сверху и дальше реализуется на местах. Соответственно, официальные ведомства зачастую принимают решения по депортации произвольным образом, с нарушением протокола. Один российский правозащитник подсчитал количество решений по депортации, принятым судьей одного их московских судов. Согласно его подсчетам, судья в среднем тратил на рассмотрение каждого дела о депортации не больше двух минут. 

По различным данным, за последние 10 лет таджикские мигранты перевели домой около 22 млрд долларов США. Как вы думаете, в ближайшей перспективе есть возможности снижения трудовой миграции и увеличения количества рабочих мест в самой стране?

Как показывает опыт других стран, которые прошли этот путь, есть три основных направления по обеспечению всеобщей занятости: первое – это индустриализация, развитие малого бизнеса и сферы услуг. Именно в этих сферах можно занять  наибольшее количество рабочих рук. Никаких особых инвестиций здесь не требуется. Просто создайте условия, при которых средний гражданин мог бы честным путем заработать достаточно денег для себя и своей семьи – и поверьте, народ сам прокормит и себя, и свои семьи и наполнит госбюджет.
Ничего придумывать и изобретать не надо. Все эти реформы уже давно апробированы в целом ряде стран – Южной Кореи, Сингапура и др. Реформы должны включать в себя разделение полномочий властей и создание независимого арбитражного суда, судебной системы, защиты инвесторов и бизнеса. Также необходима кардинальная реформа и пересмотр налоговой системы. Это два.

Суть налоговой реформы в том, что рост доходов бюджета должен происходить не за счет роста налогов, а за счет расширения базы налогообложения. То есть, чем больше состоятельных налогоплательщиков, чем больше людей активно заняты в экономике и бизнесе, тем больше доходы бюджета. Основная налоговая нагрузка должна быть перенесена с простых налогоплательщиков, с малого бизнеса,  на крупные компании и монополии.

В-третьих, беспощадная борьбы с коррупцией, невзирая на должности и лица. Коррупция, регионализм и непотизм  несовместимы с развитием современной экономики, особенно сектора малого и среднего бизнеса.

Под термином “благоприятный инвестиционный климат” у нас традиционно подразумевают создание условий для иностранного капитала. На самом деле, благоприятный инвестиционный климат должен создаваться прежде всего для внутренних инвесторов, для своих граждан. Если мне, как среднему гражданину, невыгодно вкладывать свои сбережения в местную экономику, то это тем более не будет выгодно для зарубежного инвестора.
Парвиз Муллоджанов. Фото: ipp.kg

 С учетом многочисленности мигрантов (около 1,2 млн граждан) в России, какие меры должны предприниматься властями для защиты их интересов в стране пребывания? Как вы оцениваете нынешнюю работу госорганов в этом направлении? 

Если сравнивать с началом и серединой 2000-х годов, то таджикское правительство сегодня уделяет гораздо больше внимания защите наших мигрантов в России, более активно действуют наше посольство и консульства, представительства миграционных служб. Но, по мнению самих мигрантов и их организаций в России, ситуация еще очень далека от идеальной. Особенно много жалоб на бюрократию при оказании помощи, равнодушие в отношении депортируемых мигрантов, которые могут содержаться под решеткой в течение многих месяцев. Также много жалоб на неэффективность системы социальной и правовой защиты мигрантов, неоказании помощи в случае незаконных задержаний, нарушения прав, вымогательств, невыплаты зарплаты и так далее.

С другой стороны, часть экспертов говорят, что нынешним властям выгодно отправлять потенциальную протестную и активную группу – молодежь – в миграцию и плюс решать социально-экономические проблемы за счет их денежных переводов…

Эта ситуация представляется выгодной только на первый взгляд. Может быть, какая-то часть элиты и рассуждает таким образом, но это должно быть невыгодно в первую очередь  для политической элиты.  

«Экономика денежных переводов» несостоятельна в долговременной перспективе.
Важно понимать, что массовая трудовая миграция не должна становиться  постоянным явлением; чем дольше она продолжается, тем больше накапливается вредных и деструктивных последствий, которые начинают всерьез угрожать политической и социальной стабильности. Как показывает международный опыт, трудовая миграция приносит наиболее положительный эффект в первые пять-десять лет – как правило, в переходный или пост-конфликтный период, во время экономических и социальных потрясений и т.д. В это время, она выступает в качестве подспорья для экономики, выполняя две основные функции – во-первых, позволяет значительной части населения элементарно выживать и обеспечивать свои семьи. Во-вторых, благодаря трудовой миграции, население получает возможность накопить первоначальный капитал для его последующего вложения в экономику страны и развития собственного бизнеса.

Дальше все зависит от властей. В идеале, за эти несколько лет правительство должно суметь создать в стране благоприятные условия для инвестиций трудовых мигрантов – чтобы люди вкладывали свои сбережения и доходы в открытие своих бизнес-предприятий, фермерских хозяйств, в местные банки и т.д. Другими словами, масштабная трудовая миграция – это лишь временный инструмент для накопления капитала и внутренних резервов  для последующего экономического рывка, перехода к эффективной, современной рыночной экономике, обеспечению населения работой внутри страны.
В качестве примера эффективного использования фактора трудовой миграции можно привести Турцию. В 70-ые годы Турция, наряду со странами Магриба, являлась основным поставщиком трудовых ресурсов в Европу. В 80-ые турецкое правительство провело ряд масштабных реформ, создав благоприятный инвестиционный климат внутри страны. В результате, миллионы турецких мигрантов стали выгодно вкладывать свои накопления в сектор малого бизнеса и сферу услуг, что обеспечило резкий рост занятости внутри страны; иностранный капитал пошел в страну уже вслед за этим. В свою очередь, правительства стран Магриба (Алжир, Тунис и Египет) не сумели или не захотели провести вовремя реформы и привлечь в экономику сбережения трудовых мигрантов – что, в конце концов, привело регион к “Арабской весне”.  

Как трудовая миграция влияет на традиции и культуру населения?

Есть опыт стран Магриба и Турции, которые уже прошли этот путь. Как правило, легализация миграции приводит к снижению объема денежных переводов. Например, в Тунисе долгое время было приблизительно столько же (в процентом отношении) трудовых мигрантов за рубежом, сколько и у нас. В 70-80-ые годы большинство из них были легализованы, получили европейские паспорта, перевезли свои семьи – объем переводов резко снизился. Действительно, мигранты будут меньше пересылать денег на родину, если их семьи находятся рядом с ними.

Сегодня сходные процессы происходят с таджикскими и постсоветскими  трудовыми мигрантами в России. От российских специалистов я слышал, что более 20 процентов наших мигрантов уже имеют российский паспорт – и это количество быстро растет. Растет тенденция переезда в Россию целыми семьями и группами родственников.  Конечно, полностью связи с родиной не будут прерываться, но все это будет сказываться на объемах переводов.

Что касается негативных последствий, то как я уже упомянул выше, чем дольше продолжается массовая трудовая миграция, тем больше проблем накапливаются. Долговременная и масштабная трудовая миграция отрицательно сказывается на обществе – разрушается привычное понятие “семья”, меняются традиционные ценности и моральный кодекс, растет число неполных, брошенных, разделенных семей, детей без отцов, сирот.
Кроме того, существует феномен религиозной и политической радикализации трудовых мигрантов. По официальным данным, до 80 процентов таджикских боевиков в террористическую группировку ИГИЛ (запрещенная в Таджикистане и ряде других стран террористическая организация, – прим. ред.) были рекрутированы из числа трудовых мигрантов.

Опыт трудовой миграции в странах ЕС показывает, что второе и третье поколение трудовых мигрантов намного более подвержены религиозной радикализации, чем их родители. Поэтому, затянувшаяся массовая трудовая миграция противоречит долговременным интересам как страны, общества, так и политической элиты.

Единственный выход – надо проводить полномасштабные реформы внутри страны, создавать рабочие места и возвращать большинство наших мигрантов на родину. Чем раньше мы это сделаем, тем лучше. «Экономика денежных переводов» не состоятельна в долговременной перспективе.

Какие проблемы беспокоят мигрантов в первую очередь? 

Трудовые мигранты, задержанные в России. Иллюстративная фотография из интернета

В первую очередь большинство мигрантов беспокоят социально-экономические проблемы – сегодня трудовые мигранты больше тратят и меньше зарабатывают. Растет стоимость патента, аренды жилья, питания, а девальвация рубля и экономический кризис в последние годы существенно снизили их доходы. Во-вторых, проблема статуса –  безвизовый режим существует, но бюрократические сложности постоянно возрастают, что опять приводит к росту расходов, на патент, оформление документов и т.д. В-третьих, проблемы правового характера, так как мигранты являются основным объектом давления, беспредела и вымогательства со стороны полиции, правоохранительных и судебных органов.

Относительно депортации мигрантов за счет правительства Таджикистана

Конечно, таджикское правительство при желании может создать систему бесплатного или льготного возвращения депортированных граждан обратно в страну. Можно обеспечить вывоз депортируемых мигрантов, выделив для них хотя бы раз в неделю поезд или самолет. Не думаю, чтобы это потребовало таких уж больших и неподъемных денег.

Как можно решить проблему многочисленных мигрантов, находящихся в РФ нелегально или попавших в «черный список»?

Здесь есть два пути: во-первых, заключение межгосударственного соглашения – возможно, в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) или на двухстороннем уровне.  Например, согласно такому соглашению, мигранты могли бы получить легальный статус в России, наподобие того, что имеют граждане стран-членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Во-вторых,  в перспективе, можно перейти к визовой системе, когда будут введены трудовые визы. В этом случае, нелегальная миграция уже в принципе прекратит свое существование как социальное явление. Но таджикская сторона (как и российская) на такой радикальный шаг вряд ли согласится. В целом же, легализация трудовой миграции и так уже происходит. С одной стороны, как уже говорилось выше,  само российское правительство намерено в перспективе полностью покончить с нелегальной миграцией в стране. С другой стороны, это также происходит естественным путем, так как все большее число наших мигрантов получает вид на жительство или российское гражданство.


Данный материал подготовлен в рамках проекта «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project», реализуемого при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Норвегии. Мнения, озвученные в статье, не отражают позицию редакции или донора.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: