© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

Какие подходы стран АТР в борьбе с пандемией коронавируса применимы в Центральной Азии?

Mногие страны в настоящее время заняты поиском наиболее эффективных мер для борьбы с пандемией коронавируса и смягчения экономических последствий кризиса. О том, какие лучшие практики стран АТР могут быть применимы в Центральной Азии в борьбе с пандемией коронавируса, каким образом выйти на путь устойчивого развития и др. рассуждает заместитель Генерального секретаря ООН и Исполнительный секретарь Экономической и социальной комиссии для Азии и Тихого океана (ЭСКАТО) мисс Армида Салсия Алишахбана в эксклюзивном интервью для CABAR.asia


Подпишитесь на наш канал в Telegram!


Мисс Армида Салсия Алишахбана

CABAR.asia:  Пандемия COVID-19, как справедливо отмечают аналитики, будет иметь далекоидущие последствия, в том числе  экономического характера. В «Обзоре экономического и социального положения в Азиатско-Тихоокеанском регионе за 2020 год» страны Центральной Азии отмечены как развивающиеся, не имеющие выхода к морю. Какие риски и проблемы в отношении экономических перспектив можно обсудить в этом аспекте? Какие рекомендации могут быть сделаны для государств Центральной Азии в целях минимизации последствий для экономик?

Мисс Армида Салсия Алишахбана: в условиях пандемии COVID-19 действительно ожидается заметное ухудшение экономического положения в странах Центральной Азии. Более низкие, чем ожидалось, цены на нефть и вялый внешний спрос ослабят экспортеров сырьевых товаров, что, в свою очередь, повлияет на дефицит бюджета, создаст проблемы с платежным балансом и нарастающим валютным давлением. При этом, в некоторых странах субрегиона также может наблюдаться сокращение притока денежных переводов из стран-экспортеров нефти. Экономический курс стран должен быть направлен на мобилизацию ресурсов для прекращения дальнейшего распространения пандемии, а также ускоренного наращивания потенциала для обуздания вспышки и лечения инфицированных коронавирусом людей. Это требует целенаправленного смягчения налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики для поддержки медицинских работников, субсидирования медицинского лечения COVID-19, а также мониторинга и контроля за дальнейшим распространением. Между тем, чтобы избежать экономического коллапса, особое внимание следует уделять разработке фискальной и денежно-кредитной политики для поддержки пострадавших от пандемии физических и юридических лиц и обеспечения финансовой устойчивости. Это могут быть целевые сокращения налогов, денежные выплаты и предоставление кредитов и ликвидных средств.

Какие провалы и проблемы в политическом курсе и экономической политике сдерживают заинтересованные стороны встать на путь устойчивого развития?

Три основных участника нашей экономики – правительства, предприятия и потребители сталкиваются с различными, но взаимозависимыми проблемами. Во-первых, столкнувшись с другими приоритетными задачами, правительства выбирают фрагментированную политику, направленную на стимулирование краткосрочного экономического роста, вместо сбалансированных междисциплинарных стратегических мер, способствующих устойчивому развитию. Во-вторых, конфликт интересов делают недостаточными усилия правительств по декарбонизации. В-третьих, недооценка углерода приводит к чрезмерному использованию этого ископаемого топлива. Несмотря на широкое распространение за последнее десятилетие выплат за выбросы углекислого газа в регионе, текущие показатели и охват на самом деле намного ниже требуемого для значительной переориентации на экологически безопасную низкоуглеродную экономику. В-четвертых, действующие правила ведения бизнеса не позволяют измерить и отследить углеродный вклад предприятий. В большинстве стран региона нет единого стандарта для управления устойчивыми инвестициями. В-пятых, текущие модели потребления богатеющего населения расширяют планетарные границы, поскольку потребители не учитывают экологические последствия их потребительских привычек. Наконец, неэффективное использование ресурсов приводит к ненужным растратам и неполному их использованию.

Понятие устойчивого развития неразрывно связано с успешной экономической моделью потребления и производства. Какие стейкхолдеры могут быть вовлечены в процесс построения устойчивого будущего и каким образом можно стимулировать их заинтересованность в этом?

Наше исследование, только что опубликованное в «Обзоре экономического и социального положения в Азиатско-Тихоокеанском регионе за 2020 год», вовлекает правительства, предприятия и потребителей в качестве основных заинтересованных участников. Эти стейкхолдеры должны действовать сообща для создания «круга благоприятных возможностей», в котором ведение устойчивого образа жизни, инновационные бизнес-модели и перспективные стратегии дополняют и подкрепляют друг друга в процессе перехода к экологически безопасному и более справедливому будущему. Для этого им необходимо учитывать воздействие на окружающую среду, обусловленное их действиями, как например, увеличение выбросов парниковых газов (ПГ) и объёмов вырабатываемых отходов. Это следует делать как на стороне потребления, так и на стороне производства. Для достижения этой цели правительства должны поддерживать изменения в поведении потребителей и производителей с помощью законодательных норм, налогов, а также программ стимулирования, а также просветительских мероприятий, побуждающих сделать выбор в пользу устойчивого и экологичного образа жизни.

Каким образом пандемия COVID-19 связана с проблемами экологии и изменением климата в Центральной Азии?

Зоонозных заболеваний, к которым относится COVID-19, передающихся от животных к человеку, становится всё больше. Их возникновение указывает на взаимосвязь здоровья людей и животных и их взаимозависимость от здоровья экосистем, в которых они существуют.

Поэтому пандемия COVID-19 тесно связана с отсутствием защиты биоразнообразия и природных экосистем, приводящих к более тесным контактам между животными и людьми. Нынешнюю пандемию также можно соотнести с торговлей дикими животными и отсутствием безопасности пищевых продуктов в сетях глобального продовольствия.

Всё больше людей попадают под угрозу пандемии из-за изменения климата, так как потеря естественной среды обитания, в связи с климатом, приводит к появлению животных, которые теперь могут чаще переносить заболевания при контакте с людьми, а изменение климата влияет на распространение воздушно-капельных инфекций. Пандемия коронавируса, очевидно, также усугубляется высоким уровнем загрязнения воздуха.

Последние исследования обращают внимание на растущую уязвимость Центральной Азии в отношении утраты биоразнообразия и изменения климата, поэтому необходимо внимательно следить за тем, чтобы ответные меры региона на спровоцированный COVID-19 кризис учитывали экологические факторы.

Однако, если говорить об оптимистичных вещах, то мы также видим, что замедление экономической активности в Азиатско-Тихоокеанском регионе дает Земле передышку. Да, снизился спрос на нефть и газ, но в то же время значительно сократился выброс углекислого газа и диоксида азота, уменьшилось загрязнение воздуха. Вспышка также предоставила возможности для продвижения более экологичных и устойчивых практик.

Каким образом различные слои общества могут мобилизовать свои усилия, чтобы осуществить цели устойчивого развития?

По мере того, как мы входим в новое десятилетие, кульминацией которого станет дедлайн Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, становится ясно, что наших усилий пока недостаточно. В сентябре 2019 года Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций Антониу Гутерриш призвал все слои общества мобилизоваться для проведения Десятилетия действий на трех уровнях: местном, общественном и глобальном. Предполагается, что правительства должны взять на себя инициативу на местном уровне, а молодежь, гражданское общество, средства массовой информации, частный сектор, профсоюзы, научные круги и другие заинтересованные стороны будут составлять второй – общественный уровень. И конечно, трансграничное сотрудничество и сотрудничество между странами будут действовать на глобальном уровне.

Источник: Обзор экономического и социального положения в Азиатско-Тихоокеанском регионе за 2020

В борьбе с изменением климата, Азиатско-Тихоокеанский регион должен принять меры на этих трех уровнях. В «Обзоре за 2020» на отдельные уровни возлагаются следующие функции:

  • правительства должны выдвинуть на первый план вопросы по устойчивому развитию и декарбонизировать свои экономики (действия на местном уровне);
  • предприятия должны компенсировать внешние экологические издержки их деятельности, а потребителям следует прийти к «осознанному» образу жизни (действия общественности);
  • страны должны способствовать расширению международного и регионального сотрудничества для разработки более масштабных решений (глобальные действия).

Какие решения и лучшие практики из опыта Азиатско-Тихоокеанского региона могут использовать страны Центральной Азии для борьбы с пандемией COVID-19?

В то время как пандемия COVID-19 распространяется быстрыми темпами, страны Восточной Азии в борьбе с пандемией превосходят другие. Примеры передовой практики в странах Восточной Азии включают в себя следующие:

  • Во-первых, это ранняя готовность к новой вспышке заболевания. Вспышка атипичной пневмонии в 2003 году и частые волны лихорадки денге привели к повышенной готовности населения в странах Восточной Азии к чрезвычайным ситуациям.
  • Во-вторых, принятие своевременных мер, таких как введение карантина и ограничение поездок, что имеет решающее значение в сдерживании пандемии.
  • В-третьих, призвание общественности к мерам предосторожности во время эпидемии, таким как ношение масок.
  • В-четвертых, использование новых технологий для мониторинга и ограничения распространения заболевания. Так, Китай и Республика Корея используют смартфоны для регистрации движения людей, чтобы замедлить распространение.

Наконец, увеличение скрининга на симптомы при перемещении людей в общественных местах. Многие предприятия начали проверять температуру тела рабочих перед входом в офис.

И заключительный вопрос: какие региональные механизмы могут быть использованы для построения устойчивого будущего в Центральной Азии?

Выздоровление и восстановление жизней людей после этой пандемии будет зависеть от усилий регионального сотрудничества и солидарности.
Одним из механизмов, который ЭСКАТО предлагает государствам-членам, является создание регионального фонда чрезвычайной помощи в области общественного здравоохранения, способного мобилизовать финансовые ресурсы и оказать целевую поддержку. Этот региональный фонд мог бы также объединить субрегиональные ресурсы для групп быстрого реагирования врачей и специалистов, а также предоставить комплекты для тестирования и другое оборудование. Это могло бы впредь обеспечить обмен знаниями о карантине и технологиями. ООН, включая ЭСКАТО, могла бы стать подходящей платформой для управления таким фондом и объединения заинтересованных сторон, включая государств-членов, региональные межправительственные организации, многосторонние банки развития, частный сектор, благотворительные организации и гражданское общество.

Если говорить о более широкой деятельности в области устойчивого развития, субрегиональное отделение ЭСКАТО для Северной и Центральной Азии (СОНКА) координирует многочисленные мероприятия в субрегионе, которые оказывают решительную поддержку странам в осуществлении Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года.

Например, региональный и субрегиональный диалог между государствами-членами и с участием широкого круга заинтересованных лиц, организуемый ЭСКАТО ежегодно в форме Азиатско-тихоокеанского форума по устойчивому развитию и Многостороннего форума стран Северной и Центральной Азии, предоставляет возможности для мониторинга достижения Целей в области устойчивого развития и укрепления регионального сотрудничества.

ЭСКАТО совместно с ЕЭК ООН также поддерживает Специальную программу Организации Объединенных Наций для экономик Центральной Азии (СПЕКА). ЭСКАТО тесно сотрудничает с основными субрегиональными организациями, включая Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС), Евразийскую экономическую комиссию, Программу Центральноазиатского регионального экономического сотрудничества (ЦАРЭС), Международный фонд спасения Арала (МФСА) и другие. Все эти и многие другие механизмы используются ЭСКАТО для оказания помощи центральноазиатским государствам-членам в их усилиях по достижению целей в области устойчивого развития.

Мисс Армида Салсия Алишахбана является заместителем Генерального секретаря Организации Объединенных Наций и Исполнительным секретарем ЭСКАТО.


Данный материал подготовлен в рамках проекта IWPR «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project».


 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: