Аналитические материалы / Таджикистан

Парвиз Муллоджанов: Таджикско-казахстанские отношения: новые вызовы и будущие перспективы

11.04.2018

«Казахстан традиционно является для Душанбе своего рода гарантом сохранения геополитического баланса в регионе – прежде всего, в качестве противовеса, ввиду явных претензий Узбекистана на региональное лидерство и доминирование в двусторонних таджикско-узбекских отношениях», — отмечает политолог Парвиз Муллоджанов в статье, специально для CABAR.asia.

parviz1История взаимоотношений

Отношения между Казахстаном и Таджикистаном традиционно отличались достаточно ровным и даже, если можно так сказать, благожелательным характером. Это особенно хорошо видно на фоне взаимоотношений этих стран с другими государствами региона, которые далеко не всегда выглядели столь же безоблачными. Так, у Казахстана были периоды непростых отношений и разногласий с Узбекистаном и  Кыргызстаном; достаточно сложными были отношения  и с соседним Туркменистаном —  в частности,  в связи с неопределенным статусом бассейна Каспийского моря. У Таджикистана долгое время были более чем напряженные отношения с Узбекистаном, а кыргызско-таджикские отношения несколько раз осложнялись, благодаря  неразрешенному конфликту в зоне Исфара-Баткен. Единственный серьезный вопрос, по которому  позиции Астаны и Душанбе традиционно не совпадали, является проблема распределения водных ресурсов региона. Здесь Казахстан по большей части был солидарен с Узбекистаном и Туркменистаном, которые традиционно выступали против планов таджикского и кыргызского правительств по построению каскада крупных ГЭС или по взиманию платы за свои водные ресурсы. Однако, разногласия по водным проблемам до сих пор фактически не сказываются на общем состоянии казахско-таджикских отношений, которые продолжают развиваться как в политической области, так и в сфере  экономического сотрудничества.

В то же время, в последние несколько лет, среднеазиатский регион все чаще сталкивается с новыми растущими вызовами и проблемами, как глобального, так и регионального характера. Возрастающее влияние на состояние дел в регионе оказывает продолжающийся с 2014 года социально-экономический кризис, падение цен на энергоносители и сокращение российского рынка труда, в котором занята значительная часть местных трудовых мигрантов. Дополнительную интригу добавляет и недавнее кардинальное изменение внешней политики Узбекистана, а также нарастающее обострение отношений между Западом и Россией. Соответственно, все это неизбежно сказывается на внешней и внутренней политике стран региона, в том числе и на межгосударственных отношениях, а также на перспективах региональной и постсоветской интеграции. В рамках данной статьи мы попытаемся ответить на вопрос, в какой степени скажутся все эти изменения и новые вызовы на дальнейшем развитии отношений между Астаной и Душанбе.

Геополитика и интеграция

Как правило, обе страны активно сотрудничают с друг другом в политической сфере. В свое время, Казахстан принял активное участие в попытках мирного урегулирования гражданской войны в Таджикистане; несколько раундов и консультаций межтаджикских мирных переговоров проходили на казахской территории, а казахстанские пограничники принимали участие в охране таджикско-афганской границы. После подписания договора о Коллективных миротворческих силах (КМС) в 1993, Казахстан взял на себя 30% финансирования деятельности данного подразделения. В свою очередь, на международных форумах и политических саммитах таджикское руководство традиционно выступает с поддежкой инициатив и предложений казахского руководства в области экономической и политической интреграции.

Начиная с 1993 (когда между двумя странами были официально установлены дипломатические отношения) и по 2014 год, стороны подписали 93 официальных документа, которые заложили солидную правовую основу по сотрудничеству Таджикистана и Казахстана в политической, экономической, инвестиционной, налоговой, банковской и таможенной сферах, а также в военной и военно-технической области. Так, Таджикистан поддержал вступление Казахстана в члены ВТО, выдвижение кандидатуры города Астаны в качестве места проведения ЭКСПО в 2017 году, а также избрание Казахстана в Межправительственный комитет по охране нематериального наследия ЮНЕСКО. Обе страны неоднократно заявляли о совпадении своих позиций по проблемам региональной безопасности, ситуации в соседнем Афганистане, развитию интеграции на постсоветском пространстве.

Такая двухсторонняя взаимная поддержка объясняется совпадением долговременных геополитических интересов.

Так, Казахстан традиционно является для Душанбе своего рода гарантом сохранения геополитического баланса в регионе – прежде всего, в качестве противовеса, ввиду явных претензий Узбекистана на региональное лидерство и доминирование в двусторонних таджикско-узбекских отношениях.

Поддержка Казахстана приобретала особое значение в период серьезного охлаждения отношений между Душанбе и Ташкентом, в условиях фактической транспортной блокады и экономической войны между Узбекистаном и Таджикистаном.

Казахстан и сам традиционно претендует на лидерские позиции в регионе, выступая в роли основного инициатора интеграционных процессов как на всем постсоветском пространстве, так и в рамках центральноазиатского региона. Во многом, эти претензии выглядят достаточно обоснованными: среди стран региона Казахстан обладает наиболее развитой экономикой, финансовой и банковской системой, а казахский крупный бизнес отличается значительными финансовыми возможностями и готовностью к реализации столь же крупных инвестиционных проектов за рубежом. В то же время, нельзя сказать, чтобы эти претензии одинаково признавались остальными странами региона – в первую очередь, здесь речь идет об Узбекистане, который, как уже говорилось выше, имеет столь же амбициозные геополитические амбиции. Соответственно, в экспертном сообществе уже давно говорят о негласном соперничестве между Ташкентом и Астаной, которые после распада Союза конкурируют за место регионального лидера.  В этом геополитическом противостоянии имеет значение позиции и симпатии каждой среднеазиатской страны. Поэтому, хорошие отношения с Таджикистаном (как и с другими соседними странами) являются для Казахстана действенным механизмом по расширению своего влияния в регионе. Таким образом, можно сказать, что «узбекский фактор»  (геополитические амбиции Ташкента), в течение долгого времени являлся одним из основных стимулов по взаимному сближению между Астаной и Душанбе.

В последнее десятилетие Ташкент значительно сдал свои позиции в регионе, фактически уступив Астане статус регионального лидера. Во многом, это объясняется политикой самоизоляции, который проводил Ислам Каримов в последний период своего многолетнего правления. За это время Узбекистан сумел испортить отношения со всеми своими соседями, практически самоизолировав свою промышленность и сельское хозяйство от региональных рынков сбыта. Наоборот, Казахстан в этот период сумел значительно усилить свою экономическую и финансовую экспансию в регионе.

В результате, за эти годы казахстанское экономическое присутствие существенно выросло даже в Таджикистане, где инвестиционный климат считается одним из наименее благоприятных на постсоветском пространстве. Сегодня Казахстан вышел на третье место по объему товарооборота в Таджикистане; несмотря на небольшой спад после кризиса 2014 года, за последний год товарооборот между двумя странами увеличился более чем на 31%.[1]

Казахстан принимает значительные усилия по продвижению своей «мягкой силы» (то есть, своего положительного имиджа) как в целом регионе, так и в Таджикистане, представляя себя в качестве экономически успешного и динамично развивающегося государства. В частности, Казахстан ежегодно выделяет выделяет квоту (100 мест) для таджикской молодежи в своих высших учебных заведениях; многие региональные конференции, медиа-форумы проводятся также на казахстанской территории.

В области безопасности основной площадкой для сотрудничества между двумя странами является ОДКБ; кроме того, Астана и Душанбе координируют свои внешнеполитические усилия в рамках других международных организаций,  таких как ООН, ОБСЕ и СВМДА[2];  а также на платформе различных региональных интеграционных моделей, активно продвигаемых Москвой, таких как СНГ и ШОС.

В области военно-технического сотрудничества Казахстан также сегодня является для Таджикистана партнером номер один в регионе, хотя и все еще значительно уступает России и Китаю.  Основные направления двустороннего военного сотрудничества заключаются в совместной подготовке военных кадров, обучении и подготовки военнослужащих в военно-учебных заведениях, совместном решении вопросов материально-технического обеспечения войск, обмене военно-технической и специальной информацией и т.д.

В настоящее время, Таджикистан все еще остается за рамками основной интеграционной модели последних лет – Евразийского экономического союза, идея о создании которого когда-то была выдвинута Нурсултаном Назарбаевым, тогда как непосредственная реализация этой инициативы на практике является заслугой сегодняшнего российского руководства. Это обстоятельство во многом сдерживает дальнейший рост сотрудничества между Таджикистаном и Казахстаном – не только в области политики и культуры, но особенно в области экономики и торговли.

Экономика и торговля

В области экономики и торговли сотрудничество между Таджикистаном и Казахстаном развивается по трем основным направлениям: во-первых, это реализация  межгосударственных инвестиционных проектов, включая создание инвестиционных и финансовых механизмов; во-вторых, инвестиции и проекты, связанные с крупным частным бизнесом (который, тем не менее,  в большинстве своем сохраняет тесную связь с государством); в третьих, торговые операции и общий товарооборот между странами.

Наиболее крупным инвестиционным проектом является создание Казахстанско-Таджикского фонда прямых инвестиций. Договоренность о его создании была достигнута в 2007 году, в ходе официального визита Президента Назарбаева в Таджикистан. Основная задача Фонда, зарегистрированного на территории Республики Казахстан, заключается в реализации совместных инвестиционных программ в области экономики, энергетической и металлургической областях; при этом доля казахской стороны составляет 80% уставного фонда.

Основным инициатором и участником большинства инвестиционных и совместных бизнес-проектов является крупный бизнес, как с казахстанской, так и таджикской стороны. Основной формой сотрудничества является создание совместных предприятий, большая часть из которых занята в основном торговыми экспортно-импортными операциями. В основном, Казахстан  поставляет Таджикистану пшеницу, минеральные продукты, машинотехническое оборудование. В свою очередь из Таджикистана в Казахстан экспортируется в основном сырье, фрукты, орехи, овощи.

Большая часть совместных инвестиционных проектов реализуются на территории Таджикистана; при этом, как правило, казахстанская сторона берет на себя основную часть долевого финансирования.  В самой Республике Казахстан созданы лишь несколько совместных предприятия с участием граждан Таджикистана: СП «Ориениншуриенс», СП «Ориенинвест», СП «Силк Вей», СП «Нак инкорпорейшн». Всего с 2007 по 2014 год было создано 48 совместных казахстанско-таджикских предприятий, 15 которых полностью принадлежат казахским инвесторам. Среди них наиболее известным является ЗАО «Оби Зулол» (производство воды и прохладительных напитков, мажоритарным акционером (65%) является казахский инвестор ТОО «Бейбарс и К»). В Таджикистане активно работают представительства крупных казахстанских компаний, таких как ЗАО «Казкоммерцбанк Таджикистан», «JTI Kazakhstan» (поставки сигаретной продукции), ТОО Teksan Kazakhstan Invest (поставки светоэлектротехнической продукции). В стране также работают дилеры по прямым поставкам казахстанской продукции, среди них компании «Alina» (производство сухих строительных смесей и лакокрасочной продукции), завода Пеноплэкс Казахстан (строительная продукция), завода «ЗЕРДЕ Керамика», группы компаний «Galaksi» (алюминиевые профили строительного назначения), холдинга «ЦЕСНА» (мука), «Объединенной зерновой компании» (пищевая продукция, пшеница и мукомольные изделия) и другие.[3]

Другим важным направлением двустороннего сотрудничества является сфера трудовой миграции – урегулирование и договоренности в этой области имеют важное значение как для Таджикистана, так и для Казахстана. После России Казахстан является основной страной, принимающей трудовых мигрантов из Таджикистана. Причем, поток и объемы миграции из Таджикистана на казахстанский рынок труда постепенно, но неуклонно возрастают. Так, в 2007 году в Казахстане проживало около 50 тысяч таджикских граждан; однако, уже за первые шесть месяцев 2016 года в Казахстан въехало почти 90 тыс. мигрантов из Таджикистана, треть из них не имели легального статуса.[4] В целом, по оценке казахской стороны, численность нелегальных мигрантов на самом деле еще выше, а количество сезонных мигрантов некоторые казахские эксперты оценивают в 400 тысяч человек.[5]  В этой связи в Казахстане все чаще выражают обеспокоенность такими объемами трудовой миграции, которая в перспективе может принять трудно контролируемый характер. В Таджикистане вопросам трудовой миграции в Казахстан также придают большое значение, расценивая ее как один из вариантов диверсификации трудовых потоков и снижения чрезмерной зависимости от российского рынка труда.

Саммит стран ЦА в Астане, март 2018

Продвижение вперед в этой области наметилось совсем недавно, в ходе саммита глав центральноазитских государств, состоявшегося в марте 2018 года. В рамках этой встречи было подписано «Соглашение о порядке пребывания граждан сторон на территории друг друга».[6] Согласно этому документу, отныне  граждане обеих стран в своих взаимных поездках могут находится на территории сторон без регистрации сроком до тридцати дней, а по регистрации — до девяноста дней.

В целом, обе стороны не раз заявляли, что потенциал для сотрудничества в области инвестиционных проектов намного выше и многие возможности остаются не задействованными. В качестве одной из причин в казахстанских бизнес-кругах и экспертном сообществе часто называют неблагоприятный инвестиционный климат в Таджикистане. В частности, в этой связи говорится об отсутствии независимого арбитражного суда, высоких налоговых ставках, а также нестабильности механизма налогообложения. С другой стороны, другим препятствием является и тот факт, что Таджикистан, в отличие от Казахстана, не входит в Евразийский экономический союз. Соответственно, в отношении его также действуют ограничения по внешней торговле, принятые для членов этой организации. Это также предполагает и различие нормативно-правовой базы между двумя странами, что также осложняет перспективы возможного сотрудничества.

Вызовы и перспективы

В заключение можно сказать, что казахстанско-таджикские отношения развиваются устойчиво, а в последние годы положительная динамика даже усилилась. Можно также сказать, что обе стороны традиционно демонстрируют стремление к развитию сотрудничества и партнерства. В то же время, характер и качество развития двусторонних отношений между обеими странами зависят от ряда объективных факторов, основными из которых являются следующие:

Во-первых, многое зависит от того, как дальше будет развиваться Евразийский экономический союз (ЕЭС), который на сегодня является основным механизмом по продвижению интеграции постсоветских стран. Сегодня, ЕЭС все еще остается больше геополитическим инструментом, где большая политика идет впереди экономики.  Экономическая отдача от его создания оказалась намного более скромной, чем декларировалось изначально. Так, в свое время российский академик С. Глазьев обещал, что уже в первый год после создания ЕЭС страны-участники получат около 450 миллиардов долларов дохода. На самом деле, первые годы ЕЭС, несмотря на оптимистические заявления его ведущих политиков,  оказались далеко не столь однозначными – в первую очередь, с точки зрения экономических дивидендов. Многие аспекты деятельности ЕЭС остаются еще не проработанными или не работают на практике. Например, не совсем ясно, как на практике соотносится принадлежность к ЕЭС с членством во Всемирной торговой организации, как на практике будет работать единый рынок и т.д.  Нормативные акты ЕАЭС создают препятствия для торговли своих членов с внешними партнерами; для стран Средней Азии это означает ограничение торговли с Китаем, который сегодня является основным инвестором в регионе, и в торговле с которым заинтересован местный крупный бизнес, большей частью тесно связанный с политическими элитами.  В результате, Таджикистан взял на сегодня тайм-аут  под предлогом всестороннего рассмотрения возможных последствий своего присоединения к ЕЭС; таким образом, его будущее членство в это организации остается все еще под вопросом. Будущее же казахско-таджикских отношений во многом будет зависеть от того, присоединится ли Таджикистан к ЕЭС или предпочтет остаться за рамками этой организации.

Во-вторых, решающим фактором будет и развитие ситуации в России, которая на сегодня остается основным стратегическим партнером как для Таджикистана, так и для Казахстана. Судя по всему, новый виток конфронтации между Россией и Западом вызывает обеспокоенность у всех среднеазиатских государств, которые явно не желают оказаться втянутыми в это масштабное геополитической противостояние. В результате, мы становимся сегодня свидетелями достаточно ускоренного сближения государств  среднеазиатского региона – одним из ярких доказательств которого стал недавно состоявшийся саммит глав государств ЦА в Астане. С одной стороны, этот саммит выглядит как явный сигнал Москве, которая слишком часто предпринимает важные, стратегического значения решения и идет на обострение с Западом без предварительной консультации со своими ближайшими партнерами. С другой стороны, это также и сигнал Западу, своего рода попытка дистанцироваться от конфронтационной политики Москвы –  что особенно важно для этих стран в преддверие все более вероятного нового витка антироссийских санкций. Вопрос заключается в том, как далеко пойдут по этому пути (интеграция без России) страны региона, ввиду более чем возможного недовольства российской стороны. Пока, на сегодняшний момент, лидеры среднеазиатских государств ограничились достаточно общими заявлениями и решением о проведении ежегодных саммитов накануне праздника Навруз; однако, даже чисто демонстративный шаг в этом направление имеет большое значение для всего региона.

В-третьих, следует принять во внимание кардинальную реформу внешней политики Узбекистана, который (даже с точки зрения своего географического расположения) является ключевой страной региона, имея общую границу с каждым из центральноазиатских государств. При Мирзиееве Узбекистан не только вышел из изоляции, но и предпринял решительные шаги по нормализации отношений со своими соседями.

По сути дела, новый узбекский президент выступил в качестве основного промоутера региональной интеграции, на некоторое время даже отодвинув на второй план казахского президента, который обычно сам находился у истоков всех интеграционных начинаний.

Выход Узбекистана из изоляции уже оказал значительное влияние как в целом на геополитическую ситуацию в Средней Азии, так и на состояние двусторонних межгосударственных связей внутри региона. Многое будет зависеть от того, как Ташкент будет строить свои отношения с Россией и ЕЭС, с западными странами и со своими соседями, в том числе с Таджикистаном и Казахстаном Уже сейчас можно предсказать новый виток скрытого соперничества между Астаной и Ташкентом за политическое и экономическое влияние в регионе, что так или иначе будет оказывать влияние как на состояние, так и на характер казахско-таджикских отношений.

И наконец, немаловажное и возрастающее значение будет иметь и развитие финансового и экономического кризиса, с последствиями которого сталкиваются все страны Центральной Азии. В результате кризиса уже существенно сократились финансовые резервы как у местных государств, так и у частного бизнеса; соответственно, за недостатком ресурсов сокращаются и возможности для экономического сотрудничества и осуществления совместных инвестиционных проектов. В дальнейшем же многое будет зависеть от того, насколько будут различаться или совпадать антикризисные меры и экономическая политика в Таджикистане и Казахстане. Чем сильнее будет различие между странами, чем больше будет отличаться друг от друга их нормативно-правовая база, тем труднее будет осуществлять в дальнейшем на практике совместные инвестиционные проекты и экономическое сотрудничество – особенно, в условиях экономического кризиса.

Источники:

[1] Президент Таджикистана отбыл в Казахстан, http://ent.tj/tweet/4410-tadzhikistan-i-kazahstan-podpishut-tri-soglasheniya-po-migracii.html

[2] Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА) —международный форум, объединяющий государства азиатского континента, который ставит перед собой задачу укрепления взаимоотношений и сотрудничества азиатских государств в целях обеспечения стабильности.

[3] Интервью с послом Респубики Казахстан Сейтимовым Нурланом Мусатаевичем, РТСУ,13.06.2017, http://www.rtsu.tj/ru/news/8386/

[4] За 6 месяцев в Казахстан въехало почти 90 тыс. мигрантов из Таджикистана, 22-09-2016, https://tajikta.tj/1new-tajikta/ru/news/za-6-mesyatsev-v-kazakhstan-vekhalo-pochti-90-tys-migrantov-iz-tadzhikistana

[5] Алия Досманбетова, Проблем трудовх мигрантов из Таджикистана на территории Республики Казахстан, Института экономики МОН РК, 2007

[6] Рахмон и Назарбаев решили, сколько дней таджики могут быть в Казахстане, Спутник  https://ru.sputnik-tj.com/asia/20180315/1025009035/tajikistan-kazakhstan-grazhdane-dney.html

Автор: Парвиз Муллоджанов, политолог (Таджикистан, Душанбе)

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции CABAR.asia

Последнее

Популярное