Статьи IWPR по ЦА Кыргызстан

Кыргызско-узбекские отношения. Новая попытка

07.10.2016

Ташкент сигнализировал Бишкеку о желании нормализовать охладевшие отношения, но каковы будут перспективы и удастся ли их укрепить пока остается под вопросом.

Автор: Мария Зозуля, IWPR, Бишкек. 

В конце сентября и первых числах октября по приглашению узбекской стороны в Андижане побывала представительная делегация из Кыргызстана, которую тепло чествовали узбекские чиновники под руководством вице-премьер-министра Адхама Икрамова. Кыргызской делегации была организована пышная деловая и культурная программа, которая должна положить начало новому, доброжелательному вектору в кыргызско-узбекских отношениях.

После развала СССР между Кыргызстаном и Узбекистаном появился ряд ключевых противоречий по приграничным и водным вопросам, которые не решены до сих пор. Подобные проблемы у Бишкека существуют не только с Ташкентом, но при президентстве Ислама Каримова непростые отношения усугублялись демонстративными сопротивлениями в реализации гидроэнергетических задумок кыргызского руководства и регулярными приграничными инцидентами.

Последнее обострение наблюдался в августе этого года, когда узбекские милиционеры высадились на спорном участке – горе Унгар-Тоо, которую Кыргызстан считает своей и эксплуатирует оставшуюся с советских времен радиорелейную станцию. Работники этой станции – граждане КР – были арестованы и заключены под стражу узбекскими правоохранительными органами за «нарушение миграционного законодательства», но через несколько недель отпущены. До кончины Ислама Каримова Узбекистан отказывался выводить своих милиционеров из Унгар-Тоо, однако после того, как в результате смерти Каримова власть временно перешла премьер-министру Шавкату Мирзиёеву, Узбекистан убрал милиционеров и освободил спорную территорию.

Выступая перед сенаторами Узбекистана, которые дали ему право исполнять обязанности президента до вступления в должность всенародного избранного лидера, Шавкат Мирзиёев среди прочего заявил, что во внешней политике приоритетным теперь станет улучшение отношений с соседями. Нет ни у кого сомнений, что следующим президентом страны будет сам Мирзиёев.

Принимая кыргызскую делегацию в Андижане, вице-премьер-министр Узбекистана Адхам Икрамов не стал скрывать проблемность двусторонних отношений, но заверил, что узбекское руководство заинтересовано в нормализации и налаживании отношений с Кыргызстаном.

По итогам визита вице-премьерами обеих республик был подписан меморандум.

«Он [меморандум] позволит решить приграничные вопросы между странами. На основании меморандума теперь станет возможным решать многие вопросы на уровне местных властей, губернаторов и акимов, руководителей силовых органов»», — сказал он.

«Не будем скрывать, что между нами много нерешенных проблем. Поэтапно, но мы будем решать их», — сказал после подписания документа Икрамов и выразил надежду, что этот шаг «придаст новый импульс развитию отношений».

Стратегия будущего

Эксперты ожидаемо говорят, что Узбекистан выбрал правильный настрой по отношению к соседям, но осторожны в оценках дальнейшей перспективы кыргызско-узбекских отношений.

По словам главы аналитического центра «Полис Азия» Эльмиры Ногойбаевой, новое руководство поступило верно, начав с культурных завязок и возрождения доверия.

«Несмотря на то, что в 2010 году произошел межэтнический конфликт, несмотря на недавний демарш Кадыржана Батырова в ОБСЕ и на то, что узбекская сторона потеряла лидера, они теперь формируют политику добрососедства, первыми открывают двери, чтобы наладить отношения. В этом видна часть прагматичной стратегии. Но если нам открывают дверь, то игнорировать это мы не можем. И где-то придется идти на компромиссы», — говорит Ногойбаева.

Однако, отмечает она, нельзя не учесть и тот нюанс, что президент КР Алмазбек Атамбаев не полетел к соседям, чтобы попрощаться с лидером.

«То, как это сделали лидеры других стран региона, было показательно. Президенты Таджикистана и Туркменистана прибыли на прощание, Нурсултан Назарбаев приехал после и его визит был очень теплым. В восточных странах такие нюансы отмечаются. Большая политика зависит от частных отношений. На подобных мероприятиях лидеры имеют возможность неформально пообщаться, лично наладить отношения. Их нельзя игнорировать. То, что с нашей стороны была такая холодная реакция,  хорошо и надолго запомнится. Но даже несмотря на это, узбекская сторона сейчас демонстрирует открытость. Это новая политика и важно интегрироваться в эти новые отношения, не быть на периферии, а выстраивать положительные коммуникации. От этого зависит экономика, политика, культура», — перечислила эксперт.

Но политолог Шерадил Бактыгулов не разделяет столь оптимистичный прогноз.

«У Узбекистана долгосрочная политика и блестящая изоляция. Страна самодостаточная, в каких-то блоках состоять не намерена. И логично, что свои интересы они будут продвигать и в отношениях с соседними странами. Они прекрасно понимают, что Джалал-Абадская, Баткенская и Ошская области граничат с их страной, поэтому подписанное в Андижане соглашение это в себя включало. Но подобные договора подписывались и ранее — во времена Акаева и Бакиева. Правда, носили декларативный характер. В любом случае говорить о том, что это станет поворотным моментом во взаимоотношениях между Кыргызстаном  и Узбекистаном пока не приходится. Рано говорить, что отношения улучшаются. Но взаимный интерес к сотрудничеству есть, и это как раз попытки нащупать общие точки соприкосновения», — считает специалист.

С ним солидарен и Андрей Грозин, эксперт по Центральной Азии Института стран СНГ. Он отметил, что пока трудно делать выводы, тактический это шаг Ташкента или стратегический.

«В тактическом смысле Шавкату Мирзиёеву сейчас необходима демонстрация конструктива и того, что его отношения с соседями будут строиться лучше, чем это было при Исламе Каримове. Он выстраивает имидж молодого лидера, хозяйственника. А вот насколько этот тренд долгосрочный, является ли это предвыборной стратегией или это действительно стремление скорректировать внешнеполитический подход Ташкента, можно будет убедиться не раньше 2017 года – после выборов, исход которых уже известен», — уверен эксперт.

Вода и границы

У Кыргызстана с соседним Узбекистаном существует 800 километров общих границ. Часть из них до сих пор не описана. Однако эксперт Эльмира Ногойбаева считает, что так кажется только на первый взгляд.

«Узбеки, в отличие от нас, уже давно занимаются границами, руководствуясь своими национальными интересами. Это даже визуально видно по тому, как они выстраивали свои границы вдоль наших. Поэтому они не очень торопятся с делимитацией: все, что им было нужно, они по сути уже оформили. Кроме разве что Унгар-Тоо», — уверена собеседница.

Она отметила, что в этом сложнейшем вопросе у Узбекистана сейчас достаточно последовательная политика, нацеленная уже на следующий этап — решение приграничных вопросов с Казахстаном.

«Плохо, что в Кыргызстане никто приходящий к власти серьезно этим вопросом еще не занимался. А та сторона уже вовсю пытается», — подчеркнула Ногойбаева.

А вот Шерадил Бактыгулов считает, что те договоренности, которые есть между нашими странами, сложно отнести к категории приграничного сотрудничества.

«Гражданские правонарушения происходят потому, что люди просто не видят, где проходит граница, и непреднамеренно нарушают ее. Но в случае с военнослужащими надо быть осторожнее. Нельзя говорить, что они нападают на территории КР, ведь речь идет о спорных участках, граница там не описана. Соответственно у каждой стороны там присутствуют вооруженные силы. Конечно хорошо, что у нас есть диалог на уровне хозяйствующих субъектов приграничных территорий. Но он должен быть и на другом уровне. А этих предпосылок пока нет. И, может быть, население наших стран еще не готово к тому, чтобы провести раздел границ на тех принципах, которые используются в современном международном праве. Если такой готовности нет, то во избежание излишней конфронтации между странами, возможно, пока и не стоит стремиться поставить точку в приграничных вопросах», — сделал вывод Бактыгулов.

Говоря о воде, специалист напомнил, что еще при распаде СССР была достигнута договоренность о комплексном подходе к этому вопросу. Кыргызстан в обмен на воду должен был получать энергоносители.

«И он получал из Узбекистана по льготным ценам газ и электричество. Здесь отрицательную роль сыграла вредность наших политиков и дельцов «Кыргызгаза», что и привело к разрушению отношений. Кыргызстан начал требовать справедливого распределения, а вот о взятых на себя обязательствах забыл», — заметил собеседник.

Бактыгулов напомнил, что в апреле этого года президенты Узбекистана и Казахстана призывали Кыргызстан и Таджикистан следовать нормам международного права. Но подчеркнул, что на самом деле ни одна из стран Центрально Азии им не следует.

«Существует несколько десятков конвенций и соглашений о воде, но из них только две регулируют реки. Есть Водная конвенция об использовании несудоходных рек, но к ней никто из нас не присоединился. Узбекистан ее не ратифицировал, она не стала частью законодательного права», — сказал он.

При этом, по мнению Эльмиры Ногойбаевой, переговоры по вопросам границ и воды сейчас сложно начинать с учетом того, что в КР уже в следующем году произойдет смена власти.

«Вряд ли кто-то захочет взять на себя такую ответственность, поэтому, полагаю, что в ближайший год особых изменений по этим направлениям не будет. Но нельзя забывать, что и Узбекистан и Таджикистан уже формируют свои воды. А мы отстаем, занимаемся своими внутренними делами. Мы вообще во многом отстаем от макро-процессов, которые происходят и в регионе и вне его», — подытожила собеседница.

Сотрудничество

И все же Узбекистан и Кыргызстан, по мнению специалистов, обречены на сотрудничество. Здесь играет роль многое: общие границы, внешние террористические угрозы и Ферганская долина с наиболее высокой плотностью населения, которое остается и самым бедным в регионе.

«Мы понимаем, что каждая страна имеет свои собственные политические стратегии и ориентацию на партнеров. Подходы могут быть разные – от переговоров до силового давления. Но мы соседи, и угрозы для стран ЦА одни и те же. Поэтому нужно опираться на совместный опыт и историю, находить точки соприкосновения», — призывает Бактыгулов.

Областями для ближайшего реального сотрудничества он назвал торговлю, с переводом отправляемого в КР продовольствия из тени в официальные поставки, что повысило бы и требования к качеству. Это также трансграничная железнодорожная магистраль, автомобильная сфера. А строительство газопровода для обеспечения газом юга КР стало бы большим прорывом.

«Обе страны понимают, в условиях противостояния внешним угрозам – в первую очередь террористическим – все равно нужно сотрудничать. Хотелось напомнить, что и во времена Каримова, несмотря на сложные взаимоотношения лидеров обеих стран, на уровне спецслужб сотрудничество было, проводились  кыргызско-узбекские учения на сопредельных территориях. Когда люди понимают, что есть общие угрозы, тогда ищутся пути, чтобы их нивелировать», — заключил  эксперт

Другая часть экспертов призывает обратить внимание на активизацию трансграничного сотрудничества и наладить социально-культурные связи — без поддержки на низовом уровне воли первого лица недостаточно.

Прогнозы и перспективы

Ждать кардинальных резких изменений во внешней политике Узбекистана преждевременно. В этом уверен московский эксперт Института стран СНГ Андрей Грозин.

При этом, говорит он, нельзя все проблемы между тем же Ташкентом и Бишкеком или Душанбе списывать только на особенности характера Каримова. Многие процессы объяснялись объективными факторами. Параллельно Узбекистану приходилось исходить из интересов своей элиты.

«К примеру, прекрасно разбираясь в вопросах агросектора, мелиорации, Мирзияев вряд ли пойдет на то, чтобы изменить свои позиции по воде. То, что он сейчас об этом не говорит, не значит, что он пересматривает подход Каримова по этому вопросу. Есть реальные опасения, что и Рогунская и Камбаратинская ГЭС могут создать для узбекского сельского хозяйства еще более сложную ситуацию, чем есть сейчас. Потому региональные элиты и ответственные лица в правительстве не дадут изменить позиции по этому вопросу со стороны первого лица», — уверен собеседник.

Он прогнозирует, что поменяется лишь стилистика – «станет менее брутальной по отношению к соседям». А суть режима и внешняя политика останутся прежними.

«Очевидно, смягчатся методы экономического давления на соседей. Резких шагов Ташкент постарается избегать, критичных заявлений станет значительно меньше. Возможно, газ дадут таджикам. Может разблокируют железнодорожное движение между КР и РУз. Но в целом не думаю, что узбекский политический класс готов кардинально перестроить уровень своего партнерства с соседями», — заключил Грозин.

Пересмотреть поведение советуют и Кыргызстану, потому что, как считает Эльмира Ногойбаева, политика большой дипломатии и гибкости из Кыргызстана ушла.

«Сегодня мы реагируем на все или сильно обидевшись, или игнорируя процессы. Мы перешли на какие-то эмоциональные, частные тона. Но мы маленькое государство, и не можем себе позволить постоянно эпатировать публику, вставать в позу по отношению к Турции, Москве или Узбекистану. Нам нужно уметь договариваться и эти навыки развивать, создавать дипломатические отношения со всеми. Это главный залог нашего успеха как страны. Если нынешнее руководство или то, которое его сменит, это поймет и начнет вести такую политику, Кыргызстан увидит большие перспективы», — заключила глава центра «Полис Азия».

Последнее

Популярное