Статьи IWPR по ЦА Таджикистан

Таджикские родители говорят «Да» русскоязычным школам

29.09.2016

Семьи готовы пойти на всё, чтобы обеспечить детям специализированное образование.

By IWPR Central Asia

Юный Даниил Христолюбов  волнуется: он идет в первый класс душанбинской школы имени Зиёдулло Шахиди.

Это одна из самых известных школ в Душанбе и одна из немногих специализированных русскоязычных школ во всей стране. В качестве бонуса, в этой школе ежедневно преподают музыку.

Мама Даниила, радиоведущая Дарья Христолюбова поделилась с журналистами IWPR, что переживает, получится ли у сына выдержать нагрузку.

«В школе постоянная текучка – [дети] не справляются с домашними заданиями. Есть стандартная программа до обеда, а с часа дня дети занимаются музыкой. Всё лето мы готовились пойти в школу. Кажется, что Даниилу здесь все нравится», – сказала Христолюбова.

В стране, которую ежегодно покидают более миллиона граждан для работы в России или в Казахстане, оставляя при этом около 100 тысяч детей в Таджикистане, растёт спрос на образование на русском языке.

Из 3855 школ лишь в нескольких преподавание ведётся на русском. Это приводит к большой конкуренции за получение мест в классах.

«Мы готовы стоять в очереди, чтобы получить место в классе у учителя с хорошими отзывами. Мы готовы учиться в переполненных классах, лишь бы ребёнка учили известные учителя», – сказал родитель первоклассника из Душанбе, попросив не указывать его имя.

Русский язык преподаётся во всех государственных образовательных институтах, но школы могут предложить ученикам лишь два часа преподавания в неделю.

Не во всех школах, особенно в сельской местности (где проживают более 70% населения страны), есть учителя русского языка.

Учителя других предметов ведут уроки русского в качестве дополнительной нагрузки. В результате такого остаточного обучения многие выпускники школ не могут овладеть языком.

В стране функционируют 32 русскоязычных образовательных учреждения. Большинство из них располагаются в Душанбе, включая две школы, финансируемые российским посольством, и несколько частных гимназий. Наиболее популярные из них принимают каждый год по 500 школьников.

В главных городах страны также работают 156 школ с преподаванием на двух языках – таджикском и русском.

Родители, как правило, должны «помогать» школе, когда туда идут дети, и продолжают помогать в течение всего периода их обучения.

Майрам, 32-летняя домохозяйка из Душанбе, рассказала журналистам IWPR, что её муж работает в России. Он представитель растущего числа мигрантов, которые смогли найти в России стабильную, высокооплачиваемую работу, и планируют перевезти семью к себе.

«Муж хочет купить дом в России и перевезти нас туда», – сказала Майрам, добавив, что он попросил её найти школу для сына, где тот смог бы выучить русский и, таким образом, подготовиться к переезду.

Однако, чтобы обеспечить сыну место в русскоязычной школе, ей пришлось установить в школе новые окна.

Стоимость оказалась большой, но Майрам сообщила, что была рада выполнить эту необходимость.

«Мой муж верит, что знание русского языка откроет новые возможности для нашего сына», – заключила она.

Высокая рождаемость подвергла образовательную систему дополнительному давлению; количество школьников растет каждый год.

В этом сентябре 204 тысячи шести- и семилетних детей пошли в первый класс. В 2014 году этот показатель составлял 180 тысяч. За прошедшее десятилетие размер классов удвоился: со среднего показателя в 25 учеников до 50 учеников в каждом новом классе.

Это давление также чувствуется и в специализированных школах.

Зарина Набиева, учительница начальных классов в городской русскоязычной школе в Душанбе, сообщила, что ей трудно выдерживать такое давление.

«В моем классе 47 учеников, и уделить внимание каждому из них в течение одного урока, который длится 45 минут, невозможно, – рассказала она. Я, конечно же, стараюсь это сделать, но тут важна помощь родителей, которые должны помогать детям делать домашние задания, говорить с ними на русском языке, развивать речь, читать и пересказывать. Без этого достичь успехов невозможно», – говорит Набиева.

Нехватка кадров – другая нерешённая проблема.

Таджикские учителя русского языка, особенно в удалённых сельских областях, зачастую не хотят работать по профессии из-за маленькой заработной платы, составляющей чуть более 600 сомони в месяц (80 долларов США).

Власти также пытались получить помощь из-за рубежа.

Во время визита в Москву 2013 года, президент Эмомали Рахмон просил российские власти прислать учителей русского языка в Таджикистан. Он пообещал предоставить им место жительства, участки земли и другие социальные блага.

Однако, в 2015 году Русская служба BBC сообщила, что Москва отказала в просьбе. Любовь Глебова, глава Россотрудничества, российского государственного агентства, работающего в области образования и культуры на постсоветском пространстве, подтвердила, что данная инициатива не получила поддержку российских властей.

ФОТО ЭССЕ

Эта статья была подготовлена в рамках двух проектов IWPR: «Расширение прав и возможностей СМИ и активистов гражданского общества для поддержки демократических реформ в Таджикистане», финансируемого Европейским союзом, и «Усиление потенциала и налаживание мостов между народами Центральной Азии», финансируемого Министерством иностранных дел Норвегии.

Последнее

Популярное