Аналитические материалы, Аналитические материалы / Туркменистан

Искандар Конунов: Проект ТАПИ и его перспективы

11.04.2016

«ТАПИ может превратиться в неэффективный проект, так как Туркменистан будет строить свой отрезок газопровода до границы с Афганистаном, и будет ждать прекращения конфликта и проблем в следующей стране. Конечно, можно надеяться на оптимистический сценарий, однако, проблема с Талибаном не может быть решена в короткий срок. Формирование бюджета и финансирование проекта до сих пор вызывают сомнения», – о преимуществах и рисках в реализации проекта ТАПИ, специально для CABAR.asia, рассуждает политолог Искандар Конунов.

IMG_0392Вопрос реализации проекта газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ) сдвинулся с мертвой точки после двадцатипятилетних дискуссий, в результате туркменский участок ТАПИ перешел в стадию реализации. В декабре 2015 года, в туркменском городе Мары, в 311 км от столицы Ашхабада, прошла церемония закладки фундамента для строительства газопровода ТАПИ. Туркменский лидер Гурбангулы Бердымухамедов, пакистанский премьер-министр Наваз Шариф, афганский президент Ашраф Гани Ахмадзай и вице-президент Индии Мохаммад Хамид Ансари посетили это грандиозное событие. По задумке проекта поставка природного газа планируется из туркменского месторождения Галкыныш в провинцию Фазилка (Пенджаб) в Индии. Трасса газопровода проходит через Герат, Кандагар (Афганистан) и Кветту и Мултан (Пакистан), а затем достигает границы с Индией. 13 декабря 2015 г. Туркменистан начал работу на 214 км отрезке трубопровода на своей территории. Трубопровод имеет протяженность 773 км в Афганистане и 827 км в Пакистане, и заканчивается в Пенджабе (Индия).

В случае успешного завершения, газопровод ТАПИ будет предназначен для транспортировки 33 миллиардов кубометров (млрд. куб. м) природного газа из огромного месторождения Галкыныш в соседние регионы, испытывающие нехватку энергии, что обеспечит некоторую энергетическую устойчивость Афганистану и Пакистану, а также поможет обеспечить собственные высокие энергетические потребности для растущей экономики Индии. ТАПИ обеспечит Афганистан 14 млн. стандартных кубометров природного газа в сутки (млн. ст. м3/сутки), тогда как Индия и Пакистан получат по 38 млн. ст. м3/сутки. В целом, проектная мощность ТАПИ составляет 90 млн. ст. м3/сутки. (См. процентные соотношения сторон в Диаграмме 1.)

Безымянный-1

Однако газопровод ТАПИ должен быть обеспечен финансовой поддержкой, а его примерная оценочная стоимость до подсчетам Азиатского банка развития равна, как минимум, 10 млрд. долл. США. В феврале 2016 г. лидеры четырех стран-участниц подписали в Стамбуле инвестиционное соглашение по проекту газопровода ТАПИ. Как отмечено в декабрьской статье агентства «Рейтер», «строительство ТАПИ ведется государственной газовой компанией «ТуркменГаз», и пока ни одна из мировых энергетических компаний не заинтересовалась проектом, стоимость которого равна примерно трети общего бюджета Туркменистана на 2016 год» [1]. «ТуркменГаз» будет лидером консорциума и получит 85% доли. Помимо этого «GAIL» (Индия), «ISGS» (Пакистан) и «Afghan Gas Enterprise (AGE)» (Афганистан) вложат по 5%. Инвестиционное соглашение подразумевает 5% долю для каждой из трех стран-участниц, что подразумевает необходимость первоначальных вложений около 200 млн. долларов от каждой стороны. Кроме того, Азиатский банк развития (АБР) выступает в качестве секретариата и консультанта по транзакциям ТАПИ.

Ашхабад полагает, что газопровод будет введен в эксплуатацию к декабрю 2019 года, а также делает большую ставку на проект ТАПИ, в связи с чем правительство приняло решение внести 85% от общей суммы стоимости проекта из внутренних источников Туркменистана.  Очевидно, что этот шаг даст большой толчок для реализации проекта ТАПИ, но, следует учитывать тот факт, сложная ситуация в области безопасности в транзитной для трубопровода стране – Афганистане, до сих пор остается не разрешенной.

Анализ преимуществ проекта

Газопровод ТАПИ начинается в Туркменистане, одном из наиболее изолированных государств в мире, затем проходит через политически нестабильный и небезопасный Афганистан, а затем доходит до двух стран, которых трудно назвать партнерами – Пакистан и Индия. Таким образом, очевидно, что проект столкнется с рядом трудностей при попытке создания связующего звена между Центральной и Южной Азией. Тем не менее, если проект успешно завершится, результаты не только поспособствуют экономическому благополучию стран-участниц, но и откроют новые перспективы для сотрудничества. Так, Афганистан нуждается в гарантированном источнике энергии для повышения своих мощностей и производства электроэнергии. Пакистан тоже испытывает нехватку электроэнергии и нуждается в дополнительной мощности для обеспечения своих энергетических потребностей. Нехватка электроэнергии в Пакистане зависит от нескольких факторов, в том числе от сокращения поставок бытового газа и отсутствия доступного альтернативного источника энергии. Индия, вследствие высокой плотности населения и роста экономики, сталкивается с такими же проблемами. ТАПИ, будучи проектом регионального сотрудничества, будет способствовать экономическому росту благодаря возросшим инвестициям и развития торговли, уравновесит доли участников и будет поддерживать региональную стабильность и безопасность. Учитывая, что газ представляет собой экологически чистый вид топлива, реализация проекта ТАПИ снизит вред, наносимый окружающей среде.

Туркменистан, обладающий шестыми по величине запасами газа в мире, имеет выход только на рынки Ирана, России и Китая. Для Туркменистана, не имеющего выхода к морю, данный проект принесет многочисленные преимущества, среди которых сокращение зависимости от продаж газа своим крупнейшим импортерам газа: Китаю и России. В случае с Афганистаном, проект ТАПИ создаст рабочие места для местного населения; и, вероятно, снимет политическую напряженность в стране.

Правительство Пакистана, в свою очередь, рассматривает строительство газопровода ТАПИ как важный проект, который означает начало новой эпохи сотрудничества на региональном и международном уровнях. Вдобавок к региональному сотрудничеству, Китай также имеет большой экономический интерес как в Афганистане, так и в Пакистане. К примеру, проект «China Metallurgical Group Corporation» («MMC») по разработке крупного месторождения меди Айнак в провинции Логар, находящийся в процессе разработки, где уже идут подготовительные работы. [2] Проект газопровода ТАПИ имеет значение для технологии обработки руды. Это потребует строительства крупного металлургического предприятия, который, в свою очередь, потребует топлива. Данный комбинат, как и другие отрасли, связанные с обработкой руды – сталеплавильные и нефтеперерабатывающие заводы – могут стать основным потребителем газа, поставляемого через газопровод ТАПИ. В силу чего ТАПИ выступает механизмом реализации экономических интересов Китая в Афганистане. Кроме того, и Индия и Пакистан остро нуждаются в долгосрочных решениях для своей постоянно растущей потребности в энергии. Дефицит поставок, особенно для электроснабжения, существенно замедляет экономический рост этих двух стран. В Южной Азии природный газ быстро приобретает значимость в качестве основного вида топлива для производства электроэнергии. Газовые электростанции требуют меньше затрат, чем строительство альтернативных объектов по выработке энергии, таких как атомные станции, гидроэлектростанции и угольные электростанции. Газовые турбины более универсальны и могут быстро реагировать на пиковое потребление электроэнергии. Также газовые электростанции в целом существенно дешевле, чем топливные или дизельные, которые часто используются для производства электроэнергии в Индии и Пакистане. Как правило, наиболее эффективный метод решения проблемы дефицита энергии в Южной Азии основан на строительстве газовых электростанций. [3]

Заместитель помощника госсекретаря США, Бюро по делам Южной и Центральной Азии, Дэниел Розенблюм, положительно прокомментировал проект ТАПИ. «Во-первых, США поддерживают проект ТАПИ, так как мы считаем, что он обладает потенциалом для трансформации региона в контексте энергетической безопасности для стран и развития торговых связей. Мы также полагаем, что данный проект будет успешен только в том случае, если он будет реализован на основе стабильной финансовой поддержки. Поэтому мы поощряем привлечение всеми потенциальными сторонами, участвующими в проекте ТАПИ одной международной энергетической компании, которая могла бы выступить в качестве лидера проекта. В прошлом для аналогичных проектов это срабатывало, и мы считаем, что это обязательный компонент для его реализации» [4]. Если проект будет успешно завершен, то он поможет привлечь больше инвестиций в Афганистан и Пакистан, увеличить поступления в государственный бюджет сторон за счет транзитных сборов, а также будет способствовать общему экономическому благосостоянию стран.

С другой стороны, Россия также выражала готовность участвовать в проекте ТАПИ на всех этапах разработки. Во время Пятого международного газового конгресса в каспийском Авазе в мае 2014 года заместитель председателя правительства Аркадий Дворкович объявил о заинтересованности российских энергетических компаний в сотрудничестве. Однако, на самом деле Россия не принимает участия в проекте ТАПИ и рассматривает проект как угрозу для своего влияния на энергетическом рынке Центральной Азии. Сейчас Россия планирует проложить газопровод через Синьцзян в Индию. Более того, недавнее предложение России о строительстве газопровода из Ирана в Пакистан является способом усиления ее позиций в Пакистане, а также для получения выхода на энергетический рынок Индии. [5] По-видимому, Россия пытается создать как можно больше альтернативных маршрутов на случай, если проект ТАПИ до 2019 года будет провален.

Клубок противоречий и ТАПИ

Вместе с положительными и оптимистическими ожиданиями от газопровода ТАПИ, также существует ряд препятствий, которые могут завести проект в тупик. Что касается проблем, самыми важными являются трудности в сфере безопасности в Афганистане и Пакистане, вопросы финансирования и его распределения, а также геополитические проблемы. (Диаграмма 2)

TAPI

Ситуация в сфере безопасности уже в течение многих лет является неурегулированными и очевидно, что она будет огромным препятствием для успешной реализации проекта ТАПИ. С учетом текущих условий безопасности в Афганистане, движение Талибан представляет значительную угрозу для завершения проекта. Безопасность на севере Афганистана и, в частности, вдоль туркмено-афганской границы остается нерешенной проблемой. Афганский лидер Ашраф Гани предложил рекрутировать 7000 профессиональных солдат для поддержания безопасности газопровода. Пакистанская провинция Белуджистан, где функционирует большинство лидеров и членов движения Талибан, также сталкивается с трудностями в сфере поддержания безопасности. Разумеется, Туркменистан построит свой участок газопровода, но пройдет немало времени, прежде чем Пакистан и Индия смогут извлечь пользу из туркменского газа.

Более того, бюджетная и финансовая часть проекта стоимостью 10 млрд. долл. США остается до конца не ясной, так как Туркменистан решил отказать иностранным компаниям в получении доли в своих газовых месторождениях, что привело к тому, что все крупные европейские и западные энергетические компании потеряли интерес к финансированию проекта ТАПИ. Правительство заявляет, что газовые месторождения являются общенациональными ресурсами и правительство должно иметь возможность контролировать их полностью. Кроме того, когда и если проект будет успешно завершен, отношения между Индией и Пакистаном также могут создать дополнительные проблемы. Общеизвестный факт, что индо-пакистанские отношения сложны из-за ряда исторических и политических событий. Таким образом, газопровод через Пакистан также может служить в качестве политического инструмента против Индии в случае напряженной обстановки между этими странами.

Выводы

Рынок Индии открыт и готов платить за природный газ, а Туркменистан, в свою очередь, готов заполнить газопровод. Газопровод также может смягчить политическую ситуацию Афганистана, улучшить отношения между Индией и Пакистаном, увеличить количество рабочих мест по всему региону, увеличить бюджет всех участвующих стран и привлечь больше инвестиций.

Однако ситуация в сфере безопасности вызывает беспокойство, и трасса газопровода проходит через одну из небезопасных частей Афганистана, в частности, на юге, где движение «Талибан» имеет большую степень контроля. Афганистан, в свою очередь, обеспечит 7000 вооруженных солдат для защиты трассы газопровода, что означает около 10 солдат на каждый километр трубы. Это показывает большую заинтересованность Афганистана в проекте и отражает усилия правительства по реализации строительства газопровода. Одним из способов выхода из сложившейся ситуации могло бы быть создание конструктивного диалога между афганским правительством и лидерами движения «Талибан». Поскольку данный проект принесет большую пользу в целом и стабилизацию экономической ситуации в стране. Местные лидеры и «Талибан» могут участвовать в процессе и почувствовать себя частью крупного проекта, реализуемого в Афганистане. Пользой может стать даже совместное получение сторонами транзитных сборов. Если мирные переговоры принесут ощутимые результаты, то проект газопровода может стать успешным. Кроме этого, следует помнить, что переговоры по ТАПИ были начаты еще в 90-е годы и все обсуждения по проекту и его будущему проводились с правительством Талибан того периода. В 90-е годы они были заинтересованы и, несомненно, будут заинтересованы и сейчас, когда страна нуждается в больших переменах. Если «Талибан» будут заинтересованы, и примут участие в проекте, это принесет пользу всему Афганистану, а газопровод пройдет по его территории без рисков.

Туркменистан является богатой газом страной, и из-за отсутствия выхода к морю вынужден строить газопровод для расширения количества потребителей туркменского газа. Газопровод Центральная Азия-Китай и Туркменистан-Иран может быть хорошим примером успешных проектов, но оба проекта финансировались и управлялись принимающими странами. Транскаспийский газопровод также является проектом, который откроет газовый рынок Евросоюза для газовых месторождений Туркменистана.

С другой стороны, ТАПИ может превратиться неэффективный проект, так как Туркменистан будет строить свой отрезок газопровода до границы с Афганистаном, и будет ждать прекращения конфликта и проблем в следующей стране. Конечно, можно надеяться на оптимистический сценарий, однако, проблема с Талибаном не может быть решена в короткий срок, до тех пор, пока не будет конструктивного диалога. Формирование бюджета и финансирование проекта до сих пор вызывают сомнения. Ранее Туркменистан рассматривал французскую компанию «Total» и предлагал ей стать лидером консорциума. Внезапно, туркменская сторона прекратила переговоры и объявила себя лидером консорциума. Однако это может означать и то, что «Total» почувствовал риски и проблемы, которые несет в себе проект и отказался от многомиллиардного финансирования. Известно, что строительство ТАПИ проводится государственной газовой компанией «ТуркменГаз» и пока ни одна из мировых энергетических компаний не заинтересовалась проектом, стоимость которого равна трети общего бюджета Туркменистана на 2016 год. [5] Теперь Туркменистан должен сосредоточиться на заключении соглашения с международным энергетическим гигантом для решения его финансовых проблем. Сейчас единственной компанией, которая замечена в переговорах по ТАПИ, является компания «Dragon Oil» (Дубай), которая производит нефть на каспийском шельфе Туркменистана. Туркменская часть расходов в 85% составляет 8,5 млрд. долл. США, поэтому поиск международной компании в качестве партнера по консорциуму или заключение соглашения с международным донором будет наилучшим решением.

Рекомендации:

  • Провести многосторонние переговоры и найти взаимовыгодный компромисс для решения проблемы безопасности в Афганистане.
  • Заключить соглашение с заинтересованными сторонами о совместном использовании транзитных сборов с целью обеспечения безопасности трассы газопровода.
  • Заключить соглашение с международной энергетической компанией для участия в затратах по проекту и не замедлять его реализацию.
  • «ТуркменГаз» может стать лидером проекта с помощью международного консорциума.

Оптимистический сценарий проекта газопровода ТАПИ таков, что афганское правительство приходит к компромиссу с лидерами «Талибан» и делает их частью проекта, так как с самого начала «Талибан» был участником обсуждений возможного газопровода. Кроме того, «ТуркменГаз» заключает соглашение с международным энергетическим спонсором для участия в затратах по строительству объекта. Достижение вышеуказанных пунктов сделает будущее проекта газопровода ТАПИ ясным, и он будет иметь шансы быть запущенным к 2019 году, как и было запланировано.

Ссылки:

[1] Туркменистан начинает работу над соединительным газопроводом в Афганистан, Пакистан, Индию. (13.12.2015)

http://uk.reuters.com/article/turkmenistan-gas-pipeline-idUKKBN0TW05Q20151213

[2] Медь и мир: Китайская дилемма Афганистана (11.07.2015)

https://www.afghanistan-analysts.org/copper-and-peace-afghanistans-china-dilemma/

[3] Еще одна «газовая» мечта (25.03.2015)

http://www.naturalgaseurope.com/another-pipe-dream-22882

[4] Замечания на медиа-событии в Ашгабате (05.09.2014)

http://www.state.gov/p/sca/rls/rmks/2014/231328.htm

[5] Газопровод в Индию на стадии рассмотрения (20.12.2015)

https://in.rbth.com/economics/cooperation/2015/12/21/gas-pipeline-to-india-being-considered_553397

[6] Туркменистан запускает газопровод стоимостью 10 млрд. $ в Южной Азии (13.12.2015)

http://www.aljazeera.com/news/2015/12/turkmenistan-launches-10bn-gas-pipeline-south-         asia-151213165943882.html

Автор: Искандар Конунов, политолог (Кыргызстан, Бишкек)

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции CABAR.asia

 

Последнее

Популярное