Аналитические материалы / Кыргызстан

Назик Бейшеналы: Проблемы регулирования миграционных потоков в Кыргызстане

17.10.2016

«Время от времени обсуждается необходимость возвращения мигрантов стимулирующими методами. Миграция, как правило, ослабляет экономику отправляющей страны за счет оттока человеческого капитала и становится источником социальных конфликтов между приезжими и местным населением в стране приема», — экономист Назик Бейшеналы, специально для CABAR.asia, рассматривает возможные варианты решения проблем миграции в Кыргызстане.

nazik-bieshenalyПоложительные и отрицательные стороны миграции

Трудовая миграция имеет бесспорные положительные последствия для экономики страны-отправителя, однако, важно рассматривать миграцию не только с точки зрения получения незамедлительных выгод, а также c перспективы долгосрочного экономического роста и социального развития отправляющей страны.

Основная доля объема работы правительства в области миграции приходится на решение краткосрочных задач, чтобы улучшить условия пребывания и права мигрантов в странах-реципиентах. Это является важным направлением работы, однако, меньше усилий прилагается относительно формирования видения среднесрочной перспективы: какие есть плюсы и минусы в контексте динамично развивающихся экономических событий, что будет делаться для того, чтобы создать рабочие места внутри страны, какие стимулы создаются для возвращения домой и снижения количества новых мигрантов.

В целом, в Кыргызстане отношение правительства и общества к трудовой миграции можно оценить скорее как положительное, несмотря на то, что риски и угрозы от «утечки мозгов» и оттока производственной силы трудоспособного возраста периодически обсуждаются [1]. Кроме того, при обсуждении проблем миграции, в основном берутся во внимание экономические аспекты, в то время как последствия масштабной миграции в демографическом, культурном, социальном развитии страны и т.п. являются также важными. Главные ожидания от вступления КР в ТС, затем в ЕАЭС, были связаны с привлечением инвестиций в трудоемкие сектора экономики, созданием рабочих мест внутри страны, а также упорядочиванием миграционных потоков и законодательства. Однако, в настоящее время инвестиционные трудности стран-участниц интеграционного объединения, политические обстоятельства вкупе с отсутствием единого внутреннего видения в области занятости и, в целом, в области экономической и социальной политики, замедляют достижение поставленных целей и, скорее всего, требуют новых подходов к решению возникших проблем.

Динамика миграционных процессов

Россия и Казахстан продолжают оставаться основными направлениями для трудовых мигрантов из Кыргызстана. По официальным данным Федеральной миграционной службы (ФМС), в России насчитывается около 500 тыс. мигрантов из Кыргызстана. В 2015 г. Россия приняла 77% всех мигрантов из КР, в то время как в Казахстан, по официальным данным, выехали 18% трудовых мигрантов из КР (НСК, 2016). Известно также, что основными причинами миграции являются так называемые «выталкивающие факторы» — отсутствие перспектив занятости, низкий уровень доходов в КР, однако «привлекающие» факторы также влияют на принятие решения о миграции в силу не только экономических преимуществ, географической и культурной близости между странами, но и за счет усиливающейся сети соотечественников.

Кроме того, растущая потребность в рабочей силе на рынках труда России, сложившаяся на данный момент демографическая ситуация в связи со старением населения, выступает важным фактором либерального законодательства по отношению к мигрантам. По оценке Статистического комитета СНГ, население России в 2050 г., вероятно, будет составлять менее 90 млн. человек (на 40% меньше, чем в 2010-м), и почти все сценарии демографического развития РФ показывают сокращение, согласно директору Института демографии НИУ ВШЭ А. Вишневскому (2007). Соответственно, «если нельзя добиться перехода к положительному естественному приросту или к смене естественной убыли естественным приростом, то единственный ресурс, который остается — иммиграционный. Можно пополнить население за счет притока мигрантов”[2]. Перспективы демографического кризиса ведут к ситуации, когда «миграционный приток представляется важным для улучшения демографической ситуации и может компенсировать, (…) по крайней мере, частично, снижение численности населения [3].

Динамика миграционного оттока из КР в РФ и Казахстан показывала  тенденцию к снижению числа людей, выезжающих с целью заработка до 2015 г. (Рис. 1). Тенденция снижения объяснялась главным образом недавними кризисными явлениями в российской и казахской экономиках, которые повлияли на трудоустройство и потерю рабочих мест трудовых мигрантов. Это, возможно, объясняется также и тем, что часть трудовых мигрантов, обретя гражданство этих стран, фактически перестала считаться мигрантами. Однако, по данным Федеральной службы государственной статистики РФ (2016), в I полугодии 2016 г. в обмене населением cо странами-участниками СНГ отмечается увеличение миграционного прироста с Кыргызстаном: если в 1-м полугодии 2015 г. прирост составлял 2 792 чел., то в 2016 г. показатель составил 7 686 чел., то есть увеличившись в 2,75 раза. В целом, количество мигрантов из КР в странах-реципиентах остается относительно стабильным: согласно статистике ФМС, в 2014 г. в России пребывает около полумиллиона мигрантов из Кыргызстана.

nazik1Источник : график построен автором на основе данных НСК (2016)

nazik2Источник : график построен автором на основе данных НСК (2016)

Дома пока нет перспектив трудоустройства

Позиция мигрантов, наблюдаемая из СМИ, такова, что если бы дома была занятость с сопоставимым уровнем доходов, они бы вернулись назад.  Однако в КР ближайшей перспективе нет данных о том, что рынок труда сможет абсорбировать внутреннюю рабочую силу. Рынок труда Кыргызстана опирается в основном на сельскохозяйственный сектор, сектор услуг и торговлю, в которых высока доля самозанятых на низкооплачиваемых, сезонных и нестабильных формах занятости.

Кроме того, рынок труда Кыргызстана характеризуется рядом структурных проблем, таких как несоответствие дипломов потребностям рынка труда, отсутствие программ развития регионов, способствующих созданию рабочих мест, отсутствие программной поддержки малых и средних предприятий, кооперативов, являющихся основными работодателями во всем мире, отсутствие обновленной политики занятости. Результатом такого подхода являются безработица, неформальная занятость и миграция. В России и Казахстане, где развиты промышленность и сектор услуг, образование и здравоохранение, в которых создаются более 60% рабочих мест, трудовых мигрантов привлекают сравнительно высокие ставки оплаты труда (превышающие средние ставки оплаты труда в КР почти в 10 раз), относительно стабильная и защищенная занятость[4] .

Безработица в КР, в первую очередь, касается молодежи. По данным НСК (2015), если общая безработица в 2014 г. составляла 8,1%, то безработица молодежи составила 14,7%. Почти 40% официально зарегистрированных безработных молодых людей не имеют работы длительное время, среди них немало выпускников вузов (14%). Большинство безработных имеют среднее или высшее образование, которое оказывается невостребованным при трудоустройстве. Существует также проблема несоответствия полученных дипломов полученным знаниям, с одной стороны, и, с другой стороны, имеющимся рабочим местам внутри страны. Результатом этого двойного несоответствия становится эмиграция в другие страны, где люди устраиваются на местах, а низкоквалифицированный труд оплачивается лучше.

Денежные переводы трудовых мигрантов — явление вечное?

Кыргызстан является третьей страной в мире по получаемым денежным переводам в соотношении к ВВП страны: в 2014 г. они достигали 30,3% от ВВП страны[5]. Денежные переводы позволили населению Кыргызстана, особенно в регионах страны, улучшить условия жизни, доступ к социальной инфраструктуре, способствовали определенной предпринимательской активности, позволили стране покрывать значительную часть дефицита торгового баланса. Известно, что заработанные мигрантами средства главным образом финансируют потребительские нужды их семей, вкладываются в недвижимое и движимое имущество.

Денежные переводы, как правило, обналичиваются и расходуются семьями мигрантов, если и хранятся, то в обналиченном виде, поэтому нельзя пока сказать, что они повлияли на удешевление ресурсной базы для банков и повлияли на снижение банковских процентных ставок. Хоть и нет точных данных относительно того, какие именно ноу-хау и инновационные проекты реализуются благодаря опыту и денежным переводам мигрантов, тем не менее, можно заметить, что переводы повлияли на потребительскую активность и торговлю. Производятся небольшие инвестиции в приобретение скота, в ведение агробизнеса. Реализуются различные бизнес-проекты на базе накоплений мигрантов, но пока они остаются мелкими инициативами, часто с коротким жизненным циклом. Известны отдельные истории успехов, в которых выходцы из КР преуспевают в ведении бизнеса в РФ и РК, и можно предположить, что данная тенденция может положительно сказаться на развитии отдельных экономических секторов и установлении торговых связей. Активность диаспор в интенсификации торговых взаимоотношений между КР, Россией и Казахстаном, установление каналов сбыта продукции из КР, а также развитие транспортно-логистических услуг являются  важными положительными эффектами от миграции.

В Кыргызстане миграция является относительно новым феноменом, соответственно, потоки денежных переводов вероятно будут еще сохранятся в ближайшие годы. Тем более, учитывая относительную географическую близость между странами, даже получив гражданство или постоянное местожительство в стране пребывания, трудовые мигранты не отрывают свое будущее от Кыргызстана, соответственно, будут вкладываться в недвижимость и в бизнес, что обеспечивает связь с родиной. Учитывая, что существует прямая взаимосвязь между интенсивностью семейных взаимосвязей и денежными переводами от трудовых мигрантов, в кыргызском обществе пока родители живы, мигранты будут поддерживать финансовую связь с родиной. Было бы полезным выявить, какими мотивами руководствуются мигранты при произведении денежных переводов, то есть в какой степени эти переводы направлены на содержание семьи (альтруизм), и в какой мере они расходуются на строительство/обустройство личных проектов мигранта (прагматизм). Но главным вопросом в отношении денежных переводов является, то, как долго объемы переводов будут продолжаться? Если это самое главное преимущество от миграции будет исчезать со временем, то какие есть причины для того, чтобы не препятствовать массовому оттоку рабочей силы из КР?

Экономический кризис и снижение курса валют в РФ и РК повлияли на снижение переводов в последние годы, и, несмотря на то, что в 2016 г. они восстанавливаются,  есть вероятность того, что постепенно тяжесть личных расходов мигрантов будет перемещаться в страну пребывания. Принимая во внимание, что средний возраст трудовых мигрантов 29 лет[6] и то, что мигранты переезжают с семьями и получают гражданство страны приема, можно предположить, что основная доля семейных расходов будет приходиться со временем на страну приема. Кроме того, тенденции денежных переводов в мире показывают, что есть прямая взаимосвязь между тем, насколько долго человек пребывает в стране приема и объемами отправляемых денежных сумм в исходную страну.

Что дальше?

Если в среднесрочной перспективе, Кыргызстан должен продолжать  путь развития экономики и создания рабочих мест, какие существуют варианты подхода к регулированию миграционных потоков с точки зрения государственной политики в краткосрочной перспективе?

а) можно оставить все как есть, то есть положиться на стихийное развитие событий, что в большей степени характеризует создавшуюся ситуацию. При таком раскладе, в худшем случае, экономика Кыргызстана будет продолжать ослабевать в части инновационного и производственного потенциала страны, что усугубит экономический и социальный кризис, и может обострить проблемы безопасности. В лучшем же случае, диаспоры и ассоциации соотечественников могут стать центром предпринимательской активности, и, учитывая, что связи пока не обрываются, в силу географических и политических факторов, то они могут постепенно повлиять на специализацию кыргызской экономики в качестве поставщика определенных видов продукции для рынка стран ЕАЭС.

б) время от времени обсуждается необходимость возвращения мигрантов стимулирующими методами. Миграция, как правило, ослабляет экономику отправляющей страны за счет оттока человеческого капитала и становится источником социальных конфликтов между приезжими и местным населением в стране приема. В этой связи, в некоторых странах, обе страны могут быть заинтересованы в активизации программ помощи возвращению мигрантов. Однако, в случае с Кыргызстаном, такую программу можно представить только в качестве компонента общей экономической программы страны, так как в настоящее время, мигрантов возвращать пока объективно некуда. В случае массового возвращения мигрантов может усугубиться напряженность на рынке труда, соответственно, такой подход чреват экономическими дисбалансами и социальными катаклизмами. В отчете ЦИИ ЕАБР (2015) приводятся примеры программ по возвращению мигрантов, которые имплементируются при поддержке ряда европейских стран и направлены на постепенную интеграцию возвращенцев в экономику страны-отправителя. Однако, в ближайшее время вряд ли РФ или РК будут поддерживать похожие инициативы, учитывая внутреннюю демографическую ситуацию и политические приоритеты региональной интеграции.

в) поиск новых решений по примеру стран, из которых происходил массовый отток населения, например, Индии, которая имеет в мире наибольшее количество эмигрировавших граждан, и где существует статус «Person of Indian Origin»- пожизненный штамп в паспорте, позволяющий для бывших граждан Индии, а также другим категориям (например, гражданам любой страны, имеющим индийца среди предков до четвертого поколения; иностранным супругам и детям индийцев и т.п.) беспрепятственно въезжать-выезжать из Индии без визы, проживать в Индии, а также освобождает от многочисленных административных проволочек в случае трудоустройства, приобретения жилья, усыновления, и т.д. Учитывая, что Конституция Индии не позволяет двойное гражданство, премьер-министр Индии в 2005 г. внедрил программу «Иностранное Гражданство Индии» («Overseas Citizenship of India»)[7], которая возможно, была бы интересной Кыргызстану для изучения подобного опыта.

Список использованной литературы:

 [1] Центр интеграционных исследований Евразийского банка развития (2015) “Трудовая миграция и трудоемкие отрасли в Кыргызстане и Таджикистане: возможности для человеческого развития в Центральной Азии”, авт.: Карабчук Т.С.
Костенко В.В., Зеликова Ю.А., Бейшеналы Н.Э. и др., Санкт-Петербург, 2015, доступно на http://eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Report_CA_Labour_Migration_and_Labour_Intensive_Sectors_Full_RUS.pdf

[2] Вишневский А. (2007) “Россия в мировом демографическом контексте” Стенограмма лекции от 22 ноября 2007 года в рамках проекта «Публичные лекции Полит.ру», http://polit.ru/article/2008/02/07/vyshnevsky/

[3] Ионцев В.А., Ивахнюк И.В., Алешковский И.А. Международная миграция и ВИЧ в России. Научная серия «Международная миграция населения: Россия и современный мир». Гл. редактор серии В.А. Ионцев. Выпуск 21. М.: ТЕИС, 2009

[4] Центр интеграционных исследований Евразийского банка развития (2015) “Трудовая миграция и трудоемкие отрасли в Кыргызстане и Таджикистане: возможности для человеческого развития в Центральной Азии”, авт.: Карабчук Т.С.
Костенко В.В., Зеликова Ю.А., Бейшеналы Н.Э. и др., Санкт-Петербург, 2015, доступно на http://eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Report_CA_Labour_Migration_and_Labour_Intensive_Sectors_Full_RUS.pdf

[5] Центр интеграционных исследований Евразийского банка развития (2015) “Трудовая миграция и трудоемкие отрасли в Кыргызстане и Таджикистане: возможности для человеческого развития в Центральной Азии”, авт.: Карабчук Т.С.
Костенко В.В., Зеликова Ю.А., Бейшеналы Н.Э. и др., Санкт-Петербург, 2015, доступно на http://eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Report_CA_Labour_Migration_and_Labour_Intensive_Sectors_Full_RUS.pdf

[6] Центр интеграционных исследований Евразийского банка развития (2013), авт.: Бейшеналы Н.Э., Левент Х.  И др. Санкт-Петербург, 2013, доступно на http://www.eabr.org/general//upload/CII%20-%20izdania/Proekti%20i%20dokladi/Kyrgyzstan%20-%20CU/EDB_Centre_Report_13_Full_Rus_1.pdf

[7] http://www.indianembassy.ru/index.php/ru/2013-07-06-10-22-17/oci

Статистика Национального статистического комитета КР, Национального банка КР, Федеральной службы государственной статистики РФ

Автор: Назик Бейшеналы, президент Союза кооперативов Кыргызстана (Кыргызстан, Бишкек)

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции CABAR.asia

Последнее

Популярное