Аналитические материалы / Казахстан

Андрей Чеботарев: Экстремизм в Казахстане: современное состояние и вопросы противодействия

16.05.2016

«В интересах прозрачности антиэкстремистской деятельности государства и его органов следует создать Общественный совет по мониторингу выполнения Государственной программы по противодействию религиозному экстремизму и терроризму в Республике Казахстан на 2013-2017 годы», – политолог Андрей Чеботарев, специально для CABAR.asia, рассматривает текущее состояние и основные методы противодействия экстремизму в Казахстане.   

май 2015Достаточно тревожной тенденцией последних 5 лет в Казахстане стало возрастание проявлений религиозного экстремизма и терроризма. Пик этого процесса пришелся на 2011-2012 гг., когда в разных регионах страны было совершено 14 экстремистских акций и вооруженных столкновений с силами правопорядка. При этом погибли 51 экстремист, 13 сотрудников правоохранительных органов и 6 гражданских лиц [1].

Как все начиналось

Хотя проявления религиозного экстремизма имели в Казахстане место и раньше, они главным образом были связаны с:

1) деятельностью членов радикальной религиозно-политической организации «Хизб-ут-Тахрир», осуществляющейся преимущественно в южных регионах республики посредством пропаганды идей данного объединения, распространения литературы, листовок и т.п. В марте 2005 года решением суда города Астаны «Хизб-ут-Тахрир» была признана экстремистской организацией с запретом ее деятельности на территории Казахстана;

2) присутствием в Казахстане представителей экстремистских организаций из других стран, что во многом, видимо, было обусловлено относительно мягким визовым режимом республики и недостатками в работе миграционной полиции. Как правило, данные лица либо находили здесь временное убежище, скрываясь от правосудия в своих странах, либо вели с территории республики подрывную деятельность в отношении сопредельных государств (Узбекистан, Китай, Россия) и занимались вербовкой потенциальных сторонников из числа граждан Казахстана.  Беспрецедентным событием в связи с этим стала ликвидация в ноябре 2004 года органами национальной безопасности группы в составе 9 человек, входившей в состав «Джамаата моджахедов Центральной Азии». Отдельные члены группы во главе с Ахматом Бекмирзаевым являлись гражданами Узбекистана и участвовали в совершении терактов в этой стране весной-летом того же года [2].

До 2011 года единственным случаем, связанным с вооруженным столкновением между экстремистами и сотрудниками правоохранительных органов, были события 28 сентября 2000 года в Алматы. Тогда силами спецподразделений МВД была физически уничтожена группа из четырех человек, оказавших сопротивление. Погибшие оказались гражданами Китая и Турции уйгурской национальности. Позднее было установлено, что они являются членами «Организации освобождения Уйгурстана» («Уйгур азатлик ташлахты») и совершили незадолго до своей гибели убийство двух полицейских в одном из микрорайонов Алматы [3]. Как видим, в данном случае речь шла о столкновении казахстанских сил правопорядка с иностранными экстремистами.

Однако постепенно в Казахстане шел процесс формирования собственного экстремистского подполья. Для него было характерно, во-первых, расширение географии деятельности соответствующих групп с фактическим распространением по всей республике. Во-вторых, появление и активизация новых радикально настроенных организаций, включая «Таблиги джамаат» и групп салафитов.

В-третьих, выход противоречий внутриконфессионального характера, в данном случае между представителями Духовного управления мусульман Казахстана и не признающих его течений, на уровень противостояния последних с государством.

В-четвертых, увеличение уровня использования экстремистами в своей деятельности терактов и других действий насильственного характера. В частности, по данным Комитета национальной безопасности (КНБ) Республики Казахстан, в 2008-2009 гг. было предотвращено 7 терактов и осуждено 46 человек, причастных к террористической и экстремисткой деятельности [4].

Основные тенденции

Отмеченный выше всплеск экстремистской активности в 2011-2012 гг. встретил достаточно жесткую реакцию со стороны государства и его органов. Так, в октябре 2011 года был принят закон «О религиозной деятельности и религиозных объединениях», направленный на усиление государственного контроля в сфере религии и межконфессиональных отношений. До этого было создано Агентство по делам религий. С 2014 года соответствующие функции осуществляет Комитет по делам религий Министерства культуры и спорта РК. При этом им осуществляется активное взаимодействие с экспертами, теологами, представителями духовенства и НПО, особенно по вопросам профилактики религиозного экстремизма.

Усилилась и работа правоохранительных органов по пресечению преступлений террористического и экстремистского характера. В свою очередь, это повлияло на увеличение количества граждан, обвиненных к причастности к данным преступлениям и осужденных на разные сроки лишения свободы. Согласно информации ДУМК, в настоящее время в исправительных учреждениях республики отбывают наказание 400 таковых людей. Причем примерно 150 из них продолжают придерживаться радикальных взглядов [5].

При всем этом официальная статистика демонстрирует увеличение общего количества и формата проявлений рассматриваемых угроз. В частности, по данным Генеральной прокуратуры РК, в 2013 году было совершено 65 преступлений, связанных с экстремизмом и терроризмом, а в 2014 году зарегистрировано 52 соответствующих преступлений [6]. В течение же января-октября 2015 года в Казахстане в Едином реестре досудебных расследований было зарегистрировано 165 преступлений. В том числе 72 – пропаганда терроризма и/или публичные призывы к совершению терактов, 62 – создание, руководство террористической группой и участие в ее деятельности, 13 – финансирование и иное пособничество экстремизму и терроризму, 12 – вербовка, подготовка или вооружение с целью организации террористической и/или экстремистской деятельности, 6 – прохождение соответствующей подготовки [7].

Рассматриваемая ситуация вполне отражает неоднозначные процессы в казахстанском обществе. Прежде всего, рост религиозного сознания среди населения страны, особенно в мусульманской среде, совпадает с ухудшением в экономике и социальной сфере. Это имело место в 2008-2009 гг., на которые пришелся глобальный финансово-экономический кризис, и может обостриться на фоне текущих кризисных процессов в глобальной экономике и после проведенной в Казахстане в августе 2015 года девальвации национальной валюты – тенге. И тогда, и теперь наблюдаются снижение доходов и уровня жизни определенной части населения, рост безработицы при ограниченности социальных лифтов, цен на продукты питания и коммунальные услуги, внутренней миграции, отсутствие нормальных жилищных условий при демографическом росте. Все это обостряется высоким уровнем коррупции и низким качеством государственных услуг гражданам.

В этих условиях происходит ухудшение социального самочувствия населения и их перерастание во всевозможные формы протеста. Альтернативой последним является уход и погружение людей в определенную религию. По итогам проведенной в 2009 году национальной переписи населения, приверженцы ислама в Казахстане составили 11 млн. 237,9 тыс. человек, или 70,2% от общей численности населения [8]. При этом тенденция роста среди мусульман с данного времени прослеживается главным образом по увеличению численности мужчин, посещающих мечеть, и женщин, носящих хиджаб. К тому же ношение хиджаба учащимися средних школ, на что официально введен запрет с целью поддержания светских порядков в системе образования, до сих пор является предметом дискуссий в обществе.

Вместе с тем в этих процессах проявляются и крайности, которые как раз можно считать протестом против существующей действительности. Речь идет о распространении идей так называемого «чистого ислама», который его приверженцы противопоставляют традиционному исламу в силу откровенной конформистской позиции официального духовенства в отношении государства и проводимой им политики. На фоне критических моментов в экономике, а также идеологического вакуума и фактической «зачистки» властями рядов светской оппозиции соответствующие религиозные течения и группы достаточно активно позиционируют себя в качестве своего рода альтернативной социальной и духовной системы.

Особенно такой подход действует на представителей молодежи, которые сильно уязвимы в социально-экономическом и духовном отношении и ищут ответы на волнующие их вопросы в предлагаемых им идеях. Причем соответствующему влиянию наиболее представляются подверженными молодые казахстанцы, обучающиеся в мусульманских теологических учебных заведениях за рубежом. Показательно, что, по оценкам научно-исследовательского центра «Молодежь», более 55% экстремистов являются молодыми людьми в возрасте 17-29 лет [9].

Другой тревожной тенденцией является взаимопроникновение и сращивание экстремизма и криминалитета. С одной стороны, криминальные методы часто используются представителями религиозных радикальных объединений в своей деятельности, особенно в интересах ее финансирования. С другой стороны, идеи «чистого ислама» активно распространяются среди криминальных элементов, что наиболее всего имеет место в местах лишения свободы. Кроме того, представители некоторых организованных преступных групп находят в религии определенное оправдание совершаемым ими преступлениям.

К примеру, в июне 2015 года в городе Алматы была проведена спецоперация по задержанию двоих подозреваемых в совершении ряда разбойных нападений, оказавших вооруженное сопротивление сотрудникам полиции. В результате один из преступников получил огнестрельное ранение и скончался, второй был обезврежен и задержан. В ходе следствия было установлено, что эти люди хотели выехать в Сирию и рассчитывали получить необходимые для этого деньги путем планируемого разбойного нападения на предпринимателя [10].

Отмеченный случай демонстрирует еще одну критическую тенденцию, обусловленную уже внешними факторами. Речь идет, прежде всего, о вооруженных конфликтах в Ираке и Сирии, в которых активно проявляет себя экстремистская группировка «Исламское государство» (ДАИШ). Следует отметить, что определенное число казахстанцев ранее участвовало в боевых действиях в Афганистане на стороне движения «Талибан» и других экстремистских структур. Однако с началом военных действий в двух арабских странах количество граждан республики, желающих повторить такой опыт, заметно увеличилось. Причем вместе с рядом мужчин на контролируемые ДАИШ территории выехали их жены и несовершеннолетние дети. По информации секретаря Совета безопасности РК Нурлана Ермекбаева, количество казахстанцев, выехавших в Сирию и Ирак, составило около 400 человек [11].

Возможно, что подобный отток потенциальных экстремистов и завербованных ими сторонников в разные «горячие точки» в определенной степени повлиял на снижение уровня экстремистской активности в Казахстане. Однако на перспективу пребывание этих людей в Сирии, Афганистане и т.д. является серьезным фактором угрозы национальной безопасности страны. Пройдя за рубежом боевую подготовку и идеологическую обработку, они в случае своего возвращения на родину могут влиться в нелегальные экстремистские структуры и стать ведущими их участниками.

Что мешает эффективному противодействию

В целом, анализ общих проявлений в мире современного экстремизма позволяет выделить следующие основные характерные признаки этого явления, которые проявляются и в Казахстане:

  1. Рост масштабности, включая наращивание потенциала и влияния экстремистских группировок
  2. Усиление жесткости действий с акцентом на разные формы насилия.
  3. Многообразие форм деятельности, включая сетевой и виртуальный формат.
  4. Активное использование новейших достижений науки и техники, включая Интернет, мобильную связь и т.д.
  5. Стремление добиться большого резонанса (эффекта), в том числе посредством максимальной дестабилизации обстановки в стране.

С учетом отмеченных выше моментов в проявлении религиозного экстремизма и терроризма в Казахстане государство в последнее время пошло на определенный пересмотр своих подходов и механизмов в противодействии данным угрозам. В частности, последние перестали рассматриваться как обусловленные чисто внешними факторами, включая влияние иностранных экстремистских структур и религиозных миссионеров. В связи с этим учитывается влияние таких внутренних факторов, как социально-экономические проблемы, низкий уровень религиозной грамотности населения, недостатки морально-нравственного и патриотического воспитания молодежи, проявления коррупции и бюрократизма на местах, низкий уровень профессиональной подготовки священнослужителей и т.д.

В утвержденной 24 сентября 2013 года Указом Президента РК Государственной программе по противодействию религиозному экстремизму и терроризму в Республике Казахстан на 2013-2017 годы большое внимание уделяется мерам профилактического характера. В том числе проведение научных исследований по изучению причин и условий распространения экстремизма, постоянного мониторинга печатных и электронных СМИ с целью выявления экстремистских материалов, мероприятий просветительского и информационного характера.

Вместе с тем соответствующую деятельность государства и его компетентных органов затрудняют, в частности, следующие факторы. Во-первых, отсутствие у казахстанских религиозных экстремистов единой организации или координирующего центра. В связи с этим деятельность соответствующих лиц и их объединений носит несвязанный между собой характер. У них также нет четкой стратегии с обозначением промежуточных и конечных целей. А в действиях тактического характера зачастую трудно провести четкую грань между «актами джихада» и обычными криминальными преступлениями.

Во-вторых, недостаточная профилактическая работа с молодежью. Акцент в данной работе делается главным образом на воспитательные и информационно-пропагандистские меры. Тогда как ряд жизненно важных вопросов для молодых граждан, включая получение качественного образования, трудоустройство и жилищное обеспечение, практически остаются нерешенными. Вкупе с неблагополучным социальным и психологическим климатом во многих семьях все это в совокупности и способствует попаданию представителей молодежи под влияние экстремистских идей и их носителей.

В-третьих, отсутствие системной работы по предоставлению казахстанцам объективной информации о ситуации в сфере противодействия экстремизму и терроризму в стране. Как правило, правоохранительные органы сообщают время от времени через разные СМИ новости о задержании каких-либо лиц либо по результатам судебных процессов над ними. Вместе с тем очень часто остаются неясными принадлежность данных людей к той или иной экстремистской организации, их религиозные взгляды, мотивы совершения инкриминируемых им преступлений и т.д. А судебные разбирательства по делам, касающимся экстремистской и террористической деятельности, в большинстве случаев проводятся в закрытом порядке.

Подобная закрытость для широкой общественности официальной информации по отмеченным выше моментам не позволяет получить максимальную и объективную картину по религиозному экстремизму. В свою очередь, это способствует недоверию среди граждан к антиэкстремистской деятельности и официальной информации по ее результатам. К тому же имеются заявления привлеченных к ответственности граждан и членов их семей относительно необоснованных и сфабрикованных уголовных дел и вынесенных по их основанию судебных решений. Из этих заявлений следует, что данные лица пострадали от действий силовиков главным образом в силу своих религиозных убеждений, отличающихся от стандартов ДУМК [12].

Выводы и рекомендации

В целом, очевидно, что в Казахстане действуют подпольные экстремистские группировки исламистской направленности, в том числе связанные так или иначе с зарубежными единомышленниками. Уже само по себе это является серьезной угрозой национальной и общественной безопасности. В то же время отмеченные выше недостатки не способствуют участию граждан в процессе противодействия терроризму и экстремизму и их конструктивному сотрудничеству с правоохранительными органами в данном направлении.

В этих условиях совершенствование антиэкстремистской деятельности в Казахстане целесообразно осуществить с акцентом на профилактику и прозрачность. В первом случае следует особое внимание обратить на молодежь, сместив приоритеты на решение конкретных практических вопросов.

Прежде всего, большая ответственность за вопросы воспитания и развитие детей и подростков накладывается на семью как первый и ключевой социальный институт, в рамках которого люди появляются на свет и постепенно формируются как личности. В связи с этим в Казахстане необходимо разработать и реализовать государственную семейную политику как комплекс мер по поддержки, укреплению и защите института семьи и ценностей семейной жизни. Особый акцент важно сделать на профилактику семейного неблагополучия, включая создание и деятельность центров семейной психологии.

Другим важным направлением соответствующей деятельности является совершенствование государственной молодежной политики. В данном случае государству, с одной стороны, следует отдать приоритет развитию системы доступного жилья, особенно для молодых семей, обеспечению доступного и качественного образования, созданию условий для трудоустройства молодых граждан и поддержке наиболее социально уязвимых категорий молодежи. С другой стороны, необходимо создать и поддерживать условия и стимулы для самостоятельного решения молодежью своих собственных вопросов.

В рамках информационно-просветительской деятельности целесообразно на системной основе проводить встречи учащихся старших классов средних школ, колледжей и студентов вузов с представителями различных религиозных объединений. Это позволит подросткам и представителям молодежи ознакомиться с ценностями и практикой соответствующих религий и будет способствовать формированию у них уважительного и толерантного отношения к разным конфессиям. Также следует разработать и проводить в указанных учреждениях образования тренинговые занятия по психологической защите от влияния деструктивных религиозных организаций и экстремистских структур.

В интересах прозрачности антиэкстремистской деятельности государства и его органов следует создать Общественный совет по мониторингу выполнения Государственной программы по противодействию религиозному экстремизму и терроризму в Республике Казахстан на 2013-2017 годы. В его состав наряду с представителями компетентных госорганов могут войти ведущие эксперты в данных вопросах, представители заинтересованных НПО, СМИ, учреждений образования и т.д.

Кроме того, Комитету национальной безопасности РК как координатору деятельности государственных органов по противодействию экстремизму и терроризму целесообразно взять на себя организацию и проведения регулярных комплексных исследований ситуации по данным угрозам. На основе же результатов данной деятельности необходимо на ежегодной основе разрабатывать и издавать с последующим представлением руководству республики и публикацией в свободном доступе национального доклада «Экстремизм и терроризм в Казахстане».

Использованная литература:

  1. Шибутов М., Абрамов В. «Терроризм в Казахстане – 2011-2012». Доклад. – Алматы, 2012. – С. 13, 23.
  2. КНБ Казахстана ликвидировал террористическую группировку, входящую в состав «Аль-Каиды» // «Номад», 12.11.2004 г. (http://www.nomad.su/?a=5-200411120018).
  3. Джалилов А. Четверо подозреваемых в убийстве полицейских погибли во время операции по их задержанию. Развивается опасная тенденция «гибели подозреваемых во время задержания» // «Панорама», № 38, 29.09.2000 г.
  4. В 2009 году в Казахстане предотвращено три теракта // «Номад», 15.10.2009 г. (http://www.nomad.su/?a=5-200910150313).
  5. В тюрьмах Казахстана находятся 400 осужденных за экстремизм и терроризм // «Казахстанская правда», 21.12.2015 г.
  6. Кумыспаева Н. За экстремизм и терроризм с начала года в Казахстане осуждены 29 человек // «Казахстанская правда», 29.09.2014 г.
  7. Галат И. Казахстан в цифрах: статистика за 16 ноября 2015 года // «Vласть», 16.11.2015 г. (https://vlast.kz/strana/14110-kazahstan-v-cifrah-statistika-za-16-noabra-2015-goda.html).
  8. Численность мусульман в РК – 70,2% // Интернет-портал «Alfarabinur.kz» (http://alfarabinur.kz/o-rodine-moej-kazaxstan/chislennost-musulman-v-rk-–-702.html).
  9. Буканова Ж.К., Каримова Ж.К., Амреева Л.М., Зайниева Л.Ю. и др. Национальный доклад «Молодежь Казахстана – 2014». – Астана: НИЦ «Молодежь», 2014. – С. 152.
  10. Обезвреженные в Алматы экстремисты планировали выезд в Сирию – МВД // «Новости-Казахстан», 30.06.2015 г. (http://newskaz.ru/incidents/20150630/8963242.html).
  11. Совбез: 400 казахстанцев выехало на войну в Сирию и Ирак // «i-News.kz», 19.06.2015 г. (https://i-news.kz/news/2015/06/19/8047396-sovbez_400_kazahstancev_vyehalo_na_voinu.html).
  12. Вебер Е. Дело о «пропаганде терроризма» в Темиртау. Четверо отрицают вину // «Радио Азаттык», 1.07.2011 г. (http://rus.azattyq.org/a/court_terrorism_verdict_temirtau_/24250166.html); Глушкова С. Подсудимые члены «Таблиги Джамаат» свою вину «признали» // «Радио Азаттык», 22.01.2016 г. (http://rus.azattyq.org/a/kazakhstan-astana-sud-tabligi-jamaat-chleny/27503723.html).

Автор: Андрей Чеботарев, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» (Казахстан, Алматы).

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции CABAR.asia

Последнее

Популярное