© CABAR – Центральноазиатское бюро по аналитической журналистике
При размещении материалов на сторонних ресурсах, гиперссылка на источник обязательна.

“Спор о слоне” или насколько реалистично инновационное развитие в Таджикистане? 

Система образования Таджикистана во многих аспектах до сих пор не интегрирована в международное образовательное пространство, считает исследователь, участник Школы аналитики CABAR.asia Гулдасташо Алибахшов. По ряду показателей развития науки страна отстает даже от ближайших соседей.


Подпишитесь на наш канал в Telegram


Кроме того, для усиления производства знаний и инноваций все больше стран ведут политику интеграции в международное научное пространство с целью увеличения доступа к новым научным знаниям и привлечения международных талантов. Когда речь идет об инновации и экономике знаний в Таджикистане, возникает много вопросов: насколько реальны планы построения экономики знаний и инновационного развития в Таджикистане? Насколько наука и образование интегрированы в социально-экономическую систему Таджикистана? Может ли нынешняя отечественная научно-образовательная система стать базисом инновационного развития страны?  

В последние годы в зарубежной литературе по инновационной политике вырастает актуальность интегрированного и системного подхода к науке, образованию и бизнесу, когда речь идет об их роли в инновационном развитии[ii]. Однако, в отечественном экспертном дискурсе наблюдается противоположная картина – как образование и наука, так и причины их неэффективного функционирования рассматриваются изолированно друг от друга. Одни сводят их к коррупции, а другие к проблемам нехватки материально-технического обеспечения и финансирования, а некоторые вообще уходит глубоко в историю, разрывая все связи с настоящим и будущем.

В хаосе мнений, фрагментарно описывающих такую сложную многоаспектную и многоуровневую систему, теряется общая картина того, в каком направлении образование и наука должны развиваться в современном мире, где социально-экономическое развитие все больше и больше зависит от знаний и инноваций.

Такое обстоятельство напоминает рассказ великого персидского поэта Джалолиддина Руми, в котором он описывает спор между мудрецами, анализирующими слона в темной комнате. Один, потрогав хобот, говорит, что это водосточная труба; другой, прощупав ухо, твердит, что это веер; а третий потрогав спину, говорит, что это стена.

Не видя слона целиком, люди сузили его в рамках части его тела, которых они смогли прощупывать и интерпретировали их как угодно, но не только как части тела слона. Точно так же зачастую бессистемно размариваются наука и образование и отсутствует единая концепция для их интеграции с другим социальными институтами для инновационного развития.

Чтобы не попасть в ловушку «ощупывания слона в темной комнате» (бессистемности), мы постараемся рассматривать образование и науку как единое целое во взаимосвязи с другими социальными институтами и попытаться определить степень их взаимодействия.  

Диагностика научно-образовательной системы в социально-экономическом контексте

Диагностика эффективности функционирования существующей модели научно-образовательной системы возможно путем рассмотрения ее в контексте социально-экономической структуры, в которой она функционирует и выявить точки взаимодействия между ними.

 Так как сама система многоуровневая и многокомпонентная, она имеет бесчисленные точки взаимодействий на разных уровнях и понимая того, что невозможно охватить все эти уровни, мы будем сфокусироваться в основном на макроуровне. По современным критериям, на макроуровне основными показателями продуктивности научно-образовательной системы являются:

Одним из показателей продуктивности науки, как фактор инновационной экономики современного общества, является доля высокотехнологичной продукции в общем объеме промышленного производства и в структуре экспорта страны.

Высокотехнологичная продукция появляется в результате инновационного процесса, который разворачивается на стыке науки, производства и бизнеса. Поэтому эффективность взаимодействия науки с бизнесом и производством определяется через этот показатель. Согласно статистике, Таджикистан практически не производит высокотехнологическую продукцию и экспортирует в основном сельхозпродукты и цветные металлы.

Продуктивность науки, как фактор инновационной экономики современного общества, определяется через производство новых знаний. Методом оценки по данному показателю является количественное измерение публикационной активности учёных. Для того, чтобы сохранить сочетание качества и количества, будем использовать международные стандарты публикационной активности путем определения количества статей в научных журналах, индексируемых в международной базе научного цитирования “Сеть науки” (Web of Science)

Результаты данной поисковой платформы показывают, что публикационная активность таджикистанских учёных по сравнению c другими среднеазиатскими странами довольно низкая. За 2014 г таджикские ученые опубликовали 46 статьей, что многократно меньше числа публикации казахстанских ученых (600 статьей), узбекистанских (323 статей) и киргизских (82 статей) за тот же год.

В Таджикистане на 1 миллион жителей приходится 5 статьей, хотя в 2014 году среднем показателем был 176 статей на 1 миллион населения.

Другим показателем эффективности научной деятельности является спрос на научные исследования в разных областях социально-экономической системы. Востребованность и интерес к научным исследованиям можно определить через структуру финансирования в науке и распределение исследователей по разным секторам.

Согласно аналитическому сборнику «Научно-технический потенциал Республики Таджикистан в 2016 году», основным источником финансирования науки остается госбюджетные средства – почти 99%. Частный сектор практически не финансирует в научные исследования.

Одной из причин незаинтересованности частного сектора в научных исследованных является то, что сама предпринимательская среда неблагоприятна для формирования спроса на научные исследования. Схожая картина наблюдается и в распределении исследователей по секторам. По статистике в Таджикистане исследователи работают только в государственном секторе и в сфере высшего образования.

Если сравнить с соседними среднеазиатскими странами, исследователи кроме государственного сектора востребованы еще в коммерческих и частных некоммерческих секторах[iii].

К числу важнейших задач научно-образовательной системы относится еще и обеспечение рынка труда высококвалифицированными кадрами. По данному показателю заметна несогласованность количества и качества предложения рабочей силы реальному спросу на рынке труда.

Если взять количественные показатели, каждый год суммарное число выпускников по всей республике превышает количество новых открытых рабочих мест. Однако, качественные характеристики выпускаемых кадров, такие как знания и навыки, не соответствуют сегодняшним требованиям. Согласно исследованию Всемирного Банка, работодатели в Таджикистане сообщают, что недостатки в образовании выпускаемых кадров являются одной из основных барьеров для развития бизнеса[iv].  

Еще одним важным индикатором эффективности научной деятельности является объем финансирования научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) от общего объема валового внутреннего продукта (ВВП). Согласно статистике, финансирование от ВВП в НИОКР с каждым годом увеличивается в Таджикистане, но эти расходы остаются неэффективными. Например, в «Доклад ЮНЕСКО о науке: на пути к 2030 году» приводится, что внутренние расходы страны на НИОКР увеличились на 154% с 2007 по 2013 гг. (до $20,9 млн. по паритету покупательной способности в постоянных ценах 2005 г.), но это едва ли стимулировало рост интенсивности научных исследований. В целом государственные расходы на НИОКР колеблются ниже 0,1% от ВВП[v].

По мнению экспертов, неэффективность расходования бюджетных средств заключается в том, что объем финансирования в НИОКР недостаточен для поддержки и развития науки, так как согласно мировому опыту существует пороговое значение этого показателя. Если доля расходов на НИОКР составляет ниже 1% от ВВП, то происходит полный развал науки, а если составляет 1 – 2%, интенсивного прогресса в науке не наблюдается. Где-то между 2% – 3% расходов на НИОКР дает толчок в развитии науки[vi].  

Если все эти фрагменты сложить в единый пазл, вырисовывается следующая картина, наглядно иллюстрирующая отсутствие рамочной концепции для объединения науки, образования, бизнеса и других социальных институтов с целью создания инновационной системы. Существует разрыв между научно-образовательной системой и социально-экономической средой, в которой она функционирует. Все эти показатели отражают аморфность инновационной системы, неясность цели деятельности и неопределенность функции ее компонентов – в первую очередь, образования и науки.

Все компоненты инновационной системы взаимосвязаны и практически невозможно развивать систему как целое, без изменения самого слабого компонента. Без улучшения благоприятной предпринимательской среды, где здоровая конкуренция и где есть спрос на инновации и знания, невозможно создать потребность в научных исследованиях и инновационном бизнесе. Точно так же без спроса на научные исследования научный сектор вряд ли будет заниматься производством новых знаний и инноваций.

Для «оркестрирования» процесса инновационного развития необходима концепция, которая задает определенное направление развития научно-образовательной системе, бизнесу и другим социальным институтам и корректирует противоречия между ними на разных этапах этого процесса. Без этого системного и интегрированного подхода, весь этот процесс превращается в «ощупывание слона в темной комнате».

Научно-образовательная система в международном контексте

Для получения более подробной картины посмотрим на уровень международной интегрированности научно-образовательной системы. Без сомнения, можно сказать, что создание инновационной экономики и экономики знаний невозможно без интеграции в глобальный научно-образовательный процесс.

Страны с развитым и развивающемся инновационным сектором и возрастающей долей венчурного бизнеса все больше и больше наращивают свой человеческий капитал и научно-технический потенциал не изолированно, а встроенным в глобальную динамику научно-технического прогресса.

Согласно исследованиям, мобильность ученых и борьба за высококвалифицированные специалисты усилилась за последние годы, и эта тенденция сохранится. Например, в Саудовской Аравии в 2012 количество докторантов, обучавшихся на родине было меньше, чем заграницей. Другим примером может служит Иран. Несмотря на политические разногласия и экономические санкции, введенные против Ирана западными странами, основными партнерами Ирана в сфере науки являются США, Канада, Соединенное королевство и Германия[vii].

Что касается Таджикистана, за последние годы наблюдается улучшение в международном сотрудничестве в сфере образования (особенно высшего образования). Заметен рост интереса студентов к участию в программах академического обмена и продолжению образования за рубежом. С каждым годом увеличивается количество студентов, получивших высшее образование в зарубежных вузах. Стоит отметить, что успехи в этом направлении достигнуты в основном благодаря международным стипендиям, которые финансируются международными организациями.

Тем не менее, система образования во многих аспектах до сих пор не интегрирована в международное образовательное пространство. Таджикистан остается в стороне от участия в международных программах оценки, таких как Международная программа по оценке образовательных достижений учащихся (PISA), Международное мониторинговое исследование качества школьного математического и естественнонаучного образования (TIMMS) и Международное исследование навыков взрослых (PIAAC). Участие в международных оценках дает возможность сравнительной оценки уровня образования, но Таджикистан пока не спешит стать членом этих программ.

Таджикистан также пассивно сотрудничает в сфере науки с зарубежными странами. Казахстанские, узбекистанские и киргизские учёные публикуют в международных журналах в соавторстве с учеными других стран намного больше, чем учёные из Таджикистана[viii].

По уровню цитирования научных статей в журналах, индексируемых в международной базе научного цитирования “Сеть науки” (Web of Science) Таджикистан показывает низкие показатели. Если по количеству публикаций Таджикистан обошел Туркменистан в 2008-2014, то по индексу цитирования страна уступает всем странам СНГ. Данный показатель демонстрирует низкую востребованность научных работ таджикистанских ученых за рубежом[ix].     

 

Выводы

Публикационная активность таджикистанских учёных в международных научных журналах довольно низкая по сравнению с другими среднеазиатским странами;

В Таджикистане исследователи заняты только в сфере образования и в государственном секторе. Со стороны частного некоммерческого сектора и коммерческих предприятий отсутствует спрос на научные исследования;

Частный сектор практически не финансирует в научные исследования и источником финансирования науки остается госбюджетные средства – почти 99%;

Научно-образовательная система Таджикистана недостаточно интегрирована в мировое научное пространство;

Отсутствие интегрированного и системного подхода к образованию, науке, бизнесу и другим социальным институтам создало условия, в которых они функционируют оторвано друг от друга. Баз построения унифицированной концепции для интеграции научно образовательной системы с бизнесом, производством и другими социальными институтами и «оркестрирования» их взаимодействий практически невозможно перейти на рельсы инновационного развития.

Рекомендации:

Государству необходимо создать рамочную концепцию для интеграции образования и науки с бизнесом и производством и координации их взаимодействия для инновационного развития. Концепция должна задать компонентам инновационной системы направление развития и структуру, на основе которой эти элементы будут взаимодействовать. Для реализации этой концепции необходимо использовать рыночные механизмы. Например, путем финансирования научно-образовательной системы на основе результатов, одновременно смягчая возможные риски. Нужно создать измеряемые показатели деятельности для финансирования этих учреждений на основе результатов в области преподавания, научной деятельности или взаимодействия с другими компонентами инновационной системы (например, количество заключенных контрактов с коммерческими компаниями).

Одновременно, необходимо дать научным и образовательным учреждениям институциональную автономию и больше свободы и самостоятельности в плане постановки цели и разработки стратегии развития. Устранить бюрократические препоны и стимулировать интеграции научных и образовательных учреждений в мировое научно-образовательное пространство.

Эти меры могут стимулировать их работать над улучшением результатов их деятельности. Рычагом «оркестрирования» всех компонентов инновационных процессов и развития является предпринимательство. Формирование благоприятного предпринимательского климата способствует формированию спроса на научные исследования и образование и стимулированию научного сектора заниматься инновационной деятельностью.


Данный материал подготовлен в рамках проекта «Giving Voice, Driving Change — from the Borderland to the Steppes Project», реализуемого при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Норвегии. Мнения, озвученные в статье, не отражают позицию редакции или донора.


[i] Национальная стратегия развития Республики Таджикистан на период до 2030 года

[ii] Unger M., Polt W. (2017) The Knowledge Triangle between Research, Education and Innovation — A Conceptual Discussion. Foresight and STI Governance, vol. 11, no 2, pp. 10–26.

[iii] ДОКЛАД ЮНЕСКО ПО НАУКЕ: На пути к 2030 году. Опубликовано в 2015 году Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры.

[iv] Расчеты экспертов Всемирного банка с использованием результатов исследования «Таджикистан: Рабочие места, Навыки и Миграция», финансированного при поддержке Всемирного банка/GIZ (2013 год).

[v] ДОКЛАД ЮНЕСКО ПО НАУКЕ: На пути к 2030 году. Опубликовано в 2015 году Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры.

[vi] Научно-технический потенциал Республики Таджикистан в 2016 году: Аналитический сборник / Под общей ред. Джумъахонзода Дж. Дж.–Душанбе, ГУ НПИ Центр, 2017 -200 с.

[vii] ДОКЛАД ЮНЕСКО ПО НАУКЕ: На пути к 2030 году. Опубликовано в 2015 году Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры.

[viii] ДОКЛАД ЮНЕСКО ПО НАУКЕ: На пути к 2030 году. Опубликовано в 2015 году Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры.

[ix] ДОКЛАД ЮНЕСКО ПО НАУКЕ: На пути к 2030 году. Опубликовано в 2015 году Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: