Журналистские расследования Таджикистан

IWPR Kazakhstan: женщины с ВИЧ под удвоенной травлей

17.03.2015

Согласно исследованию, 72 процента таджикских женщин думали о суициде, а 24 из них предпринимали попытки самоубийства после новости о заражении вирусом иммунодефицита человека. Хотя эта болезнь не передается при обычном контакте, таджикское общество от своей неграмотности предпочитает избегать носителей, а некоторые – терроризировать.

DSCN2375Автор расследования Шамигуль Аминова, г. Душанбе

Шамигуль Аминова — журналист, пишущий на социальные, культурно –просветительские и экологические темы. С 1991 по 2014 годы работала редактором в телекомпании «Шабакаи якум» (Первый канал РТ), также в 2012 году была фрилансером для журнала «Модар». Автор нескольких документальных фильмов на темы о наркомании и ВИЧ.  Помимо этого с 2006 года  является руководителем ОО «Хуршед», деятельность которого направлена на улучшение роли  СМИ в обществе и повышение образования журналистов.

«Ну что ты, еще не умерла?» — с таким вопросом иногда любит названивать Мастуре бывший муж.

Когда выяснилось, что она заражена вирусом, ее вместе с двумя детьми сразу же выгнали из дома мужа. Супруг не сопротивлялся.

Мастура думает, что ее заразили в больнице, где ей неоднократно переливали кровь или в роддоме во время уколов, потому что кроме мужа у нее никого не было, а наркотики никогда не принимала.

Но беды были у нее и до этого: родственники мужа, с которыми она жила в одном доме, постоянно избивали, издевались и винили во всех бедах одну Мастуру. Она же, как полагается скромной невестке, не перечила им и терпела.

В один из таких дней беременную Мастуру избили, когда она пекла хлеб.

«Помню, что в печи зажигала огонь и ждала, чтобы он подогрелся. В это время золовки подбежали с угрозами и избили меня, а потом кто-то из них нанес удар по голове. Дальше уже ничего не помню, — рассказывает Мастура, попросившая изменить ее меня. – В шоковом состоянии я очнулась в больнице с ожогами на ногах и на одной руке.  Однако сразу вспомнила о своем сыне. Думала, что они его тоже убили или что-то с ним сделали».

Когда врачи предложили ей сделать пластическую операцию, чтобы скрыть следы ожогов, в ее крови обнаружили ВИЧ.

Хотя во время бракоразводного процесса суд определил алименты и постановил вселить ее с двумя детьми обратно в дом мужа, она не может там проживать из-за протеста родственников бывшего мужа, и Мастура была вынуждена вернуться с детьми в дом своей бедной матери.

Не имеющая профессионального образования Мастура не может устроиться на работу, с одной стороны из-за грудных детей, с другой – по причине ее положительного статуса на ВИЧ.

«На тот момент я считала себя почти мертвой. От крайней черты меня удерживали только дети», — признается она.

БОЛЬ, СТЫД И ДЕПРЕССИЯ

История Мастуры не из ряда вон выходящий случай, а повсеместная тенденция.

В Таджикистане женщина традиционно занимает второстепенное место в патриархальном обществе, подвергается насилию и издевательствам.

Дискриминация удваивается в отношении женщин, живущих с ВИЧ, так как население убеждено, что все они являются работницами коммерческого секса, наркоманками, развратницами и их нужно избегать, чтобы не заразиться вирусом. Это отмечается в альтернативном докладе таджикских НПО по ликвидации всех форм насилия в отношении женского пола.

«Все женщины-участницы опроса ответили, что при обнаружении своего статуса, они испытали шок, боль, стыд и депрессию, — говорится в докладе. – Более 72 процентов думали о совершении суицида, а 24 – предпринимали такую попытку».

В такой ситуации мало кто из близких отваживается поддержать женщин. Чаще всего они только усугубляют их положение, выгоняя из дома и словесно терроризируя. Большинство из них не имеют какой-либо квалификации для устройства на работу и экономически зависят от своих близких, пока их не лишат поддержки.

«Часто, в период совместной жизни, женщину не прописывают в доме супруга, а после его смерти ее выгоняют на улицу с детьми, мотивируя это тем, что она ВИЧ-инфицированная», — утверждают специалисты НПО Таджикистана в своем альтернативном докладе.

При этом отмечается, что общераспространенные факторы, как проституция и наркомания постепенно вытесняются заражением в семейных парах. А распространение в семьях от одного партнера к другому происходит чаще всего из-за мужчин, которые находятся в трудовой миграции и, в отличие от женщин, вступают в сексуальные отношения с несколькими партнерами.

«Девушек выдают замуж не спрашивая о состоянии здоровья молодого человека и встречаются случаи заражения женщин их мужьями. Родные больных молодых, даже зная об опасности заражения, не предупреждают сына и невестку об опасности заражения. Существует стигматизация ВИЧ-инфицированных, поэтому женщина, живущая с ВИЧ, наиболее подвержена насилию в семье», — подчеркивает эксперт по гендерным вопросам Марьям Давлатова.

НЕДОСТАТОЧНЫЕ МЕРЫ ГОСУДАРСТВА

Хотя существует ряд законов, запрещающие дискриминацию людей, живущих с ВИЧ, а также предотвращающие насилие в отношении женщин, тем не менее эти законы не работают на практике, сетуют правозащитники.

Статья 12 закона «О противодействии вирусу иммунодефицита человека и синдрому приобретенного иммунодефицита» состоит из нескольких пунктов, которые гарантируют защиту от дискриминации. В частности, в них говорится, что люди с положительным статусом имеют все те же права, что и другие граждане, на уважительное отношение окружающих; они в праве хранить в секрете свой статус за исключением случаев, когда это грозит другом лицу, а также на конфиденциальное рассмотрение различных документов, затрагивающие статус, на возмещение ущерба и т.д.

Защиту от насилия и издевательства женщин с ВИЧ со стороны родных гарантируют сразу несколько законов. В прошлом году была принята Госпрограмма по предупреждению насилия в семье на 2014-2023 гг., статья 21 закона «О предупреждения насилия в семье» выдает защитный ордер от насильника, а статья 93 Административного кодекса РТ предполагает штраф нарушителю закона, если он не выполнит требования правоохранительных органов.

Однако директор кризисного центра «Бовари» Комитета по делам женщин при правительстве РТ Гульнора Болтаева отметила о проблеме исполнения этого закона.

«Теперь  предстоит нелегкая задача — перевести закон в практическую плоскость и создать  условия  для того чтобы реализация закона в реальности изменила жизнь женщин Таджикистана в лучшую сторону», — сказала Болтаева.

1971 ЖЕНЩИНА – ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ЖЕРТВА ДИСКРИМИНАЦИИ

В то же время существующее законодательство не такое жесткое против людей, которые подвергают физическому и психологическому насилию женщин с ВИЧ, так как в нынешних закона нет действенных механизмов, как, например, выселение из жилища насильника, либо лишение его свободы. Все ограничивается выдачей ордера, которая по сути бумага, не защищающая ни от чего, а административный штраф не так уж и трудно заплатить и избавиться от проблем.

Тут, говорит Болтаева, проблема сколько не в законах, хотя их действительная реализация тоже важный механизм защиты этих женщин, столько проблема в разъяснительных работах с населением – как о ВИЧ, так и о уважении женщин и остальных граждан.

«Однако, всё же не информированность о пути передачи ВИЧ создаёт много проблем. Отсюда и возникают другие проблемы: как стигма и дискриминация в отношении ВИЧ– инфицированных женщин в семье», — добавляет директор кризисного центра «Бовари» Гульнора Болтаева.

На данный момент в стране отсутствует скоординированная программа ни по снижению дискриминации в отношении женщин, живущих с ВИЧ, ни по предотвращению насилия в отношении них. Есть разовые или локальные кампании, ограниченные определенными медицинскими учреждениями и неправительственными организациями.

Но в школах и университетах, по республиканским средствам массовой информации объективную информацию о путях передачи ВИЧ, о недопустимости дискриминации женщин по этому признаку, как и ровно из-за пола тоже не предоставляется; пропагандистская работа против различных стереотипов и заблуждений среди населения не ведется. Это подтверждают и результаты опроса общественного мнения, проведенный на улицах Душанбе.

«О людях, живущих с ВИЧ, у меня мало информации, — говорит 58-летняя учительница Рохила. –  Эта болезнь  является болезнью наркоманов, гомосексуалистов, павших  женщин. Лучше бы от них  отдалиться, потому, что это болезнь страшная, и слышала, что многие умерли от нее».

«Я бы побоялся  пить и есть из одной посуды с такими людьми. Чувствую опасность, когда сижу с ними  за одним столом»,  — делится другой житель Душанбе, 22-летний Эхсон.

Тем не менее среди респондентов есть и другие люди, которые без предубеждения относятся к носителям ВИЧ-инфекции.

«Ранее думала, что этим вирусом заражаются только женщины легкого поведения и  наркоманы. К сожалению, недавно моя  близкая знакомая,  нормальная и порядочная замужняя молодая женщина  обнаружила, что у нее ВИЧ.   Муж оставил ее, но из-за детей обратно вернулся, поскольку понял, что ее жена не в силе  заниматься детьми, — поделилась 50-летняя Мая Хакимова. – На данном этапе, как она рассказывает, они живут вместе, однако  у них нет интимных отношений.  Теперь она   смирилась судьбой,  а я стала   думать иначе,  поскольку от этого никто не застрахован».

«Не знаю, всё же они же тоже люди, им надо кушать, одеваться, обуваться, жить где-то. Надо им помогать,  относиться к ним как к нормальным людям. Их болезнь не передаётся во время общения, и в этом плане они не представляют угрозы для людей», — сказал Толиб.

Однако пока мало кто подобным образом относится к носителям ВИЧ, что уж говорить и о женщинах.

По данным республиканского центра СПИД, в Таджикистане официально зарегистрировано 6558 граждан с ВИЧ, из которых 1971 (около 30 процентов) составляют женщины. Каждая из них подвергается или является потенциальной жертвой двойной дискриминации. И это только официальные цифры.

———————————————————————————————————————————————————————————————————————————

Данный материал подготовлен  в рамках тренинга «Журналистские расследования проблем женщин, живущих с ВИЧ». Участниками тренинга стали 17 журналистов и правозащитников, представляющих различные регионы Казахстана и Таджикистана.

В результате тренинга были сформированы 6 команд, которые работали над случаями нарушения прав женщин и детей с ВИЧ в  Казахстане (в Шымкенте, Павлодаре и Темиртау), а также в Таджикистане (проживающих, преимущественно, в Душанбе или пригородных районах). Основными темами для журналистских расследований стали такие вопросы, как нарушение имущественных прав женщин и детей с ВИЧ, нарушение прав на доступ к медицинским услугам, нарушение прав ребенка на получение статуса инвалида по причине ВИЧ, случаи домашнего насилия над женщинами, живущими с ВИЧ.

Проект состоялся при поддержке Казахстанской сети женщин, живущих с ВИЧ, представительства Института репортажей войны и мира (IWPR) в Казахстане и многостранового отделения Структуры «ООН-женщины» в Центральной Азии. IWPR несет полную ответственность за содержание материала, которая ни в коей мере не может быть принята как точка зрения многостранового отделения Структуры «ООН-женщины» в Центральной Азии.

 

Последнее

Популярное