Аналитические материалы / Казахстан

Ольга Буглакова: Болевой синдром или обострившаяся дружба народов

18.07.2015

«Казахов, обратившихся к корням и стремящихся сохранить национальную идентичность, обвиняют в реваншизме. Русских, отстаивающих свое право говорить на русском и учить на русском своих детей, родившихся в Казахстане, корят в шовинизме. В казахстанском обществе давно сложились негласные правила совместного проживания и никто не хочет раскачивать национальный вопрос, несмотря на то, что молчание в данной проблеме – это знак согласия несогласных», — отметила в статье написанной специально для CABAR.asia Ольга Буглакова, независимый журналист (Алматы, Казахстан).

«Парад суверенитетов» союзных республик 1990 года завершился для Казахстана  подписанием 25 октября   Декларации о государственном суверенитете и обретением независимости. Для нашей многонациональной республики межэтнические отношения стали занимать одно из первых мест в системе национальной безопасности. Объединение и принадлежность к этническим группам приобрели для граждан независимой страны особое значение еще и потому, что другие формы социальных коалиций, как идеологическая составляющая – советский народ, рабочий класс, комсомол, — после распада Союза потерпели крах.
Полиэтничность гражданского общества Казахстана сложилась исторически и в достаточно короткий срок. Первые русские переселенцы прибыли на территорию Казахстана на рубеже XVIII-XIX веков. Интенсивность миграционных процессов возросла в период строительства крепостей на севере Казахстана после принятия казахскими ханами подданства Российской империи. Пик миграции пришелся на конец XIX века в связи со столыпинской аграрной реформой, первой мировой войной и восстанием 1916 года, гражданской войной. При этом заметим, что основной приток населения в Казахстан был отнюдь недобровольным. В 1930-е годы Казахстан был превращен в своеобразную резервацию для выселенных народов других союзных республик. К примеру, весной 1936 года с территории Украины в Казахстан выселено 15 000 польских и немецких хозяйств, как неблагонадежных; в 1936—1938 гг. были произведены первые депортации немцев (наряду с поляками) из приграничных районов; в 1937 году все жившие на советском Дальнем Востоке корейцы были «отодвинуты» в Казахстан, за ними последовали иранцы из Азербайджанской ССР, курды, во время Великой Отечественной войны — ингуши, чеченцы и другие. По различным данным в Казахстане к 1 января 1954 года  на спецпоселении находилось  до 2 миллионов человек. [1] Принудительная депортация, как инструмент тоталитарного режима, стала бедствиемкак для переселенцев, так и для коренного населения. Переселенцев везли в скотных, товарных вагонах, а в Казахстане размещали в конюшнях, сараях, складах. Депортированные были ограничены в правах, лишены имущества. Свирепствовали и эпидемические заболевания. Казахи умирали от голода на собственной земле, но делились хлебом и кровом. Часть казахов депортировали внутрь страны – из плодородных земель в пустыни и полупустыни, и в дальнейшем многие так и остались на этих землях.
Что представляет собой Казахстан с общей численностью населения в 17.458.000 человек на 1 марта 2015 года? Согласно данным официальной этнической статистики казахов – 65,52% (11,2 млн.), русских – 21,47% (3,7 млн.), узбеков – 3,04% (521 тыс.), украинцев – 1,76% (301,346 тыс.), уйгуров – 1,44% (246,777 тыс.), татар – 1,18% (203,108 тыс.), немцев – 1,06% (181,928 тыс.), корейцев – 0,61% (105,400 тыс.), турок – 0,61% (104,792 тыс.), азербайджанцев – 0,57% (98,646 тыс.), дунган – о,36% (62,029 тыс.), белорусов – 0,35% (62,295 тыс.), курдов – 0,25% (42,312 тыс.), таджиков – 0,25% (42,143 тыс.), поляков – 0,19% (32,661 тыс.), чеченцев – 0,19% (32,252 тыс.), киргизов – 0,17% (29,803 тыс.), башкир – 0,10% (16,983 тыс.), ингушей – 0,09% (15,607 тыс.), молдаван – 0,08% (14,083 тыс.), греков – 0,05% (8,819 тыс.), чувашей – 0,04% (6, 741 тыс.), евреев – 0,02% (3,485 тыс.), мордвы – 0,04% (6,855 тыс.), другие национальности – 0,57% (97,386 тыс.).   И в целом официальными источниками межэтническая ситуация в стране трактуется как стабильная и позитивная. Безусловно, нет смысла излишне ее драматизировать, однако, нельзя отрицать определенную межэтническую напряженность, для которой имеется ряд объективных факторов, таких как низкий уровень жизни в сельской местности, безработица, рост преступности, слабая правовая грамотность, проявление тенденции этнической самоизоляции. 
Государственная политика межэтнического согласия
Безусловно, в стране созданы все базовые нормативно-правовые и концептуальные основы для обеспечения политики межэтнического согласия. Конституция Республики Казахстан гарантирует защиту интересов всех граждан независимо от этнической, расовой, религиозной или иной принадлежности. Приоритеты обеспечения межэтнического и межконфессионального согласия отражены в ряде стратегических документов страны, таких как Стратегии развития Казахстана до 2030 и 2050 годов, Концепции формирования государственной идентичности РК, в государственных программах развития и функционирования языков.
Одним из главных инструментов национальной политики стала созданная в 1995 году Ассамблея народа Казахстана (АНК), объединяющая 818 этнокультурных объединений. Их руководители входят в состав АНК, а также малых ассамблей. 46 этносов имеют свои этнокультурные центры. Однако, в соответствии со своим Положением, АНК является только консультативно-совещательным органом при Президенте Республики Казахстан, а ее решения носят рекомендательный характер.
Еще одним инструментом, призванным обеспечивать межэтническое и межконфессиональное согласие и гражданское единство, является принятая в 2010 году Доктрина национального единства Казахстана. В Доктрине фундаментом согласия и стабильности в обществе стал изначальный выбор в пользу формирования гражданской, а не этнической общности. Этот документ был предложен как основа для разработки программ, законодательных и других нормативных правовых актов, направленных на формирование благоприятных условий для дальнейшей консолидации общества и подчеркивал необходимость сохранения баланса интересов населяющих страну этнических групп, не допускающего привилегированного положения одних и ущемления прав других.
Время от времени ряд крайних национал-патриотов выдвигают достаточно спорные предложения, пытаясь обозначить явно националистские крены. К примеру, публикация проекта «Концепции национальной политики Республики Казахстан. Задачи до 2015 г.», предлагавшейся наравне с Доктриной национального единства и принятой Организационным советом Народного движения «Защита независимости», состоящего из представителей казахской интеллигенции, возглавляемых народным писателем М.Шахановым,  разожгла нешуточные страсти в широких народных массах. По мнению экспертов, «данная концепция — этакое пособие для выживания на территории Казахстана не-казахов. О толерантности и равноправии и речи быть не может. Поскольку, вопреки здравому смыслу и всем законам демократического общества, в концепции сказано: «казахская нация является гарантом обеспечения конституционных прав и свобод всех граждан». Получается, что не конституция — основной закон страны — является гарантом прав и свобод, а нация. А это можно трактовать кому как угодно и под каким угодно углом». [2].
И, тем не менее, успехи страны на пути  бесконфликтного развития ситуаций в межэтнической сфере признаются не только гражданами Республики, но и мировым сообществом. Ключевую созидательную роль в процессе реализации межнациональной политики эксперты признают за институтами Ассамблеи народа Казахстана и Съезда мировых религий в стране. В настоящее время в Казахстане действуют 10 областных Домов Дружбы и 1 республиканский Дом дружбы в Алматы, в Астане функции Дома Дружбы выполняет Дворец Мира и Согласия. Дома дружбы являются ресурсным, культурным и методическим центром для этнокультурных объединений, центром формирования и распространения идей единства, межэтнического согласия, пропаганды казахстанского патриотизма, центром оказания финансово-методической помощи по поддержке приоритетных проектов, направленных на укрепление общественного согласия и национального единства, проведение культурно-массовых мероприятий [3]. В стране действует более 100 национальных школ, функционирует 170 воскресных школ, где изучаются 23 родных языка. В трех школах национального возрождения работают 29 отделений по изучению 12 родных языков. На финансовую поддержку этих школ Правительство страны выделяет ежегодно 12 млн. тенге. Кроме того, им оказывается помощь и из местного бюджета. В Казахстане издается 4 республиканских и 15 региональных национальных газет, работает 6 национальных театров (казахский, русский, немецкий, уйгурский, корейский и узбекский). Ежегодно выходит в свет несколько десятков новых книг на языках этнических групп. В стране стали традиционными ежегодные массовые народные праздники Наурыз, Масленица, Рождество.
Состояние приподнятого настроения от осознания окружающего взаимоуважения и толерантности омрачает лишь понимание того, что за каждой инициативой по укреплению мира и согласия стоит президент, являясь их личным гарантом. А гарантом должен быть закон.
Межэтнические конфликты: дилемма молчания
Межэтнические конфликты в современном Казахстане имеют долгую историю и происходят с определенной регулярностью. Первые межэтнические конфликты 1970-х и 1980-х годов были связаны с демографических бумом среди казахов, который резко усилил конкуренцию на рынке труда и жилья в республике между преимущественно сельскими этническими казахами и урбанизированным неказахским населением. Если первые конфликты имели антинемецкий (1979) или антирусский (1986) характер, то последние вспышки насилия (после 1992 года) были направлены в основном против представителей других азиатских и/или мусульманских меньшинств страны (курды, чеченцы, лезгины, аварцы, даргинцы, турки, уйгуры). Смещение этнической направленности связано с резким уменьшением доли и количества русских и немцев в стране после 1990 г. по причине их эмиграции и естественной убыли. В то же время азиатско-мусульманские меньшинства с большей терпимостью относятся к национальной политике страны, продолжая сохранять и даже увеличивать своё присутствие в регионах Казахстана, что приводит к усилению конкуренции с этническими казахами за различные ресурсы республики. Учитывая диспропорциональное представительство казахов в госструктурах Казахстана с 1960-х гг XX века, на межнациональные проблемы в республике фактически наложено табу, и обсуждать их, искать решения и делать выводы на основе случившегося на государственном уровне не принято.
Нежелание говорить об этом кроется, скорее всего, в субъективной невозможности изменить ситуацию. Национальные конфликты на юге страны возникают чаще всего по территориальному признаку: межреспубликанские границы между Казахстаном, Кыргызстаном, Узбекистаном и Таджикистаном неоднократно перекраивались «центром» в период с 1920 по 1970 годы   по доминирующему проценту этнической принадлежности населения» определенных районов, по тем или иным политическим мотивам, «историческому тяготению» к тем или иным центрам, а перемещения границ республики объясняли экономической, хозяйственной необходимостью. При этом некоторые районы несколько раз переходили из одной республики в другую. «Советский Союз — единая страна, а потому кому и чью территорию отдавать, решит Верховный Совет СССР», — чем не железный аргумент? Споры о правах на исторически сложившиеся территории не утихают до сегодняшнего дня.
Казахов, обратившихся к корням и стремящихся сохранить национальную идентичность, обвиняют в реваншизме. Русских, отстаивающих свое право говорить на русском и учить на русском своих детей, родившихся в Казахстане, корят в шовинизме. В казахстанском обществе давно сложились негласные правила совместного проживания и никто не хочет раскачивать национальный вопрос, несмотря на то, что молчание в данной проблеме – это знак согласия несогласных.
Что день грядущий нам готовит?
Однозначно не способствует и «миру во всем мире»  межконтинентальное противостояние России, Америки и Европы, имеющее целью изменить однополярное устройство мира. «США, теряющие статус «единственной глобальной сверхдержавы», стремятся к созданию очагов напряженности любого градуса, главное – поближе к границам России. В этом отношении Казахстан, имеющий громадную протяженность границ с РФ, мощную ресурсную базу и выгодную геополитическую позицию, с 1991 года является для Вашингтона предметом особого внимания» [4]. В этом отношении не может не радовать «мировых сценаристов» и тот факт, что казахи и русские являются основными этническими группами, проживающими на территории Казахстана, составляющие соответственно 65,5% и 21,5% от общей численности населения страны. Страшилки о «русском сепаратизме» и «империалистических амбициях»  России в отношении Северного Казахстана вполне себе подходящая угроза независимости суверенному Казахстану.
Между тем опасность возможного внутреннего вмешательства и провокаций представляет также деятельность террористических и экстремистских элементов. Особое место в ряду факторов, провоцирующих социальное недовольство, без которого терроризм лишается поддержки, занимает этноконфессиональный фактор. Обусловлено это тем, что в силу ряда исторических причин мусульманские общины региона тяготеют к отождествлению своей этнической и/или даже кланово-родовой принадлежности с религиозной. Масло в огонь подливает и официальная Москва: присоединение-аннексия Крыма к России, присутствие в той или иной степени в Донецке и Луганске, агрессивная риторика о защите жизни, прав и свобод соотечественников за рубежом. Информационную шумиху поднял ответ В. Путина московской студентке в августе прошлого года во время посещения молодежного форума на Селигере на вопрос «о росте националистических настроений в Казахстане, в частности на юге страны» [5]. Ответ был вычурен даже для Лидера наций – политическая компонента речи состояла в тезисе «об отсутствующей ранее казахской государственности, а  нынешний президент РК — ее создатель и оплот». Истолковать, разумеется, можно кому как «вкуснее» — неуклюжий реверанс российского лидера перед «наиболее близким стратегическим союзником и партнером» (Назарбаевым), либо как информационную диверсию, при помощи которой был бы  на некоторое время заблокирован или приостановлен вывод Евразийского союза на геополитическую арену в качестве нового игрока. Но нельзя не заметить главного – о национализме и его росте Путиным не было сказано ни слова.
А в начале сентября 2014 года в социальной сети «ВКонтакте» появляется группа «Северный Казахстан – это русская земля», публиковавшая призывы о включении некоторых областей Казахстана в состав России. «Северный Казахстан – экономико-географический регион, временно находящийся в составе Республики Казахстан. В настоящее время в него входят Северо-Казахстанская область, Костанайская область, Павлодарская область, Акмолинская область и столица страны – Астана. А также Восточно-Казахстанская область, Западно-Казахстанская область, северная часть Актюбинской области и северная часть Карагандинской области. Все эти земли должны быть возвращены России, так как, во-первых, это земли казаков, которые были отданы казахам при русофобской советской власти, во-вторых – в этих землях до сих пор доля русских велика, в-третьих, Казахстан не имеет на них никаких прав», – приводит газета «Курсив.Kz» позицию участников группы [6].  Проблемы, которые могут возникнуть из-за наличия обширной русской диаспоры на севере Казахстана, по мнению политолога Досыма Сатпаева, усилили «Антиевразийское движение», начатое при поддержке оппозиции и национал-патриотов. Если раньше критика концентрировалась, в основном, на недоработках рабочих групп Таможенного союза, ущербе от сильной взаимозависимости национальных экономик и валют, препятствиях экспорту казахстанской продукции на российский рынок, то в свете украинских событий все чаще говорят о потере независимости.
Вполне ожидаемой реакцией на происходящее стал первый судебный процесс в Казахстане за разжигание межнациональной розни в интернете. 23 января Алматинский городской суд обвинил Татьяну Шевцову-Валову в разжигании вражды к казахам, основному этносу страны. К слову сказать, Андрей Гришин, сотрудник Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности, комментируя состоявшийся судебный процесс подчеркнул, что казахи, равно как и русские, публикуют провокационные замечания в интернете. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочесть комментарии, следующие за любой новостью, затрагивающей темы со словом «национальный».
Многовекторная политика и привычное тонкое лавирование меж предельно обострившихся геополитических интересов в мире позволяет Казахстану сегодня соблюдать баланс между различными силами и противовесами внутри страны, но что будет завтра? А субъективно, кризис в экономике, девальвация 2014 года, инфляция, сокращение бюджетных программ, безработица, с большой долей вероятности могут стать если не причиной, то уж точно следствием социальных конфликтов очагом межэтнической напряженности. Поживем — увидим?
Делай с нами, делай как мы, делай лучше нас
Мировой опыт показывает, что в мире есть два вида конфликтов, которые очень легко затеять и очень тяжело остановить —  это межэтнический конфликт и религиозный конфликт. Основополагающее значение для международного подхода к проблемам межнациональных отношений имела Хартия, принятая на конференции глав государств и правительств стран — членов СБСЕ /ОБСЕ в ноябре 1990 года в Париже (Парижская хартия). В ней в самой решительной форме провозглашалось, что этническая, культурная, языковая и религиозная самобытность национальных меньшинств будет защищена и что лица, принадлежащие к этим меньшинствам, имеют право выражать, сохранять и развивать эту самобытность без какой-либо дискриминации и при полном равенстве перед законом. На очередной сессии Конференции по человеческому измерению, проходившей в Москве в сентябре- октябре 1991 года, был создан новый специальный инструмент международного посредничества: миссии экспертов, направляемых по приглашению или с согласия соответствующих государств, и миссии наблюдателей, которые могут быть посланы в страны, в которых возникает конфликтная ситуация, даже без учета мнения местных властей. В перечень компетенций этих миссий были включены защита и расширение прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам.
Казахстан стал государством-участником ОБСЕ в 1992 году, а в 2010 году страна выполняла полномочия председателя ОБСЕ. «Казахстан рассматривает человеческое измерение как ключевую тему для Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, заявил действующий председатель ОБСЕ, государственный секретарь-министр иностранных дел Казахстана Канат Саудабаев на специальном заседании Постоянного совета ОБСЕ. Официальные источники, подводя итоги этой «исторической миссии», единодушно расценивают как безусловный успех, в первую очередь связанный со своей внутренней политикой по обеспечению гражданского мира, межэтнического и межконфессионального согласия. Однако, менее оптимистична в оценках казахстанская оппозиция и многие западные эксперты, которые считают, что Казахстан на посту председателя ОБСЕ ничем себя не проявил. В целом, заявила немецкий эксперт по Центральной Азии Беате Эшмент, «от Казахстана ожидали, что власти республики проведут за этот год внутренние реформы. Но не было принято ни одного закона, который способствовал бы становлению демократии либо улучшил ситуацию с правами человека в стране»[7]. А в кратком обзоре выполнения Национального плана действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2009 – 2012 годы  «по третьей корзине» независимая экспертная оценка, осуществлённая авторами Итогового обзора,  констатировала, что в Казахстане ситуация ухудшилась и в части реализации права на свободу объединений, права на свободу совести и религии, права на свободу мирных собраний, права на свободу слова и права на участие в управлении своей страной через выборы [8].
Почему мы об этом вспоминаем? Потому, что специалисты знают, межэтнических конфликтов «в чистом виде» не существует. Подобные конфликты, являясь, по сути, социальным конфликтом, неизбежно затрагивают различные сферы общественной жизни. Мощным катализатором для их развития   является политизация национальных интересов, перекрещивание национального и государственного. Логично предположить, что пока на государственном уровне не будет проводиться всесторонне взвешенная, продуманная и поступательная национальная политика, никакие усилия национал – патриотических образований и отдельных граждан-энтузиастов не смогут предотвратить межэтническую напряженность в обществе.
До 2020 года в рамках реализации долгосрочного приоритета Стратегии «Казахстан – 2030» по обеспечению внутриполитической стабильности и консолидации общества «будет продолжена работа по предупреждению этнических и религиозных разногласий, укреплению единства народа Казахстана, основанного на равенстве возможностей для всех граждан республики. Главным инструментом процесса консолидации казахстанского общества станет Доктрина национального единства Казахстана» [9]. А равенство и определяется равными правами на свободу объединений, свободу совести и религии, свободу мирных собраний, свободу слова и правом на участие в управлении своей страной.

[1].Электронный журнал «edu.e-history.kz» http://e-history.kz/ru/contents/view/1269
© e-history.kz
[2].«Национальная альтернатива», «Эксперт Казахстан» № 4 от 1.02. 2010
[3].strategy2050.kz «www.strategy2050.kz»
[4].«Казахстан: укро-майданная гниль» «Русские в Казахстане» информационный портал, 12 июня 2015 г.
[5].«Взгляд» Деловая газета, 1 сентября 2014 г.
[7].«Новая» — Казахстан» №40, 2010 г.
[8].Казахстанское бюро по правам человека http://www.bureau.kz/monitoring/nacionalnyi_plan_deistvii_rk_po_pravam_cheloveka/article_7618
[9].«Стратегический план развития Республики Казахстан до 2020 

Ольга Буглакова, независимый журналист 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции CABAR

 

Последнее

Популярное