Статьи IWPR по ЦА Кыргызстан

Кыргызстан: Вернувшиеся из Сирии жалуются на притеснения

15.04.2015

Эксперты говорят о необходимости психологической реабилитации граждан, вернувшихся из зоны боевых действий, но пока властями ведется только контроль, который иногда сопровождается давлением.


www.iwpr.net Эрнист Нурматов

Поскольку правительство Кыргызстана обеспокоено людьми, возвращающимися из Сирии и воевавших там на стороне исламских боевиков, оно пытается применить более уточненный подход к тем, кто не подозревается в противоправных действиях.

Власти Кыргызстана заявляют, что около 200 их граждан, в том числе около 20 женщин, уехали в Сирию. Старшее должностное лицо министерства внутренних дел в начале февраля процитировало более высокую цифру – 300 – объявив, что 22 человека было убито во время боевых действий в Сирии.

Милиция задержала 44 человека, вернувшихся в Кыргызстан, и восемь были осуждены за участие в боевой подготовке, организацию терактов или распространение исламских экстремистских идей. Имам Кара-Суйской мечети на юге Кыргызстана Рашот Камалов был задержан в январе и обвинен в подстрекательстве людей на борьбу за Исламское Государство.

Правительство обеспокоено тем, что некоторые из тех, кто возвращается домой, имеют целью завербовать новых бойцов для Исламского Государства или других сирийских фракций боевиков. (См.Как кыргызстанские женщины попадают в Сирию и Исламское Государство – угроза Центральной Азии? )

По словам Рахата Сулайманова, пресс-секретаря разведывательной службы Кыргызстана, Государственного комитета национальной безопасности  (ГКНБ), «те, кто вернулся с конкретным заданием, кто вербует других и хочет организовать теракты, действительно представляют угрозу».

Сулайманов дал понять, что любой, кто может доказать, что не принимал участие в боевых действиях, будет отпущен.

«Некоторые из тех, кто вернулся, признали, что совершили ошибку. Они уехали неожиданно, и [по возвращении] они быстро вернулись к обычной жизни, к работе. Они не представляют большую угрозу».

«Помимо наших сотрудников, местные правоохранительные органы и местные власти получили указание наблюдать за их действиями и сообщать нам о любых происшествиях», —  добавил он.

Рафик Мамбеталиев, начальник управления по борьбе с организованной преступностью МВД, говорит, что большинству женщин, направляющихся в Сирию, говорят, что они будут участвовать в программах помощи, но затем их принуждают выходить замуж за боевиков. Если они становятся вдовами, они вновь выходят замуж за другого боевика.

Одна женщина, которая побывала в Сирии, 21-летняя студентка-медик из Оша, пожелавшая остаться неизвестной, рассказала IWPR, что этот опыт травмировал ее.

Ее братья предложили ей посещать мечеть и следовать проповедям имама.

«Он оказался учителем, имеющим дар убеждения. Я начала слушать его все больше. Он говорил, что наши братья-мусульмане страдают в Сирии и нуждаются в помощи. Я заинтересовалась и решила предложить свою помощь, — говорит она. — Нас забрали в Сирию через Турцию и сказали, что им  нужен медицинский персонал».

После приезда она обнаружила совершенно другую ситуацию, отличающуюся от ее ожиданий.

«Там, где я была, мне не довелось увидеть раненых. Я полгода провела там. Я не хочу говорить о том, что я там делала. Но я поняла, что совершила ошибку и попросила знакомого вернуть меня домой», — говорит она.

Только ее близкие знают о ее поездке, и о своей жизни в Сирии она рассказала только своей матери.

«Что бы ни говорили о том, за что они выступают, я не поддерживаю Исламское Государство. В то же время я не могу сказать ни плохого, ни хорошего о Сирии, поскольку сейчас я далека от всего этого. Я просто хочу быть обычной мусульманкой. Я все еще мучаюсь из-за того, что поехала туда», — говорит она.

По словам НПО в Кыргызстане, правительство должно найти баланс и не допускать преследования людей, так как это может их радикализировать.

Изатулла Рахматуллаев, руководитель НПО «Закон и порядок» в Оше, говорит, что в одном районе, Кызык Кыстак, 36 человек уехали в Сирию. Он знает о трех, которые вернулись.

«Мы предлагали поддержку тем, кого обманом заставили поехать в Сирию, а затем вернулись в свои села. Мы осторожно подошли к одному из них, спросили, как у него дела, и предложили ему психологическую помощь, чтобы он смог повторно интегрировать в сообщество», — говорит он.

«Он признал, что совершил ошибку, заплакал и пообещал, что никогда не будет участвовать в подобных вещах. Но правоохранительные органы бесконечно допрашивали его, угрожали ему и вымогали деньги. Они довели его до безумия, — продолжил он. — Сейчас он стал замкнутым и перестал общаться с нами. Он не выходит и сидит постоянно дома».

Двое других, вернувшихся домой, уехали в Россию.

«Наше общество их не приняло. Их соседи и знакомые относились к ним с подозрением, где бы они ни находились. Некоторые называли их террористами и киллерами. Они чувствовали себя некомфортно из-за такого отношения и уехали», — говорит Рахматуллаев.

Акчач Джолдошева, директор центра «Гендер и психологическая помощь» в Оше, согласна с тем, что людям, вернувшимся из Сирии, не предоставляется помощь. По ее словам, для правоохранительных органов, их первого контактного лица, важно относиться к ним с деликатностью.

На сегодняшний день, говорит она, «власти не принимают активного участия в работе с ними, и иногда даже отпугивают их своими жесткими методами и допросами».

«Они нуждаются, как минимум, в годичной психологической реабилитации, которая освободит их от идеологической обработки и пропаганды, которой они подверглись в Сирии, — говорит она. – Также важно объяснить соседям и другим членам общества, чтобы они не прогоняли их, не обзывали их и не были к ним враждебны».

«Это повсеместный феномен – если группа отвергает тебя, у тебя развивается отрицательное отношение к ней, и ты хочешь отомстить или поставить точку», — говорит она.

Эксперт по делам религии Самаган Мырзаибраимов согласен с тем, что маргинализированные люди наиболее подвержены стать угрозой безопасности.

«Для людей, подвергнувшихся мощной пропаганде и обучению в среде Исламского Государства, нелегко просто вернуться к своей старой жизни, — добавил он. – Правоохранительные органы не должны отпускать их сразу, не направив их в программу психологической реабилитации…Это может быть психологический центр от ГКНБ или другой кризисный центр».

Жакып Зулпуев, сотрудник отдела внутренних дел Ошской области, подтвердил, что правоохранительные органы осуществляют контроль за людьми, побывавшими в Сирии, но не подозреваемыми в преступлениях. Он отрицает, что сотрудники правоохранительных органов плохо с ними обращаются.

«Мы зарегистрировали каждого, кто был в Сирии и вернулся, — говорит он. – Никто их не преследует, и никто не вымогает у них деньги. Но в то же время мы можем иногда попросить их прийти на допрос по разным вопросам. Помимо этого, в наших интересах обеспечить им возвращение к нормальной жизни. Мы работаем через органы местного самоуправления, чтобы помочь им повторно адаптироваться».

Эрнист Нурматов – корреспондент кыргызской службы RFE/RL, базирующийся на юге Кыргызстана

Последнее

Популярное