События бюро / Кыргызстан

IWPR Kyrgyzstan: Стенограмма круглого стола «Система электронных госзакупок: оценка причин коррупции»

10.05.2016

21 апреля 2016 года в Представительстве IWPR в Кыргызстане прошел круглый стол на тему: «Система электронных госзакупок: оценка причин коррупции».

Модератор: Мээрим Шамудинова, программный менеджер IWPR

Список участников:

Абдракманова Айжан, эксперт АДС КР

Алыбаев Таалай, ответственный секретарь общественного совета Гос. инспекции по экологической и технической безопасности КР

Арзиева Айгуль, член общественного совета Министерства социального развития КР

Даникеев Улан, директор Департамента государственных закупок при Министерстве финансов КР

Койчуманова Чолпон, председатель общественного совета при Государственной службы миграции при ПКР

Куватова Жылдыз, программный менеджер Интерньюс

Кулумбетов Жаныбек, сотрудник фонда «Юнисон»

Кумушбеков Нурдин, специалист по муниципальной службе Института политики развития

Мадалбекова Жамила, представитель Гражданского альянса за улучшение питания и продовольственную безопасность

Мамараимов Абдумомун, главный редактор Портала «VOF.kg»

Муканбетов Данияр, руководитель ОФ «Содействие экономическому развитию и образованию»

Муканова Нурипа, генеральный секретарь АДС КР, Председатель ООГО против коррупции

Мээрим Асаналы, радиоредактор IWPR

Ногойбаева Жылдыз, сотрудник Министерства финансов КР

Советов Кылычбек, главный специалист управления экономики, финансов и внутреннего аудита Министерства транспорта и коммуникаций КР

Сыдыкова Гулбара, член Совета АДС КР

Токтосунов Нурбек, сотрудник Министерства финансов КР

Туркунбаева Айгерим, сотрудник Министерства социального развития КР

Шаабаев Кубанычбек, сотрудник Гос. инспекции по экологической и технической безопасности КР

 СМИ:

Галкина Рада, журналист

Карымшакова Чолпон, журналист, ЭЛТР

Капушенко Анна, Kloop.kg

Тукеев  Бактияр, журналист, ОТРК

 Модератор определила формат работы круглого стола, регламент и познакомила участников.

Нурипа Муканова, генеральный секретарь АДС КР, председатель ООГО против коррупции: Спасибо большое за предоставленную возможность обсудить эту тему вместе с госорганами, общественными советами, гражданским сектором, и СМИ. Как признало правительство, проведенный нами анализ качественный, ранее такого анализа именно по системе электронных государственных закупок не было.

Презентация анализа АДС КР: «Система электронных госзакупок: оценка причин коррупции»

Для чего создавалась система электронных госзакупок? Эта система создается везде. В Казахстане с 2008 года, в других странах она тоже есть. Она создается, во-первых, для того, чтобы обеспечить экономичность и эффективность использования государственных средств, способствовать увеличению прозрачности, и для того, чтобы у общественности была возможность отслеживать весь процесс проведения тендеров, потому что согласно закону, закупающие организации должны размещать абсолютно все документы, касающиеся госзакупки, от первого до последнего 9го этапа.

Благодаря существованию этого портала электронных госзакупок, стал возможным мониторинг системы электронных госзакупок в режиме онлайн. Это очень большое достижение. Фактически ранее мы никак не могли отследить, что происходит в системе государственных закупок, т.е. надо было просто идти в организацию, там сидеть, а сейчас есть вот такая большая возможность. Мы можем увидеть сколько опубликовано на сайте объявлений, на какую сумму, сколько проведено через электронные торги, на какую сумму было закуплено товаров и услуг. То есть у нас есть цифры, и именно эти цифры дает как раз этот электронный портал.

Сайт заработал в начале 2015 года. За этот год вы видите сколько было зарегистрировано закупающих организаций, всего 42%. То есть работа в этом направлении должна и дальше вестись. В соответствии с законом их должно быть 100%.

Портал обеспечивает также и жалобы, здесь есть список ненадежных поставщиков. Единственное, на что я должна обратить внимание, посмотрите какая огромная цифра. То есть 40% от общих расходов идет на государственные закупки. Это колоссальные цифры.

Сегодня я хотела бы остановиться вот на чем. Согласно статье 11 Закона КР О госзакупках, система электронных государственных закупок состоит из 9 этапов. В целях мониторинга мы разделили эти 9 этапов на 3 основных комплексных мероприятия. Мы рассматривали процесс электронных госзакупок через процесс планирования, проведения комплексных мероприятий и исполнения обязательств по закупкам.

На сегодняшний день согласно законодательства все закупки у нас децентрализованы. То есть государственные органы все закупки проводят сами. Единственным координирующим органом является Департамент по государственным закупкам при Министерстве финансов.

На сегодняшний день, так как портал запущен только в 2015 году, есть еще проблемы, которые надо решать. Это, то что мы не можем пока посмотреть всю информацию, необходимую для полного мониторинга.

Например, по этапу планирования госзакупки, электронный портал предоставляет только 40% информации. По мониторингу этапа проведения процедуры госзакупки он предоставляет 55% требуемой информации.

Этап по исполнению обязательств по госзакупке можно получить только по 4 показателям, что составляет всего 26,7% требуемой информации. Всю остальную информацию необходимо запрашивать в государственном органе, что является очень большой проблемой на сегодняшний день. Мы обсуждали это на конференции и пришли к выводу, что сам портал нужно дорабатывать, потому что самое главное, чего мы не можем найти на портале – это исполнение обязательств по заключенным договорам. Именно здесь «зарыта вся собака».

Когда мы проводили мониторинг по каждому этапу, для нас всегда было важно мнение мониторщика. Здесь мы даем кейсы, о которых члены мониторинговой группы скажут чуть позже. Я хотела бы сказать, что мы смотрели все эти кейсы с точки зрения соответствия исполнения закона КР О государственных закупках. Фактически, в соответствии с законом, в каждом государственном органе должны быть сертифицированные специалисты. На данный момент их количество составляет 1250, но проблема в том, что текучесть этих кадров очень большая.

В соответствии с законом на каждом тендере должен быть представлен один квалифицированный специалист от государственного органа. Это на сегодняшний день не соблюдается.

Что касается кейса по Министерству экономики. Говорилось о том, что необходимо на начало года всем государственным органам и закупающим организациям на портал выставлять свои планы и осуществлять закупки в соответствии с ними. В течение года, если есть какие-то изменения в плане, их тоже надо выставлять на портал со ссылкой на документ, согласно которому они вносятся.

Я хотела бы обратить внимание на Фонд управления госимуществом. Имеется всего 4 сертифицированных специалиста, а в 2015 году в один день было проведено 6 конкурсов, в другой день – 9, что уже является нарушением законодательства.

То же самое управление госимуществом (на слайде), особое мнение мониторщика: на 7 млн. сомов было проведено через портал, и на такую же сумму 7 млн. сомов тендеры были проведены минуя электронный портал.

Вы знаете, что согласно закону, который вступил в силу в апреле 2015 года, абсолютно все государственные закупки должны проходить через портал по госзакупкам. В противном случае это является нарушением законодательства.

Что касается примера министерства экономики на других государственных органах, мы выявили, что фактически 30% всех госзакупок проводятся через заключение прямого договора, т.е. выбирается один поставщик и с ним заключается договор. Этот метод закупки считается непрозрачным.

Есть очень много нарушений именно в проведении процедур госзакупки. Мы все эти случаи выписали. Потом организаторы круглого стола могут предоставить их вам либо в бумажном виде, либо на электронном носителе. В общем, государственные органы делают все возможное, чтобы перейти на метод заключения прямого договора. В законе же четко прописано, что, если проводятся два конкурса, они считаются несостоявшимися. Только обосновав причину можно переходить на метод прямого заключения договора. Здесь закон тоже очень сильно нарушается.

Если мы посмотрим по ценам, на портале, к сожаленью, нет анализа цен на товары и работы. Это пробел, который необходимо устранять. Когда мы смотрим какая цена была на этапе планирования и когда уже заключался договор (там, где это было возможно посмотреть), мы видим, что были большие отклонения между запланированной и фактической ценой. С одной стороны, это говорит о том, что есть экономия средств, это плюс. Но с другой стороны мы увидели, что уже закладывается сумма откатов и это все достаточно хорошо демонстрирует.

Мы не смогли охватить все 45 или 60 госорганов, потому что желающих принять участие в мониторинге сначала было 15 человек, потом нас осталось 9 человек. Эта работа, которая требует достаточно много внимания и сил и т.д. Когда мы оценивали эффективность государственных органов, мы оценивали с точки зрения исполнения закона. И, к сожалению, вы видите красным отмечено, наш вердикт к концу анализа был такой – госорган не полностью исполняет требование закона. И второе – госорган исполняет, но со значительными нарушениями требований закона.

Очень важным компонентом портала, как я уже сказала, является жалобы и споры. Согласно закону они должны разрешаться с участием широкой общественности. Сегодня мы хотим констатировать, что данный механизм не работает. Если бы мы видели, какие конкретно меры предпринимаются по жалобам и спорам, мы бы могли конкретно сказать, какой есть потенциал и возможность для улучшения. Сегодня, к сожаленью, со стороны правоохранительных органов было сказано о том, что самый большой процент количества возбуждаемых дел имеет место быть именно в системе государственных закупок.

Этот пробел нужно устранять, потому что если так и дальше будет продолжаться, то просто не будет таких специалистов, которые хотели бы заниматься вопросами госзакупок. Одним из механизмов устранения данного пробела является обеспечение прозрачности при рассмотрении жалоб и споров, т.е. какие решения принимаются со стороны государственных органов.

Сам портал хороший, но как я уже сказала, есть некоторые недоработки. Невозможно отследить все этапы по одному тендеру от начала до конца, т.е. невозможно отследить выполнение всех процедур, включая предложения всех участников конкурса, невозможно увидеть все недочеты. Самое главное — нет исполнения взятых на себя обязательств. Над этим надо будет работать, и департаменту, и госорганам.

Я уже об этом говорила. Опять-таки если бы мы видели мотивированное решение комиссии, можно было бы делать оценку о наличии механизмов и рычагов устранения коррупционных рисков в системе государственных закупок. Но так как на сегодняшний день нет мотивированного решения комиссии, то мы говорим о том, что коррупционные риски здесь сохраняются.

Таалай Алыбаев, ответственный секретарь общественного совета Гос. инспекции по экологической и технической безопасности КР: Сегодняшний вопрос, который поставлен на повестку дня по электронным госзакупкам, как ранее уже говорилось, является существенным фактором развития нашего государства. А именно в искоренении коррупции в системе государственных закупок. Целью настоящего закона было как раз обеспечение экономичности, прозрачности, и в то же время эффективного использования государственных средств.

В мониторинговой группе, в которой я участвовал в качестве члена, проводилась работа на основании разработанных мониторинговой группой структур госзакупок.

Вот — это мониторинговый лист по закупкам очень наглядный, где вмещаются все этапы электронных госзакупок. Мониторщик имеет такой наглядный материал, где он отвечает на вопросы «+/-». В рамках данного мероприятия мы не охватили весь спектр госзакупок, которые охватываются в госэкотехинспекции.

Мной был проведен анализ трех закупок, на основании чего можно сказать следующее. Госинспекция по экологической и технической безопасности при правительстве КР одной из первых перешла на портал электронных госзакупок, начиная со 2 квартала 2014 года. За 2014 год по электронным закупкам проведено 4 конкурса на выделенную суму 8 552 250 сом, сэкономлено 830 900 сом. За 2015 год разными методами проведено 15 конкурсов на выделенную сумму 39 981 238 сом 4 536 612. Как вы видите, уважаемые участники, достаточно большая сумма выделяется именно на электронные закупки.

Теперь, что касается итогов проведения мониторинга госэкотехинспекции. Естественно, согласно закона О государственных закупках в каждом госоргане должен быть отдел закупок, однако пока у нас такой отдел не создан. Закупки осуществляли 2 сертифицированных специалиста, сейчас остался только один. Трудность заключается в том, что государство недостаточно обучило этих специалистов. Их нужно обучать очень тщательным образом, чтобы они знали все нюансы электронных госзакупок.

Что касается портала, то эти специалисты жалуются на то, что интерфейс несовершенен, там нельзя наглядно все это просмотреть. Об этом Нурипа Алиевна уже сказала. Неудобный интерфейс для пользователей, информацию нужно искать на разных страницах, нет возможности увидеть всю историю тендера на одной странице от начала до конца. Сайт не содержит раздел, где можно увидеть коммерческие предложения всех участников тендера, что позволило бы всем участникам изучить и после объявления тендера своих конкурентов оспаривать несправедливые решения тендерной комиссии. То есть портал хотя он сейчас обеспечивает все электронные госзакупки, нужно модернизировать его с учетом требований дня.

В ходе мониторинга при опросе и беседе со специалистами было выявлено, что все финансовые средства выделяются Министерством финансов, к сожаленью, на конец года, что усложняет процедуру электронных госзакупок. В связи с тем, что портал не выдерживает таких нагрузок, сервера очень слабые и поэтому специалисты вынуждены сверхурочно заниматься вводом данных на этот портал, который иногда зависает. Поэтому разработчикам портала есть предложения с учетом рекомендаций, которые были высказаны ранее, улучшить этот портал.

Что касается коррупционных проявлений со стороны закупающих организаций, со стороны поставщиков, мы в ходе мониторинга, в частности я не смог это увидеть в связи с тем, что для этого нужно было определенное время. Но именно исходя из последней информации, которая была освещена в прессе по Минтрансу, можно заключить, что имеется возможность сговора между закупающими организациями и поставщиками. Поэтому этот пробел мы тоже должны каким-то образом исправить.

Айгуль Арзиева, член общественного совета Министерства социального развития КР: Предыдущие ораторы все болевые и проблемные точки уже озвучили. Те мониторинги, которые мы проводили показывают одни и те же проблемы. Я единственное хочу сказать, что мы мониторили Министерство социального развития. Члены нашего общественного совета тоже выявили определенные недостатки. Спасибо Данияру за то, что перед тем как начать мониторинг, нас собирали, обучали, проводили тренинг о том, как это правильно делать. Странно то, что в нашем министерстве не было специалиста и специального отдела. Мне кажется, это роль любого министерства. У нас говорят — доведите, достучитесь, где это можно решить, т.е. отсутствие сертифицированного специалиста.

Когда мы беседовали с представителем этого общественно совета, это все возложено на одного человека. Представляете, один общий отдел, там столько бумаги. И она естественно физически не в состоянии с этим справится. Тем не менее мы тоже взяли три закупки, провели мониторинг, выявили некоторые недостатки.

Например, то, что члены комиссии на момент мониторинга, по приказу министра двое-трое находятся в отпуске. Зачем тогда эту комиссию создавать. Потом мы подумали, что представители общественного совета должны присутствовать хотя бы в качестве наблюдателя. Этого мы не увидели. Потом одна и та же комиссия решает проблемы всех закупок. Хотя, по-моему, комиссия должная быть отдельная на каждую закупку.

Что касается коррупции, как говорится, «пока за хвост не поймаешь – ничего не докажешь». Поэтому мы промониторили путевку на курортно-санаторные лечения. Там запрашивалась сумма на 4 млн, а контракт вышел почти на 5 млн, т.е. 4 896 000 сом. Такие вопросы нас тоже конечно взволновали. Но когда мы с председателем нашего общественного совета все замечания в виде справки-письма отправили министру лично, прождали эти две недели, как положено по закону, ответа мы никакого не получили. Не было никакой реакции. То, что мы выявили, показали Данияру и вам отправили.

Вопрос возникает, кого это интересует больше, и кому это больше нужно. На всех наших семинарах и тренингах по электронным госзакупкам мы ни разу не видели представителей министерств, хотя им были отправлены письма. То есть получается, одна сторона играет – другая игнорирует. Я думаю, чтобы эта проблема была решена, нужно чтобы у министерств было желание обучить своих специалистов.

Хотя вот в кулуарах возник такой вопрос, что на обучении был такой представитель министерства, он прошел все тренинги и когда должен был получать сертификат, министерство не выделило на это сумму. И теперь он, хоть и обучался, идет как несертифицированный специалист. Есть роль министерства, которую они должны выполнять и у нас есть роль мониторщиков, и мы эту работу довели до конца. Я думаю, что этот процесс только начинается. И оптимистично мы надеемся, что в будущем будет какая-то помощь именно самому министерству.

Чолпон Койчуманова, председатель общественного совета при Государственной службы миграции при ПКР: Я не буду повторяться, потому что Нурипа Алиевна конкретно указала на основные причины по электронным госзакупкам. Если говорить о мониторинге, который проводил конкретно наш Общественный совет при Госслужбе миграции, труда и молодежи, у нас конечно была, наверное, самая плачевная ситуация. Нас включили в состав комиссии в качестве наблюдателей, проведя мониторинг. Когда мы начали работу, там речь шла о покупке гуманитарной помощи беженцам, афганским кыргызам. Речь шла примерно о 10 млн сомов. Это был шокирующий момент, когда мы пришли в качестве наблюдателей. До этого мы хотели посмотреть на портале, как это все происходит и т.д., но мы заметили, что минтруда там не зарегистрировано. Мы подумали, что так быть не может, что это, наверное, наша вина.

Позже выяснилось, что действительно Министерство миграции, труда и молодежи за время своего существования не были зарегистрированы в электронных государственных закупках. То есть свои закупки они проводили старым методом – сидят в кабинете и 5-6 человек решают, у кого закупать куртки, у кого закупать муку. На тот момент у нас, конечно, появилась куча вопросов, почему так, где отдел, где сертифицированный сотрудник. Они в тот момент от нас узнали, что оказывается должен быть сертифицированный сотрудник, об отделе и речи не шло. Это была шокирующая новость.

Получается, все это время минтруда проводили госзакупки вне рамок закона, они абсолютно не были зарегистрированы. И речь шла о 10 млн сомах, это не такая уж маленькая сумма. Была неприятная ситуация. Был срыв этого заседания. Мы написали письмо в антикоррупционную политику в Аппарат правительства, написали письмо министру. Через 2-3 недели мы получили от него ответ, что теперь они зарегистрированы на портале и один сотрудник у них был направлен на обучение.

Дело даже не в том, что они так это проводят, дело в том, куда смотрят те органы, которые должны контролировать их. Я просто не могу понять, как можно допустить такое, что Министерство миграции, труда и молодежи может так работать.

Я считаю, тут вина в халатности руководства, и в то же время, это вина тех, кто должен нести за это ответственность. На прошлой встрече, когда присутствовал Тилек Саякбаев, заведующий отдела по антикоррупционной политики, я поднимала этот вопрос и он сказал, что за это должен отвечать департамент. Но это не снимает ответственности и с правительства, потому что департамент — это же не отдельная частная организация, которая не имеет никакого отношения к правительству, то есть все друг другу подотчетны.

Мы часто говорим о неэффективности распределения бюджетных средств. Вот основная проблема. Когда мы говорим о том, почему нет соцобеспечения у граждан, говорят, что в бюджете нет денег. В бюджете есть деньги. Их просто неэффективно распределяют. И основной момент заключается в этих электронных госзакупках. Я могу говорить о множестве проблем, которые есть на этом портале и о тех коррупционных схемах, которые по сей день существуют, когда проводят электронные госзакупки. На сегодняшний день мы являемся общественным советом при министерстве труда и миграции и по сей день, когда мы были на встрече, нам говорили, что мы зарегистрированы, но у них еще нет сертифицированного сотрудника. То есть опять на те же грабли. Никак это не действует.

И мне бы хотелось обратиться к членам правительства, членам департамента. Я думаю, что какие бы новшества сейчас ни придумывали, проблема решится только тогда, когда люди, занимающие высокие государственные должности начнут думать об интересах народа, а не о своем личном благе. Только тогда будет какой-то порядок. А пока, мое мнение, оно будет висеть вот с такими проблемами. Только вот общественные советы, гражданский сектор мы будем поднимать эти вопросы, говорить, но будет ли толк, зависит уже от представителей государственных органов.

Мээрим Шамудинова: Спасибо за Ваши выступления. Я думаю, как раз на этой ноте мы можем перейти к обсуждению.

Улан Даникеев, директор Департамента государственных закупок при Министерстве финансов КР: Мы достаточно плотно работаем и с гражданским обществом, и непосредственно со СМИ, которым мы предоставляем ту или иную информацию.

Определить проблему – это один вопрос, выработать как эту проблему решить – это, наверное, наиболее серьезный и наиболее интересный момент. Я бы не хотел сейчас составлять полный отчет, что мы сделали, что не сделали и т.д. Вы и так это все знаете. Мы довольно часто выступаем в печати, часто даем интервью. Это никому неинтересно.

Я бы хотел остановиться на тех проблемах, которые у нас есть и будем решать их вместе с вами. То, что мы сегодня этот вопрос обсуждаем, это уже хорошо.

Для меня всегда стоял такой вопрос. Если по госбюджету проблему выявили, то мы меняемся. Нас критикуют. Поверьте, критику мы получаем колоссальную. Например, вчера две женщины с Таласа приехали, одна была с айыл окмоту. Мы провели с ней полтора часа. Мы говорили о школе, которая строится на территории их айыл окмоту. И вот не включили в тендерную комиссию представителей школ, общественности и т.д. а это очень правильный вопрос. Нашим детям потом там учиться, нам потом эту школу содержать. Что выясняется?

 Начнем с конца. Вот наш разговор приходит к тому, что я говорю, вы знаете в законе нет такого, что нужно в комиссию включать общественность. Я для себя делаю вывод, что значит, надо в закон включить в обязательном порядке участие, если это министерство, то членов общественного совета, например. Если речь идет о строительстве каких-либо объектов, то включение членов МСУ, т.е. чтобы контроль был и со стороны гражданского общества. На таких встречах сразу и вырабатываются предложения, что делать и как из этой ситуации выходить.

На самом деле проблема есть, потому что возможно, по внутренней договоренности руководства этой школы не включили в комиссию МСУ.

Сейчас идет разработка предложений по внесению изменений в Закон и этот вопрос, по крайней мере я, буду включать туда. Более того, забегая вперед, уважаемые коллеги, если у вас есть какие-то предложения именно на уровне закона если нужно что-то менять, это должно выноситься. Закон вступил в силу 14 мая прошлого года. То есть еще нет и года его работы, но надо уже в него вносить изменения. Все ваши предложения будут рассмотрены. Насколько это эффективно и насколько это неэффективно. Насколько это нужно предусмотреть в законе или в подзаконных актах.

Возвращаясь к началу, мы подвергаемся жесточайшей критике со всех сторон — со стороны правительства, т.е. нарекания, что мы не дорабатываем в том или ином моменте, вчера в министерстве финансов тоже подверглись критике и т.д. Но я всем своим говорю, что критика — это хорошо, потому что она возникает только тогда, когда есть работа. По крайней мере, я всегда воспринимаю критику позитивно с точки зрения, что надо изменять в законе, работе и т.д., чтобы эту критику исключить и ее не было.

И теперь я бы хотел пройтись по некоторым моментам, о которых говорили спикеры. Очень много вопросов было по части электронного портала. Электронный портал закончил свою работу как проект Азиатского банка развития. И с 1 апреля он начала работу уже как государственный портал. Его техническое обеспечение, его модернизация ложится на госучреждение при министерстве финансов. Наш департамент корректирует работу данного портала с точки зрения разработки новых модулей, программ и т.д.

По техническому заданию, которое было на портал, мы должны были видеть 120 видов отчета. То есть, например, мы хотим узнать сколько куплено воды, нажимаем «вода» и он нам полностью выдает, кто закупает, по какой цене, где и в какой период. Этот процесс сейчас идет, поверьте мне, он достаточно трудоемкий. Я надеюсь, к концу года все недоработки, о которых говорилось в том числе, будут доведены до конца.

То, что мы сделали этот портал, буду с вами абсолютно откровенен, далось нам с большим трудом. Было очень много критики, что портал делать рано, что давайте подождем. Но так сложилось, что на тот момент была политическая воля со стороны правительства, были деньги, которые выделил АБР, и было наше желание это сделать. Повторюсь, было очень много критики, говорили, подожди, не спеши, давай потихоньку пойдем. Иногда есть вещи, когда надо идти эволюционным путем, ускоренными темпами. Если мы начинаем где-то тормозить, то останавливается целый процесс. И вот было предложение, и мы добились того, что с 2015 года все госзакупки производятся непосредственно на электронном портале.

Я позже вернусь к замечаниям по поводу регистрации. Нам удалось сделать этот портал. Теперь будет усовершенствоваться модуль, отчетность, аналитика. Я надеюсь, что у нас это дальше получится.

В части работы комиссии по рассмотрению жалоб и протестов. Поступило предложение, что она не совсем эффективно работает. Вы знаете, что в соответствии с законом, создана межведомственная независимая комиссия. Мы направляли письма всем министерствам и ведомствам, общественным организациям о том, что мы набираем людей. На сегодняшний день комиссия создана в составе 9 человек. На портале есть информация о том, кто является членами этой комиссии. Вышло в газете, вышло на Акипрессе о том, какая работа по этому поводу ведется. Они заседают два раза в неделю, вторник, четверг и рассматривают все жалобы. Сейчас рассматривается вопрос о том, каким образом они будут выставлять на портал решение этой комиссии. Об этом вы можете узнать у нас в департаменте.

Департамент в данном случае выступает лишь рабочим органом этой комиссии, так как он является всего лишь компонентом всего этого процесса закупок, чтобы не влиять на решение комиссии. Если вас интересует более детальная информация, т.е. сколько вопросов и какие были рассмотрены, то по итогам 9 месяцев скоро мы будем предоставлять отчет с этими данными.

Мне понравился ваш вопрос о том, кто должен контролировать эти вопросы по регистрации, по проведению тендеров и т.д. Я с вами абсолютно согласен и ни в коем разе не хочу уйти от ответственности. Согласно положению о департаменте одним из наших полномочий является координация и регулирование, за департаментом нет контролирующих функций.

Чолпон Койчуманова: Во-первых, на счет того, что нужно вносить изменения в закон об общественных советах, чтобы они были в составе комиссии. Об этом уже есть закон Об общественных советах, где в принципе член ОС имеет право в качестве наблюдателя быть в составе комиссии. Поэтому мы и провели этот мониторинг. Если бы не было такого положения, нас бы не допустили до этого.

Во-вторых, о внесениях каких-то изменений в законодательство. Что туда вносить, если сам закон не работает. Дело не в законе даже, а дело в его исполнении. Исполняется ли он – вот в чем самая основная проблема заключается. Можно «изобрести новый велосипед», но если он не будет исполняться, какой смысл в этом.

В-третьих, я все-таки не могу получить ответ на свой вопрос. Я задаю его везде, и все его перенаправляют друг другу. Здесь Улан сказал, что ответственен департамент. Я хочу получить ответ. Министерство есть, оно должно зарегистрироваться и проводить все госзакупки на портале. Это закон. Так? Но министерство его не исполнило. Нет их на портале, не зарегистрировались. Вот они проводят это как хотят. Кто несет ответственность? Министр понесет ответственность, кто еще?

Улан Даникеев: Согласно статье 10 Закона за проведение конкурса отвечает закупающая сторона. В данном случае ваше министерство несет полную ответственность за проведение конкурса. Что входит в этот вопрос? Это полный процесс начиная с регистрации, заканчивая заключением договора. Следующий вопрос — кто смотрит за этим.

Согласно закону, персональную ответственность несет руководитель. Третий вопрос, кто же контролирует? Я уже говорил, я как директор департамента, не снимаю ответственности ни с себя, ни с департамента. Мы обязаны эти вопросы рассматривать.

Чолпон Койчуманова: То, что руководитель несет ответственность – это понятно. Министр виноват.

Кто будет снимать министра, давайте так говорить. Ему дали 10 млн., правительство же должно как-то контролировать, как он будет направлять и эффективно распределять эти средства. Расскажите нам.

Улан Даникеев: Как он будет распределять эти 10 млн, есть Закон о бюджете, где четко и ясно написано. Потом тот бюджет распределен по статьям расхода. Из этих статей расхода есть то, что направляется на закупки. И вот за весь этот процесс отвечает персонально руководитель. Но со стороны правительства должен быть контроль.

Айгуль Арзиева: По поводу бюджета. Когда был указ всем министерствам о том, что они за 9 месяцев должны бюджет показать, пригласили нас, членов общественного совета. Но естественно мы не все финансисты. Мы послушали презентацию бюджета за 9 месяцев до сентября и у меня возник вопрос о том, как решаются вопросы о закупках. Наверное, смешно прозвучит, но они ответили: посмотрите в статье Прочие.

Потом буквально через две недели мы пригласили специалиста из минфина и попросили помочь разобраться. И нам через две недели уже приносят другой бюджет за 9 месяцев с другими цифрами. Такие нюансы бывает. Тогда возникает вопрос — а как работает министерство.

По поводу критики вы в самом начале говорили. Правильно, критиковать всегда легко. И вообще, конечно, кто не работает, тот не делает ошибок. Я хочу немного в наш адрес сказать, в адрес общественных советов. Конечно, нам легко прийти, сказать: «дай, подай, покажи» любому органу. И может происходит иногда какое-то противостояние. Но мы должны тоже отметить, что члены ОС во многих госорганах тоже относятся не совсем ответственно к своей деятельности, потому что не секрет, что в любом ОС есть три человека максимум, которые активно работают, участвуют на всех площадках и говорят. Поэтому это тоже звучит в наш адрес.

Нурипа Муканова: Дело в том, что пока приняли этот закон о государственных закупках прошло три года. Было много сопротивления относительно его принятия. С 2013 года Жогорку Кенеш никак не мог провести этот закон, бесконечно вносились изменения, мы лично провели две экспертизы данного закона, например, антикоррупционную экспертизу. Было большое сопротивление. И поэтому, когда этот закон приняли, мы вздохнули и сказали: «ура». Потому что закон хороший. Совершенствовать его можно до бесконечности. Мы все созвучны с тем, что его просто нужно исполнять.

Все проблемы, которые имеются сегодня в системе государственных закупок от неисполнения. Вот в своей презентации я это очень четко показала. И достаточно есть регулятивных полномочий приостановить эти торги. Если нет плана закупок, не выделять деньги. Это огромные бюджетные деньги, ну, в конце концов, давайте поставим контроль. Общественные советы, мы, так и так будем это мониторить. И нет необходимости вносить в закон поправки о том, чтобы члены ОС входили в состав тендерной комиссии. Ни в коем случае. Есть закон о противодействии коррупции, где четко говорится о том, что все, кто является членами тендерной комиссии, несут ответственность, в том числе уголовную. Это раз.

Во-вторых, есть национальная стратегия устойчивого развития, где черным по белому написано, что общественность может быть в любых тендерах, в любой деятельности государственного органа. Для этого не надо просить, они обязаны включать. Те, кто не хочет включать, значит они – не за прозрачность.

И я хочу сказать, да, департамент делает огромную работу, но у него есть и огромные полномочия. Департамент может остановить тендер, направить ходатайство о том, чтобы не выделялись деньги и т.д. Это все прописано в законе. Государственные органы, давайте исполнять. Потому что, если не будет исполнения, начнется такое движение о том, чтобы централизовать государственные закупки. Не надо этого допускать. Децентрализованные электронные закупки – это очень хорошая вещь. Но если они не будут исполнятся, тогда встанет вопрос о централизации, а там масштабы коррупции будут еще больше.

Жаныбек Уланбетов: Одной из больших ошибок нашей страны в том, что законы пишутся, все права и обязанности расписываются, но ответственности никакой нету. Тоже самое в законе о госзакупках. Нет ответственного органа. Есть права, функции, обязанности. Пунктом вторым указывается о том, какие меры должны предпринять уполномоченные органы для того, что выявить и пресечь эти нарушения. Однако никакой ответственности нет, нет ответственности ни у уполномоченного органа, ни у закупающей организации. В статье 10 указано, что закупающая сторона возлагает ответственность на один из своих отделов. Вот и все. Только так говорится на счет ответственности. Я согласен с вами, нужно вносить изменения в части ужесточающей ответственности при несоблюдении закона. Из-за этого происходят все наши нарушения. Это первое мое предложение.

Второе: сайт конечно надо модернизировать, как уже было сказано.

Третье касается последних событий по тендерам, которые были осуществлены Министерством транспорта и коммуникаций. Я хочу поставить вопрос перед уполномоченными органами, каким методом мониторятся все эти процессы госзакупок. Почему уполномоченный орган не смог проконтролировать нарушение тендера. Почему мы остаемся позади поезда. Наверное, стоит рассмотреть механизмы контроля за осуществлением закупок со стороны. Потому что в статье 9 указывается, что у государственного органа, уполномоченного по госзакупкам, функцией является координация деятельности закупающей организации. Правильно?

Мээрим Асаналы:  Я бы хотела поделиться своим опытом.  Мы реализовывали один проект на базе одного из телеканалов, и столкнулись с такой проблемой. Нам сказали, что все закупки проходят через тендера. Есть сайт по госзакупкам, мы полностью его посмотрели. Сайт – это действительно новая идея, это классно, но с проблемами мы уже столкнулись позже, когда начали объявлять тендера. Во-первых, многие компании, частные предприниматели не знают о существовании этого сайта. Распространение сайта на 1%. Получается, первый тендер провели, у нас сроки, никто не подал, подала одна компания.

Потом компании говорят: «каким образом нам зарегистрироваться?» Когда им сказали, что им нужно в минфин пойти, справку получить, многие компании просто отказались, потому что это не в их интересах, и там не большие деньги.

Второе. Мы должны были закупить флешки, ручки и т.д. нам сказали: «Вы должны поставить описание и выбрать самое дешевое из того, что вам предложат». Нам предложили самые дешевые китайские флешки, которые через месяц просто сломались. И у нас нет больше денег в бюджете, поэтому не смогли закупиться повторно. Нам говорят, мы ничего не можем сделать, потому что, если выберем что-то среднее, хорошее, в конце года аудит придет, нам скажут: «ущерб государству столько-то процентов». То есть давайте, когда предлагают качественный товар, не видеть в этом коррупцию, а немножко смотреть по ситуации.

Я не думаю, что остальные министерства закупают качественные супервещи, они тоже ломаются через месяц, через два. У нас проект длился год, а вся эта мелочь сломалась, хотя по сумме это было около 10 тысяч долларов. Весь этот мусор купили, потому что закон не позволяет выбирать качественную продукцию и то, что нам нужно. Спустя месяц мы потребовали от поставщика возврата за некачественный товар, а они говорят: «мы не имеем права».

Третье. Мы должны были закупить одежду ведущим. Мы позвонили в минфин, нам говорят, вы должны написать точное описание одежды. Если у вас 24 комплекта, пишите – футболка белая, такого-то размера, ткань — шерсть столько-то процентов. Ну вы представляете сколько чего мы должны были написать.

То есть в описании требований в категориях я предлагаю им, во-первых, построить открытость, чтобы все компании быстро, легко регистрировались и у них был интерес. И второе, описание категории вбивать или разделить тендера как-то. Потому что мы в итоге получили 40% некачественного исполнения проекта. Это то, с чем столкнулись мы и я лично.

Улан Даникеев: Здесь возникает вопрос исполнения закона с нашей стороны и незнание закона с вашей стороны. Хочу изначально уточнить один вопрос. Департамент первой задачей ставит перед собой качество. Когда мы говорим о вопросах антикоррупционных мер в этом процессе закупки, на мой взгляд, вопрос стоит в разработке квалификационных и технических требований. Если вы не знаете, что хотите купить, а вы покупаете всего лишь ручку. Если вы напишите в технической квалификации, какая вам нужна ручка, какого качества, то поверьте мне китайский товар вы не получите.

Наша проблема состоит в том, что мы плохо разрабатываем технические задания, квалификационные требования. Мы должны четко и ясно понимать, чего мы хотим. А если мы всего лишь хотим ручку с пастой синего цвета, это и получим. Почему закон предусматривает, чтобы был отдел по закупкам и был специалист по закупкам. И вопрос не только в процессе самих закупок, но и в разработке, в первую очередь, его технических параметров.

Наш департамент стоит за получение именно качественного товара, услуги или работы. Для этого нам нужно этот вопрос разрабатывать. Я с вами полностью согласен в части того, что вам нужно купить 20 комплектов для ведущих. Мы сейчас делаем это для лекарственных препаратов, что не нужно вбивать, оно там уже будет. Т.е. хотите футболку белого цвета, она там уже будет. Это мы сейчас будем делать. Поверьте, это достаточно долгий процесс.

Анна Капушенко: У меня и вопрос, и сразу предложение. Недавно я тоже столкнулась с порталом госзакупок. Первое, что бросилось мне в глаза – это не очень удобный поиск. Я искала один тендер, который не нашла, хотя дошла до 54 страницы. К сожаленью, когда не знаешь названия тендера, найти что-то вообще невозможно.

Второе. Я обращала внимание все-таки на тендеры на сумму более 1 млн, так как я журналист, потому что в таком случае обычно можно что-то найти. Ну и соответственно наткнулась на один интересный тендер от одной организации относительно полевых костюмов. Там было больше миллиона. Неудобство сайта заключалось в том, что я не смогла рассмотреть фотографию этого костюма, потому что мне надо было зарегистрироваться как закупающая организация, как поставщик. И вот как у журналиста у меня возникли вопросы к этому.

Во-вторых, они указали 500 шт, но не было указано цены за одну единицу этого костюма и соответственно мне пришлось делить общую сумму на 500. Это было несложно, так как тендер был простой. А если тендер более сложный. Получается, что за этими цифрами мы не видим, что там происходит.

Как раз у меня были предложения по поводу поиска по сайту, чтобы это было как-то по министерствам или госорганам разделено, то есть смотреть определенный госорган или же по датам. Потому что некоторые тендеры выходили новые, некоторые – старые, не совсем удобно просматривать, или возможно по суммам, потому что там был на тендер на 1 млн, а потом на 20 тыс. и как я поняла, государство у нас больше всего хочет закупать картриджи, потому что больше всего тендеров было на канцелярские товары и на картриджи.

Вот у меня такие замечания. Я бы хотела, чтобы этот сайт был более удобным для обычных пользователей, для тех же компаний. И вот это не вопрос, а рекомендации.

Улан Даникеев: я хочу объяснить, как и предыдущему оратору. Регистрация на сайте для поставщиков и закупающих организаций бесплатная. Мы сделали специально, чтобы человек пришел, зарегистрировался, отправил электронной почтой подтверждение. Поверьте мне, я один из тех разработчиков, кто это делал. И мы специально хотели исключить этот человеческий фактор.

Я с вам абсолютно согласен, что его нужно доделать, переделать. Сейчас есть, что когда вы пишете министерство, он выдает министерство. Опять же если вы зайдете на сайт, там есть жалобы, сделайте это – я получу ваш запрос.

Айжан Абдракманова: Мээрим рассказывала о своей ситуации. Она очень типичная и, мне кажется, на таком примере можно сделать много выводов. В первую очередь, когда говорят о законе в обыденной жизни население привыкло говорить, что государство должно, государство сделает законы, нас обвинят в коррупции, поэтому мы купили китайские ручки.

Но когда мы делаем ссылку на закон, надо, наверное, чуть-чуть заниматься самообразованием и те же самые элементарные основы государственных закупок найти в интернете, почитать.

Самая большая проблема в госзакупках – это, как уже было сказано, техническая спецификация. Конечно, каждый человек не может, покупая ручку знать его спецификацию или футболку, знать, что она должна состоять из шерсти. Поэтому мы говорим о том, что в госорганах, как и в организациях должен быть сертифицированный специалист по закупке, должен быть отдел логистики. Потому что от этого зависит дальнейшее приобретение товара или услуги. И тоже самое в спецификации к той же самой ручке можно прописать все характеристики по качеству, которое нам требуется, так же сроки гарантий. То есть если бы это было прописано в сроках гарантии, тогда организация, которая поставила вам продукцию, была бы обязана возместить вам или вернуть средства.

Поэтому такая рекомендация, чтобы мы занимались в этом плане самообразованием.

Мээрим Асаналы: Нет, дело не в том, что мы не знаем спецификацию. Нам в отделе логистики сказали: «Техническое приложение разрабатывайте сами». Понимаете, у нас в есть такое понятие как оригинал и подешевле. Один и тот же товар отвечает всем требованиям, которые мы прописали. Вопрос был в том, почему мы не можем брать то, что нам действительно нравится, а берем то, что подешевле, потому что аудиторы в конце года приходят и говорят, что нанесен ущерб государству.

Мы взяли ручки на 20 сомов дешевле, потому что нам сказали: вы не имеете права брать то, что дороже.

Айжан Абдракманова: В законе есть три критерия выбора товара. На первом месте – качество, потом цена.

Жамила Мадалбекова: Мне очень приятно, что такая тема сейчас обсуждается. Буквально на днях я познакомилась с девушкой, которая сидела в приемной у одного из руководителей. И когда я спросила о ее образовании, она сказала, что окончила КТУ имени Раззакова, факультет, который готовит именно специалистов, занимающихся электронными закупками. Я удивилась и говорю: «Это такая редкая специальность, а почему ты здесь сидишь, в приемной секретарем?». Она отвечает: «Ходила по министерствам, нигде не взяли». Я говорю: «А кто там тогда работает?». Она отвечает, что там работают бухгалтера, достаточно пожилые и они занимаются этими покупками, хотя многие вещи не понимают. Я спрашиваю, кто-то из их выпуска устроился по профессии? Никто.

Не знаю кто из здесь сидящих может ответить на этот вопрос. Куда тогда эти девушки и парни уходят, если их не берут, хотя они тратили деньги на свое образование.

Улан Даникеев: В департаменте минфина пока закупщика нет. Есть те, кто сейчас проходит курс по закупкам. Но это нужно. Вышло так, что сегодня закупщик – это новая профессия логистики. И мы через минфин выходим на Политехнический университет с тем, чтобы они готовили именно закупщиков. При том, что это должен быть цельный госзаказ. То есть министерство готовит себе закупщика. С 3 по 5 курс у них идет специальная программа, методика и т.п. И тогда он получает эту специальность – экономист или финансист и закупщик. Это для нас сейчас является одним из приоритетов, по которому мы будем работать.

Я немного вернусь назад. Тут возник хороший вопрос о бюджете. Мы сейчас с министерством финансов очень четко работаем. По закупкам на электронном портале по итогам прошлого года подвели итог, что мы получили 4,6 млрд сомов экономии по республиканскому бюджету. То есть вот эти деньги были сэкономлены. Более того, минфин будет проводить детальный анализ о состоянии дел, т.е. берется министерство и смотрится, что оно планирует закупить. Если вы посмотрите, то из года в год покупают картриджи, столы, стулья и т.д. Вопрос в том, насколько это нужно закупить.

Весь этот процесс заключается не в процессе закупки, это всего лишь техника и заполнение. Самый главный вопрос состоит в том, насколько это нужно. Вот поэтому мы с минфином сейчас работаем над тем, чтобы проводить анализ, а потом на основе него составлять бюджет. Тогда бюджет будет честным. А то, если посчитать за год на каждое министерство по 25 компьютеров точно есть. Насколько эффективно используется то, что уже закупили. Мы с минфином над этим очень плотно работаем и надеемся к сентябрю этот вопрос рассмотрим, и при составлении бюджета на следующий год уже будут вноситься предложения.

Нурипа Муканова: вы знаете, по госзакупкам можно очень хорошо снизить стоимость закупаемых товаров. Дело в том, что в законе очень четко прописано, что если закупается единообразный товар, т.е. все закупают компьютеры, мебель, оргтехнику, то не надо, чтобы каждый государственный орган проводил тендер отдельно. Все товары нужно сгруппировать и закупать одним пакетом и это право дано правительству. На сегодняшний день правительство не пользуется этими возможностями. В следствие этого мы видим, что минфин закупает планшеты неизвестно за сколько долларов за одну штуку. То есть в законе есть механизм, который можно использовать.

Улан Даникеев: Мы работаем над этой темой. Согласно постановлению правительства с августа прошлого года, в соответствии с законом, рассматривается вопрос о закупке в централизованном порядке пока 4 видов продукции. Это уголь, ГСМ, компьютеры стандартной сборки и бумага А-4. Это для всех бюджетных организаций за исключением госпредприятий и акционерных обществ. Вы знаете, это первая методика и нельзя в ней ошибиться, чтобы не поломать саму ту идею, «с водой можно вылить и ребенка».

Одна и та же ручка стоит для министерства образования 1 сом, министерство здравоохранения за 1,20. В этой связи, коллеги, я бы хотел сказать о том, какая работа ведется и как это примерно будет делаться. Это не тот централизованный порядок закупки, который был в предыдущих годах. Мы уже затрагивали здесь вопрос о том, что нужно уйти от централизации, где больше возможности для коррупции.

Данная централизованная закупка подразумевает под собой подписание рамочных соглашений. На сегодняшний день создана и работает межведомственная конкурсная комиссия. Уже разработаны технические инструкционные параметры для этих 4 видов продукции. Единственная на сегодняшний день проблема подсчитать сколько вообще мы закупаем бумаги. И я с вами поделюсь, мы бьемся лбом об стенку. Сейчас идет сбор информации. Думаю, к концу апреля мы ее соберем. В начале мая мы уже объявим конкурс на подписание рамочных соглашений.

То есть первый этап уже прошел. И теперь закупающие организации не проводят тендер на эти 4 вида продукции. Они смотрят это подписанное рамочное соглашение межведомственной конкурсной комиссии с 20 организациями, которые поставляют бумагу.

Айгуль Сыдыкова: Могли бы вы включить в сами госзакупки как обязательный контроль над интернет-трафиком. Вы знаете, какие деньги туда тратятся. Особенно в вузах, самый слабый туда подключают, поэтому интернет грузит очень медленно. Получается трафик уже закончился, а мы им практически не пользовались.

Улан Даникеев: На сегодняшний день у министерства образования есть бюджет, который предусматривает в определенной статье попутно и интернет. Теперь бюджетные организации, тот же минобразования. Вот я должен сказать, мне нужен интернет IDSL, скорость такая-то, он должен технические параметры прописать.

Что значит закупка? Это обыкновенные торги. У меня есть 100 сом, я хочу, чтобы у меня интернет был такой. Вам предлагают, вы выбираете.

Согласно закону, вся ответственность ложится на саму закупающую организацию. У него есть деньги, бюджет, и он сам формулирует, что ему нужно.

Жаныбек Уланбетов: По поводу угля. Вы сказали, что все закупается централизовано. У меня вопрос, как школы будут закупать?

Предложение по поводу того, что вы хотите внести изменение в НПА. Я бы предложил обязательно включить участие общественных организаций. По порталу предложение еще. Сложно найти информацию по технической спецификации. И потом, если вы централизовано будете все закупать, могут произойти ошибки. В школах, например, есть контрамарки. Этот момент нужно учитывать.

Второй момент. Закупку организует айыл окмоту на своем уровне. Вы говорите, закупающий сертифицированный человек должен будет участвовать. Это будет делать процедуру более правильной и разрешит все технические моменты, но они же их нанимают, приглашают человека, который пришел выполнил, потом другая организация или айыл окмоту взяла и скопировала такую же ошибку. Мне кажется, есть необходимость дальше распространять информацию покупающей организации, что бы правильно приносили информацию и в результате получилось то, что им нужно.

Недавно мы ездили по школам. Очень много угля остается. Его принесли туда, где его невозможно сжигать. В результате, отопления нет, а деньги истратили. Поэтому, если мы хотим говорить о рациональном использовании денег, мы должны еще учитывать его использование на местах. То ли мы купили, что нужно. Но это, как вы правильно заметили еще зависит от требований, которые мы укажем, техническая спецификация при приобретении. Будет ли это учитываться при централизованной закупке?

Улан Даникеев: очень хороший вопрос, постараюсь быстро на него ответить. Я с вами согласен. Мы когда говорили о централизованной закупке, отметили, что эта операция  идет достаточно долго. Особенно по углю, т.е. есть бурый уголь, есть каменный уголь и т.д. Потом у нас есть погранзаставы, там, где калорийность должна быть высокая. В то же время в школах есть контрмарки, их эта калорийность не очень волнует, или вопрос централизованности и т.д. Все эти вопросы, поверьте мне, рассматриваются. Более того, они делятся на лоты, лоты будут делится по районам, потому что каждый район имеет свою специфику. И оно будет стараться писаться общим положением. Не так, что государство, например, будет закупать уголь, каменный и бурый уголь, по каким-то определенным качествам, т.е. это все будет выставляться.

Прежде чем собрать пакет, мы два раза уже собирали поставщиков и закупающих организаций, думаем, как сделать так, чтоб не ошибиться. Иначе на уровне республики это будет колоссальной ошибкой.

В части того, предусматривает ли участие общественных организаций в конкурсных комиссиях. Зачем это нам нужно, когда в законе итак есть. Но я могу сказать однозначно о своем личном отношении. Как оно будет звучать в законе «может участвовать» или «обязан участвовать». Это вопрос. Потому что, скорее всего будет формулировка «имеют право» местные органы власти, общественные организации участвовать в работе

Иногда мне кажется, что закон бежит быстрее, чем жизнь или жизнь чуть-чуть отстает от закона. Я еще не определился, но безусловно надо толкать. Это вот как провести аналогию с «безопасным городом». Одни говорят, не надо ставить, потом с ментами будем разводить. Поставь камеру – неважно кто, может попасться. Т.е. надо к этому идти. Не надо чего-то бояться. Самое главное – надо захотеть. И постоянно этот закон совершенствовать.

Вот, говорят, сейчас очень мало сертифицированных специалистов. Сейчас у центров, которые выдают сертификаты выстраиваются 1000 человек в очереди. Я вот сам нахожусь в этом учебном процессе. Закон дате толчок, для того, чтобы люди обучались.

Но если не нашел специалиста, то вся ответственность лежит на тебе. И в договоре указывается, что имеет право привлекать специалиста и он ответственен за проведение. Почему такие проблемы возникают, потому что есть наша безответственность. Вот наша ответственность прописана в положении департамента. Мы говорим, аудит делает уже заключение. Но он не несет никакой ответственности. Каждый должен нести ее на своем участке.

По привлекаемым специалистам то же самое, надо повышать их уровень ответственности. Тот, кто его нанимает, сам должен все проверить, насколько он правильно написал.

Нурипа Муканова: Всемирный банк с этого года, по-моему, начнет обучать бесплатно 300 человек и мы договорились с центром и правительством, что из гражданского общества будут 100 мест. Государственные органы говорят, у нас нет денег. Но это стоит 5,5 тыс. С другой стороны закупки проводят на такие огромные суммы.

Улан Даникеев: Мы немного внесем изменения на портале. После модернизации там будет отображаться три цены – оптовая, розничная и закупочная, т.е. он будет показывать среднюю цену, которая установилась на рынке. Это сейчас все в процессе разработки.

Уважаемы коллеги! На все вопросы в нашем департаменте готовы ответить. Все ваши предложения обязательно будут рассмотрены.

В конце мероприятия модератор подвел итоги круглого стола и поблагодарил всех участников за участие.

Круглый стол был проведен в рамках ежемесячных встреч Сети Медиа и НПО «Карек»

Данный круглый стол был проведен в рамках проекта «Формирование практики журналистских расследований для продвижения демократических реформ: налаживание взаимодействия между представителями правозащитных организаций, государственных институтов и СМИ» финансируемого Европейским Союзом и Правительством Норвегии.

Последнее

Популярное