Журналистские расследования Кыргызстан

IWPR Kyrgyzstan: Смерть пограничника больше года остается неразгаданной

22.03.2016

Расследование смерти служившего на пограничной заставе в Араванском районе бойца Кубаныча Ногойбаева проводилось с нарушениями и подтасовкой фактов.

kubanychbek imageРасследование опубликовано в рамках проекта Бюро журналистских расследований IWPR. Автор расследования: Кубанычбек Жолдошев, корреспондент Радио Азаттык и член сети Бюро журналистских расследований IWPR.

Три судебно-медицинские экспертизы выдали разные результаты, вследствие чего уголовное дело по факту смерти солдата не было возбуждено.

Военная прокуратура Ошского гарнизона придерживается мнения, что военнослужащий повесился, хотя в этой истории много вопросов без ответов. При поддержке правозащитного центра «Кылым Шамы» данное дело передано на расследование в республиканскую Военную прокуратуру.

Неприятная новость

Согласно материалам следствия,11 января 2015 года на территории Тоо-Моюнского айыл окмоту Араванского района было найдено повешенным на дереве тело рядового Кубаныча Ногойбаева, 1996 года рождения. Об страшной находке в милицию и на пограничную заставу сообщили местные жители.

Немногим ранее, утром того же дня родным бойца по телефону сообщили, что Кубаныч пропал без вести. Бабушка Замира Нарынбаева рассказывает, что с пограничной заставы приходили разные вести о ее внуке.

«​Сначала позвонили и спросили, не вернулся ли Кубаныч домой, ибо в части его не могут найти. Потом позвонил другой человек и сообщил, что внука нашли около туалета погранзаставы, потом он запнулся и добавил, что Кубаныч мертв. Позвонили в третий раз и сказали, что тело нашли в двух километрах от заставы. Эти несоответствия вызвали у меня подозрения.

В Оше провели судебно-медицинскую экспертизу, по итогам которой на теле Кубаныча не были найдены повреждения или раны. Униформа внука была грязной, но на экспертизу ее не отдавали. Не выяснено, грязь на одежде была с поля или с территории заставы. Должны следователи и эксперты нести ответственность за то, что не проверили все до конца или нет?», — вопрошает потерявшая внука женщина.​

Проведенная в Оше 13 января судебно-медицинская экспертиза пришла к выводу, что смерть бойца произошла не от насильственных действий. Сослуживцы же Ногойбаева твердили, что никто не поднимал руки на солдата, да и у него самого не было причин вешаться.

На основании этих данных военная прокуратура Ошского гарнизона 20 февраля вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Загадок меньше не становится

Тем временем никто не исследовал место, где было найдено тело Ногойбаева, чем недовольны его родные и адвокаты. Однако следователь военной прокуратуры Ошского гарнизона Эльдияр Караев переложил вину за это на родню погибшего, заявив, что они отказались сотрудничать со следствием:

— Почему-то родные бойца в ходе следствия ничего не сообщили про разные места, где, якобы, было найдено тело. Свои подозрения они тоже не озвучили. А сейчас выдвигают требования, выступают. Если нам сказали бы обо всем, что они сейчас рассказывают, вовремя, то мы смогли бы выяснить, кто звонил бабушке погибшего, допросили бы, затребовали бы распечатку и расшифровку звонков. Мы точно определили бы,   где было найдено тело, обследовали бы то место.

К настоящему времени все сослуживцы Ногойбаева закончили службу и разъехались по домам. Другой момент — боец общался с некой девушкой, которую мы хотели расспросить, и обращались по этому поводу к родственникам. Увы, она не нашлась. Мы до конца могли расследовать дело и передать его в суд, если проблема была бы одна. Мы приложили все усилия для расследования.

Адвокат пострадавшей стороны Динара Медетова не согласна с доводами следователя, поскольку с самого начала следствия возникали разные поводы, чтобы не проводить тщательное расследование.

Прокуратура лжет?

IMG_7792Динара Медетова работает в правозащитном центре «Кылым Шамы» и защищает интересы семьи погибшего солдата. Она отметила, что военная прокуратура Ошского гарнизона с самого начала не горела желанием скрупулезно, досконально расследовать гибель бойца, напротив, в некоторые моменты она, можно сказать, противодействовала следствию:

— Следователь откровенно лжет. Мы с самого начала говорили про эти загадочные обстоятельства и нестыковки, доходили до Генпрокуратуры с требованием изучить эти моменты. Никакой реакции не последовало. Следствие с самого начала демонстрировало нежелание копаться в этом деле. Поэтому не было возбуждено уголовное дело, хотя были все основания для этого. Следовало провести тщательное расследование, выяснить в какой день умер солдат, привлечь к ответственности командиров. Где это видано, чтобы здорового парня призвали в армию, а потом вернули тело, заявив, что «он повесился»? За такие инциденты должно отвечать руководство Погранслужбы.

Два разных заключения судмедэкспертов

После отказа военной прокуратуры Ошского гарнизона возбудить уголовное дело потерпевшая сторона добилась проведения новой судебно-медицинской экспертизы в Бишкеке.

Согласно заключению Республиканского бюро судебно-медицинских экспертиз от 24 февраля 2015 года, на голове и плечах Ногойбаева обнаружены ушибы и синяки, которые могли появиться вследствие нанесения ударов тупым предметом незадолго до смерти.

Однако судмедэксперт Самат Жанболотов позже дал показания, что следы необязательно могли появиться из-за жестокого обращения или насилия. Несмотря на это сохраняются значительные различия между заключениями судмедэкспертов Оша и Бишкека.

Тем не менее, военная прокуратура Ошского гарнизона проявила удивительную последовательность, повторно отказавшись возбуждать уголовное дело. Следователь Элдияр Караев пояснил это следующим образом:

— На теле и голове солдата не было никаких травм или ран. Единственное, в местах, откуда брали биологические материалы на анализ, остались пятна засохшей крови. Именно эти пятна судмедэксперты в Бишкеке приняли за ушибы и травмы. На первоначальных фото- и видеоматериалах никаких следов насилия нет, только покраснения на голове и области плеч. После проведенной в Оше экспертизы мы направили материалы в Бишкек, но работающие там специалисты сами запутались и неверно поняли. Я сам поехал в столицу, встретился с экспертами и попросил подготовить окончательное заключение. Но подготовленный ими документ так и остался без объяснений. 

К двум разным заключениям экспертов были приложены объяснительные записки специалистов. Поэтому на 8 июля 2015 года была назначена третья судебно-медицинская экспертиза, которую должна была провести специальная комиссия. 27 июля было обнародовано ее заключение, согласно которому на теле Кубаныча Ногойбаева действительно имелись нанесенные тупым предметом травмы и раны, а пятна на голове могли появиться до наступления смерти.

Однако комиссия не сумела дать оценку действиям предыдущих судмедэкспертов и подготовленным ими заключениям. Один из этих специалистов Самат Жанболотов дал пояснения «Азаттыку»:

— Следователь приходил ко мне 3-4 раза и задавал разные вопросы. В материалах следствия указано, что пятна на левом плече могли образоваться вследствие повешения. В моем заключении отражены все детали — рана на голове была небольшой. Если его ударили, то она была бы больше. В пояснительной справке я написал, отвечая на вопрос следователя, что рана головы могла появиться из-за неосторожного обращения с бритвой. Ушибы и травмы могли возникнуть вследствие ударов тупым предметом, но необязательно от избиения.

Халатное расследование, подтасованные документы

Постановление прокуратуры об отказе возбуждать уголовное дело содержало ошибки — неверно были указаны даты назначения и завершения судмедэкспертиз. Однако привлечь к ответственности следователя за такие ошибки или осознанные нарушения не оказалось возможным.

Адвокат Динара Медетова отметила, что какие бы нестыковки не содержались в бумагах, отказ возбудить дело по факту гибели солдата сам по себе является основанием для начала нового расследования:

— Во-первых, следовало возбудить уголовное дело, чтобы выяснить, сам повесился военнослужащий или был убит, а потом повешен. Командиров следовало привлечь к ответственности за халатность. Отказ возбуждать дело и ошибки в документах — повод для возбуждения другого уголовного дела. Кроме того, надо рассмотреть ответственность судмедэкспертов, выдавших разные заключения.

Генеральный прокурор Индира Джолдубаева после рассмотрения обращения потерпевшей стороны направила дело на расследование в республиканскую Военную прокуратуру. По последним данным, новый следователь начал собирать материалы, опрашивать экспертов и свидетелей. Неизвестно, сколько времени потребуется на повторное расследование и без того затянувшегося дела.

Данный материал был опубликован на сайте Азаттык медиа. 

Последнее

Популярное