Журналистские расследования Кыргызстан

IWPR Kyrgyzstan: Любовь по-кыргызски: женщины ищут справедливости от государства. Но хочет ли государство помогать им?

26.10.2015

Статистика семейного насилия в отношении женщин в Кыргызстане растет; жертвы жалуются на безучастие правоохранительных органов. По данным правоохранительных органов, ежегодно фиксируется более трех тысяч фактов насилия в отношении женщин, но лишь меньше половины из них доходит до суда и насильник получает наказание.

olga arsenevaНапример, в 2014 году милиция приняла заявление от 3126 пострадавших, но только примерно 1200 дел были рассмотрены в судах и вынесены решения об административном или уголовном правонарушении.

Другие 60 процентов дел, как утверждает министерство внутренних дел, решается либо в досудебном порядке, либо стороны мирятся, отзывают свои заявления.

«Иногда до приезда сотрудников правоохранительных органов на вызов конфликтующие стороны успевают помириться, либо пострадавшая жалеет своего обидчика и отказывается писать заявление, — объясняет сотрудник пресс-службы МВД Эрнис Осмонбаев, — а если она сама не хочет этого делать, сотрудник милиции не может ее заставить».

В то же время правозащитники утверждают, что реальные ежегодные показатели семейного насилия даже больше, чем то, что показывает министерство внутренних дел.

К примеру, Ассоциация кризисных центров, которая объединяет ряд неправительственных организаций, занятых защитой прав пострадавших от семейного насилия по всей республике, приводит ежегодную статистику в около 7000 фактов – больше чем в два раза по сравнению с официальными показателями.

Такие различия специалисты кризисных центров объясняют нежеланием милиционеров заниматься либо вмешиваться в семейные отношения.
«Многие сотрудники органов внутренних дел (ОВД) в регионах не знают о существовании закона, защищающего от насилия в семье, — утверждает директор кризисного центра «Сезим» Бюбюсара Рыскулова. – Часто пострадавшие от семейного насилия при обращении в кризисный центр говорят, что в милиции им не помогли».

Так и случилось с нижеследующей женщиной, которая отказалась называть свое имя боясь преследования сотрудников милиции или мужа. Фактически разведенная мать троих детей сейчас занимается попрошайничеством на улице и на том и зарабатывает себе и детям на хлеб.

Утверждает, что постоянно подвергалась избиению и прочему насилию со стороны мужа, и каждый раз, когда обращалась, сталкивалась с равнодушием или враждебностью  со стороны органов внутренних дел.

«Однажды я не выдержала побоев и позвонила в 102, — начинает она. – попросили приехать и гоняли меня по разным участкам, пока только с третьей попытки не выяснилось, к какому участку я отношусь. Я написала заявление, но почему-то сотрудники попросили меня не указывать факт избиения. После моих требований они согласились поехать ко мне домой, но за мой счет, якобы у них нет бензина».
«Мужа забрали, но выпустили на следующий день, так как выяснилось, что следователь и он – земляки, — продолжает она. – Когда он вернулся домой, конечно, он избил меня за это. Потом я написала еще раз заявление и умоляла, чтобы не отпускали, чтобы мы успели убежать, но его все равно потом отпустили».

Анонимная героиня утверждает, что милиционеры не разъяснили ее права и не оказали должной защиты от семейного насилия.
На протяжении долгих лет избиениям подвергалась и Роза, мать одной дочери, но никто не мог ей помочь. Даже из среди ее подруг и соседей.

«Моим соседкам, которых избивали мужья, после обращений в милицию становилось еще хуже, их избивали еще сильнее. Подобным образом они мстили за их поступки», — говорит Роза, попросившая не называть ее фамилию.

Закон «О социально-правовой защите от насилия в семье» предполагает ряд государственных гарантий в отношении лиц, страдающих от насилия в семье. В частности, на доступ к бесплатному убежищу, медицинской, социальной и психологической помощи. Также, милиция обязана выписать охранный ордер в отношении насильника о недопустимости повторного насилия. При нарушении этого приказа, лицо подвергается административной или уголовной ответственности.

Юлия на этот ордер рассчитывала, но ничего не вышло.
«Когда мы были на даче муж выпил и сильно избил меня. Я побежала в милицию и попросила о защите, о выписке временного охранного ордера, но мне сказали о ненадобности выписке ордера, т.к. скоро все равно уедем домой, — рассказала девушка. – «Зачем вам ордер?» — они так и спросили».

«Зачастую в поисках защиты женщины сталкиваются с нежеланием регистрировать заявления о семейном насилии, равнодушием и осуждением и со стороны сотрудников правоохранительных органов. Бывает, что сами пострадавшие отклоняют заявление из-за длительности рассмотрения таких дел, или при наложении административного штрафа на мужа, так как в этих семьях часто существует недостаток средств, а деньги на оплату штрафа идут из семейного бюджета», — говорит руководитель кризисного центра «Сезим» Бюбюсара Рыскулова.

«Отношения в семье где имеет место домашнее насилие развива­ются по кругу, насилие, периодически повторяясь, со временем совершается все чаще. Безнаказанность порождает еще большее насилие, поэтому виновник насилия должен быть наказан в любом случае, иначе он не поймет всю катастрофу совершенных им деяний», — добавила Рыскулова.
Пресс-секретарь МВД Эрнис Осмонбаев сказал, что разница в статистике между кризисными центрами и органом внутренних дел связан не с нежеланием милиции принимать заявления.

«Не все сразу хотят обращаться в милицию, сначала многие пострадавшие от насилия в семье идут получить помощь психолога или соцработника и если ситуация в семье не меняется, тогда обращаются в ОВД», — объясняет Эрнис Осмонбаев.
Осмонбаев считает, что с семейным насилием нужно бороться сообща.

«Если есть конкретные жалобы на сотрудника ОВД, который не отреагировал на факт семейного насилия, то пострадавшая может обратиться к руководству того РОВД где служит этот сотрудник, либо в Главное управление собственной безопасности», — посоветовал он.

Ольга Арсеньева, контрибьютор IWPR (Бишкек) 

Данное расследование было подготовлено в рамках проекта IWPR «Формирование практики журналистских расследований для продвижения демократических реформ: налаживание взаимодействия между представителями правозащитных организаций, государственных институтов и СМИ».

Последнее

Популярное