Статьи IWPR по ЦА Казахстан

Экономический кризис стал потрясением для казахстанских «мачо»

18.04.2016

Психотерапевты говорят о беспрецедентном росте количества мужчин, обращающихся за помощью.

Владимир (имя вымышленное) – 39-летний маркетолог из Алматы.

Недавно он совершил поступок, считающийся немыслимым и даже постыдным в казахстанском обществе, поступок, о котором он никому не может рассказать. Владимир тайно обратился к психотерапевту за помощью от депрессии.

«Недавно меня уволили с работы, — рассказывает он. — Я долго искал новую работу, но безуспешно. В итоге моя жена и я стали продавать пирожки на базаре, чтоб заработать хоть какие-то деньги».

По его словам, обязательство выплачивать кредит не оставило ему большого выбора, но особенно сильно по нему ударила потеря статуса. «Больше всего я страдал от того, что раньше я работал в офисе, а теперь вынужден стоять за прилавком на базаре и продавать какой-то товар. Все это привело к тому, что я стал срываться», — продолжает он.

«Я понял, что не мог так жить дальше, но мне по-прежнему было стыдно [идти к психотерапевту]. Это трудно объяснить, будто я не мужчина вовсе. Но потом я просто пошел туда. С первой встречи мне хотелось сбежать, но со временем я привык, и мне стало лучше».

Экономический кризис в Казахстане оказался крайне травматичным для многих мужчин.

Алматинские психиатры отмечают беспрецедентный рост обращений со стороны клиентов-мужчин. «Я практикую более 10 лет и могу с уверенностью сказать, что количество мужчин, пришедших лично ко мне на консультацию, явно увеличилось», — отмечает Ирина Кирова, гельташт–терапевт.

«Если раньше, еще в 2011 году, на 7 консультаций для женщин приходились всего 2 консультации для мужчин, то на сегодняшний день у меня на 5 женщин — 15 консультаций для мужчин. Количество клиентов-мужчин утроилось в течение года», — говорит Кирова. По ее словам, в основном к ней обращаются мужчины в возрасте 32-50 лет, и их основная проблема – это огромное финансовое давление, которое на них оказывается со стороны близкого окружения.

Как уже было отмечено, для казахских мужчин неприемлемо показывать свою эмоциональную боль или уязвимость, и это обуславливает тот факт, что большинство мужчин сохранили свои визиты в тайне даже от самых близких.

«Для [казахских] мужчин продемонстрировать слабость немыслимо», — объясняет Кирова.

Экономика Казахстана в значительной степени зависит от добывающей промышленности и в последние годы испытывает серьезные трудности, вследствие чего в августе прошлого года Астана перешла на свободно плавающий обменный курс тенге дабы помочь экономике.

Тем не менее, результаты нельзя назвать многообещающими. За последние шесть месяцев казахстанский тенге упал на 45% по отношению к доллару, продемонстрировав высокую степень девальвации.

По официальным данным, по состоянию на январь 2016 года безработица составила 5,1%, но реальная цифра может быть значительно выше. Социальная стигматизация безработицы отпугивает многих людей от регистрации в качестве безработных в государственных органах, а пособия по безработице настолько малы, что на них невозможно прожить.

Казахстанский веб-портал недвижимости www.krisha.kz недавно опубликовал данные, что почти четверть людей по всей стране, имеющих ипотечные кредиты, задолжали по выплатам за три месяца и более.

Рабочие углеводородной промышленности чувствуют себя особенно неуверенно, учитывая новые радикальные реформы, призванные либерализовать трудовое законодательство.

(См. Либерализация труда вызывает тревогу у казахстанских рабочих).

Хотя Казахстан официально является светским государством, и его законы обеспечивают гендерное равенство, тем не менее, казахские традиции диктуют правила. Мужчина является главой семьи и должен быть ее главным кормильцем.

Мужчины в трудоспособном возрасте испытывают сильнейший стресс – не оправдать себя как состоявший мужчина и кормилец семьи, особенно в период экономического кризиса в стране.

Несмотря на это, большинство казахских мужчин категорически не приемлют идею обращения за психологической помощью.

Михаил, 42-летний сантехник, говорит, что он предпочитает решать свои проблемы самостоятельно. «Я не привык жаловаться на проблемы и обсуждать их с кем-либо; кому интересны твои неурядицы?», — говорит он.

В интервью IWPR он сказал, что экономические тревоги и семейные проблемы часто идут рука об руку.

«Многие мои друзья уходят в запой как раз из-за семейных проблем. Их семьи недовольны их заработком, тем, что поздно приходят, семье мало времени уделяют, еще и денег недостаточно зарабатывают. В результате, многие находят утешение в бутылке», — говорит Михаил.

Предприниматель Кайрат Омирханов также отметил, что в последнее время проблемы, связанные с бизнесом, заставляют его чувствовать себя все более и более подавленным.

«Я ловлю себя на мысли, что в моем возрасте трудно начать с нуля, — говорит отец троих детей. – Из-за этих колебаний доллара и сокращений расходов населения мне труднее обеспечивать семью».

«Но пойти в кризисный центр… даже не знаю, чем мне могут там помочь? Консультацией психолога? Я лучше запишусь в частном порядке к тому же психологу и там выложу свои проблемы. Хотя и этого делать не стану, каким советом сможет мне помочь посторонний человек? А если люди узнают, что я побежал в кризисный центр – они меня засмеют», — убежден он.

Кирова считает, что это опасная позиция. Для большинства пациентов терапия была успешной.

«У меня был случай, когда человек был на грани самоубийства и приход к консультанту был его последней надеждой; но все закончилось хорошо. После десяти сеансов консультаций он взял себя в руки», — отметила она.

Тем не менее, в настоящее время в Казахстане нет специально выделенной психологической поддержки для мужчин.

Семь лет назад в Алматы была попытка открыть мужской кризисный центр. Создавался он на базе Общественного Объединения «Ер Азамат». Всего в Казахстане работает около 40 кризисных центров для женщин, а это была первая попытка создать кризисный центр специально для мужчин.

В центре предлагались психологические услуги, а также работала горячая линия для тех, кто нуждается в экстренной помощи.

Однако, центр долго не продержался, слишком маленькое количество обращений показало несостоятельность проекта. Всего 200 мужчин обратились в кризисный центр за целый год. Его  организаторы уверены, проблема не в отсутствии потребности в центре, а в восточном менталитете, который не позволяет сильному полу жаловаться на проблемы.

Зульфия Байсакова, председатель правления ОЮЛ «Союз кризисных центров Казахстана», говорит, что их исследование показало, что мужчины обращаются за помощью в трех случаях.

Одна группа — это те мужчины, которые испытывают трудности в семье, отдельная категория — те, кто желает сохранить брак, и еще одна прослойка – отцы-одиночки, которые не знают своих прав и льгот. Согласно последним имеющимся данным, в Казахстане 70 000 отцов-одиночек.

«К большому сожалению, в Казахстане идея мужского кризисного центра не прижилась. Наши мужчины стесняются говорить о проблемах. Если для женщины проблема заключается в том, чтобы не остаться одной, то для мужчины проблема – как содержать семью», — говорит Байсакова.

Со своей стороны Владимир счастлив, что решил поговорить с кем-то, хотя по-прежнему чувствует стыд за свой выбор.

«Я посетил психолога, когда понял, что не могу жить дальше без профессиональной помощи, —  говорит Владимир. — Моя жена и дети до сих пор не знают. Я не хочу им говорить».

Автор: Татьяна Эм, журналист из Алматы.

Данный материал был подготовлен в рамках проекта IWPR «Усиление потенциала и налаживание мостов между народами Центральной Азии», осуществляемого при финансовой помощи Министерства иностранных дел Норвегии.

Последнее

Популярное