Интервью

Данияр Косназаров: Чтобы обеспечивать мультивекторность, надо постоянно подпитывать отношения с США

06.10.2017

«Важно знать, что обсудить, общую повестку, а самое главное, реализовать все поставленные задачи.  С5+1 в этом плане не решает всех вопросов и это не цель в себе, но она дает стимул для наращивания сотрудничества», — аналитик университета Нархоз и со-основатель виртуальной экспертной площадки Bilig Brains Данияр Косназаров (Казахстан, Алматы) делится своим видением американской стратегии США в регионе, специально для CABAR.asia.

CABAR.asia: Каковы основные интересы США в регионе ЦА? И каковы ожидания стран региона от сотрудничества с этим центром силы?

Данияр Косназаров: Если бы они сами это знали. Я это к тому, что сегодня у США нет четкой стратегической повестки. Именно стратегической. Сегодня у США нет концептуально свежей “большой идеи”, которая она могла бы предложить региону. Есть операционная деятельность посольств и ведомств, какие-то рутинные встречи высокого уровня, визиты вежливости, общие заявления в рамках того же C5+1, но все это не несет за собой более высокого смысла. Отношения выхолощены, нет какого-то ажиотажа или экзальтации. Все это так или иначе связано с некоей “десакрализацией” США для стран ЦА и ее трансформацией из “мегазвезды” в одного из многих игроков в регионе. Это также обусловлено “нормализацией” отношений между США и ЦА после окончания активной военной фазы в Афганистане. Все, что Вашингтон и столицы стран ЦА могли “вытащить” из обоюдного интереса во время войны в ИРА, они вытащили. Сегодня “доедается” накопившийся капитал от афганской войны, а взамен пока ничего не предложено. Ни с той, ни с этой стороны. Вот и идет возврат к, так скажем, сотрудничеству стран в мирное время.

Я считаю, что это хорошо.

«Отказ от иллюзии, что ЦА — “пуп земли” или если говорить более научным языком “хартлэнд”, полезен для нас же самих, чтобы трезво оценивать свое место в мире, свои возможности и мощности».

Вот и отдаление США от региона, отказ от идеологической повестки, связанный с продвижением демократии, с одной стороны, может обидеть некоторых из нас, с другой, показывает настоящую степень интереса Америки к нам. Даже, когда дискурс о демократизации был доминантным, это могло доставать наши страны, но он толкал на то, чтобы интересовались политическими процессами внутри региона. Это ведь тоже было проявлением интереса. Когда постепенно этот дискурс стал отходить на второй план, обнажилось все, и осталась пустота. При Трампе этот процесс ускорился, и в этом плане данный тренд является продолжением обамовской эры.

Конечно, в особенности после украинского кризиса, мы видим, что на антироссийской волне, есть определенный всплеск интереса к региону. Он не такой колоссальный, как был при войне в Афганистане, но все равно он есть.

«Хотя проблема остается все той же: Центральная Азия не интересна сама по себе, а как некая производная от более глобальной игры, проекта или соперничества».

Регион обретает смысл только тогда, когда в нем есть отражение или оттенки чего-то более масштабного и имеющегося отношения к глобальным державам. Но сильнее анти-российского хайпа только то, что сегодня делает Китай в регионе. Это вызывает интерес всего мира и к Центральной Азии вновь приходит «былая слава и величие”. Это вновь придает нам статус, но, по сути, снова же его отнимает или отсрочивает выработку собственной центральноазиатской субъектности.

В этой связи, я думаю, что “нормализация” отношений стран региона с США — это полезный процесс. Но меня беспокоит, что такая “нормализация” убирает все спойлеры, характерные для более тесного взаимодействия с США, когда были определенные условия и conditionality. Это ведь были стандартами или, если угодно, сырьем для бенчмаркинга, который давал повышать нам планку, совершенствоваться, показывать, что мы выполняем условия и обязательства, демократизируемся и так далее. Потеря такой планки меня беспокоит сильнее всего.

«При всем том, что Китай инвестирует в нас большие деньги, нет отсылки к неким устоявшимся передовым практикам менеджмента, ведения дел, к международному праву».

Если мы хотим развиваться и идти дальше, мы должны относится к себе критично и повышать стандарты, стремиться следовать им и ставить все выше и выше нашу планку. Сотрудничество с США могло бы дать это нам.

Я не говорю здесь о большой политике, поймите меня правильно. Стандарты качества в образовании, медицине, исследовании и науке, организационного менеджмента, госадминистрировании, сельском хозяйстве, региональном развитии. Больше об этом идет речь. Надо работать не только с госорганами, и не надо замыкаться на них. Надо расширять количество партнеров из частного бизнеса, корпоративного мира, Силиконовой долины, университетского мира и т.д. Вот кто реально может двигать американскую политику сегодня, и если наши связи будут с ними устойчивыми и идти в гору, американское правительство будет считаться с этим. Другой вопрос — как привлечь к себе внимание и установить долгосрочные и выгодные отношения. Здесь административный ресурс не поможет. Надо что-то еще. Может “нормализация” полезна и в этом плане. Отсутствие политики дает возможность работать и сотрудничать в других сферах.

CABAR.asia: В свое время США пытались укрепить сотрудничество ЦА со странами Южной Азии, но эта попытка не получилась столь впечатляющей, как ожидалось. Почему эта привлекательная идея не набрала обороты?

Данияр Косназаров: В вашем вопросе уже заложен ответ. Почему это мы должны видеть себя в связке с Афганистаном и Пакистаном? Мы не хотим ассоциироваться с войной и разрухой. Мы не хотим быть отсталыми странами. Мне кажется именно такое восприятие в самой ЦА помешало всему американскому проекту. Афганистан, Пакистан и Индия далеки для нас. Мы другие, они другие. Потом, чтобы сближаться, нужно мирное время. Нужно торговать, ездить друг к другу, меняться впечатлениями и иметь общую историю на уровне просто человеческого общения. Мы в регионе сами между собой не особо-то и общаемся.

Другой момент — США сами поняли, что это не сработает. Нужно, чтобы прошло кое-какое время, но все-таки к ним пришло понимание, что не все так легко. Более того, война в Афганистане провалилась, и у США не было “успешной истории”, которую можно было бы тиражировать. Война так и не закончилась и она, как “черная дыра”, всосала в себя все идеалистические идеи и проекты, превратив их в ничто. Если бы США выиграли войну и начали заниматься реконструкцией Афганистана, а от страны излучался оптимизм и вера в светлое будущее, начали развиваться институты и предпринимательство, то тогда мы сами бы потянулись к ним. Но этого нет, так что нет и сотрудничества, а точнее перспективы сотрудничества, ожиданий и сухих расчетов, которые указывали бы на то, что в Афганистан и Пакистан надо идти.

Что касается Индии. Она не стала сильным стейкхолдером в ЦА. Были определенные надежды и сигналы, но они, по сути, ни к чему конкретному не привели. Все закончилось PR-ом, как это было при визите Нарендры Моди в регион. Потом такое ощущение, что слишком много делается акцента на порте Чабахар. Как будто кладут все яйца в одну корзину и это сужает рамки взаимодействия. Зачем вгонять себя в эти рамки? С другой стороны, понять Индию можно: они хотят сблизиться логистически на первом этапе, через сближение расстояний. Но воз и ныне там.

CABAR.asia: С объявленной программой С5+1 многие эксперты выражали точку зрения, что теперь Вашингтон не будет фокусировать внимание на теме прав человека и политических режимах, а предпочтет сосредоточиться на других вопросах. Как Вы считаете, Данияр, будут ли изменения в акцентах у администрации Д.Трампа?

Данияр Косназаров: Основу инициативам в рамках формата С5+1 составили уже имеющиеся проекты, в том числе от ЮСАИД. Но подача была свежей, в частности, благодаря созданию самой площадки С5+1. Насколько я понял, сам проект готовили и раскачивали, готовясь к тому, что Хиллари Клинтон станет президентом США. Нет смысла спекулировать, но если бы она стала президентом, то отношения могли бы быть более динамичными и живыми. Конечно, это хорошо, что проект не похоронили и сегодня главы МИД ЦА и США встречаются в широком формате и сверяют часы. При Трампе С5+1 будет продолжать работать. Меньше будет пафоса, но любой диалог, пока он конструктивный, всегда полезен. Конечно, после определенного момента, надо будет вносить динамику и доказывать на деле, что проект работает.

Что касается интереса администрации Трампа к региону, то там своих проблем внутри страны хватает. С одной стороны, иногда думаешь, что может быть и это хорошо, что Трамп не особо сильно интересуется нами. Ранее об этом я уже говорил. Все, конечно же, говорили о “факторе Тиллерсона” и его интересе к сотрудничеству с нефтяным бизнесом. Из того, что видно и заметно, пока особо этот фактор не сыграл большую роль. Нам главное сегодня просто не ссориться с США и все. Работать как работали, пусть даже отношения будут уходить на убыль.

С другой стороны, если мы сами не будем стремиться работать с США, то и они не будут особо беспокоиться по этому поводу. А чтобы обеспечивать мультивекторность, надо постоянно подпитывать отношения. Вот здесь и важно знать, что обсудить, общую повестку, а самое главное, реализовать все поставленные задачи.  С5+1 в этом плане не решает всех вопросов и это не цель в себе, но она дает стимул для наращивания сотрудничества.

CABAR.asia: Что Вы можете сказать о Soft Power США в последние годы в странах Центральной Азии? Сократилось ли ее влияние?

Данияр Косназаров: Население и элита стран ЦА может не поддерживать внешнюю политику США в мире, но все понимают, что учиться в Штатах престижно, работать в Гугл или Амазон не менее круто, иметь какое-либо имущество — вообще замечательно. Все, кто был в Штатах, при всех социально-экономических проблемах, особенно после кризиса 2008 года, знают и видели своими глазами, как живут американцы, как устроена жизнь там. Многим нравится. Здесь дело не в продвижении демократии во всем мире. Цепляет другое. Что можно жить, а не существовать. Что есть хоть какие-то гарантии, что государство заботится о своих гражданах при всех имеющихся проблемах в медицине, образовании, на рынке труда.

Многие умные молодые люди из стран ЦА хотели бы учиться в Harvard, Stanford, Columbia University, MIT. Это все еще остается мечтой для многих людей. А те, кто обучился там, имеют обширную сеть знакомых со всего мира, которые могут принести пользу при должном использовании. Это же все символический капитал, который работает и дает продвижение в работе, интеллектуальном развитии, человеческом общении, обмене мнениями и опытом. Как говорит казахстанский исследователь Анна Гусарова, нетворкинг действительно играет большую роль, а США дают возможность расширить не только кругозор, но и обзавестись полезными контактами. Это может вылиться в какие-то общие проекты и инициативы.

США как интеллектуальный и инновационный центр будет влиять на умы и сердца высоко образованной части населения стран ЦА и в дальнейшем.

CABAR.asia: Санкционная война между РФ и США набирает новые обороты. Как это отразится на наших странах?

Данияр Косназаров: Все перепады в российской экономике оказывают влияние и на наши страны. Проблема еще в том, что чем больше будет страдать российская экономика, тем больше ее рынок в рамках ЕАЭС может закрыться для нас, в частности из-за различных протекционистских мер. А сама Россия будет добиваться того, чтобы в остальные страны ЕАЭС продавалось еще больше российской продукции и товаров. Это, в свою очередь, укоренит среди населения мысль о том, что ЕАЭС является “союзом неравных”.

CABAR.asia: И последний вопрос, Данияр: каков вклад США  за четверть века в странах Центральной Азии?

Данияр Косназаров: Помимо инвестиций и политического партнерства, наверное основной вклад заключается в том, что в начале 90-х, когда страны ЦА формировались как государства, США как некий “gatekeeper” помог нам влиться в международные процессы и стать частью международного сообщества. Наши позитивные отношения с США придавали нам легитимность. Мы не были для них “изгоями” и это посылало сигнал другим странам Запада, что с нами можно работать и углублять сотрудничество.

Интервью подготовила редактор CABAR.asia Наргиза Мураталиева

Последнее

Популярное